26 сентября 1941 года завершилась одна из самых трагических и неоднозначных операций первых месяцев Великой Отечественной войны — оборона Киева.
Юго-Западный фронт, оказавшийся в полном окружении, перестал сопротивляться. В немецкие лагеря отправилось более 660 тысяч советских солдат, а общие потери Красной армии в этом районе достигли примерно 700 тысяч, из которых около 100 тысяч — безвозвратные.
Эта цифра до сих пор вызывает споры:
можно ли было избежать гигантского «котла» под Киевом или трагедия была предрешена?
Многие историки утверждают: дай Ставка приказ на отход раньше — беды бы не случилось. Но реальность куда сложнее.
«Паникёры» или дальновидные военачальники?
О возможной угрозе окружения Сталину докладывали не раз. И Георгий Жуков, и Семён Будённый предупреждали: немецкие клинья идут на стык фронтов, оставаться на старых позициях нельзя.
Но в Ставке их выводы посчитали проявлением «панических настроений». В итоге Жукова убрали с должности начальника Генштаба, заменив Шапошниковым. Будённого — отстранили от командования Юго-Западным направлением. На его место пришёл Тимошенко.
Проблема в том, что смена командующих никак не изменила ситуацию — она лишь ухудшила управляемость фронтом.
Срыв сроков и неверные расчёты Ставки
7 сентября, когда танковые соединения Гудериана вошли в район Конотопа, Будённый снова просил разрешить отступление 5-й армии. Ставка его просьбу снова отвергла.
Шапошников решил, что Киев нельзя оставлять до тех пор, пока северную группировку противника не остановят и не создадут оборону по реке Псёл. Сталин поддержал этот план, считая, что организованный манёвр позволит вывести части без угрозы окружения.
Но враг не собирался ждать.
10 сентября пал Чернигов, разрушена оборона на Десне, а 40-я армия была разгромлена. Гудериан рвался к Ромнам.
Тем временем командующий фронтом Михаил Кирпонос уверял Ставку, что его армии способны удерживать позиции. Будённый продолжал кричать о необходимости отхода.
Результат: получен приказ — Киев не оставлять, мосты не взрывать.
Положение войск тем временем становилось критическим.
Замкнувшиеся клещи
12 сентября Будённого окончательно сняли, однако момент был уже упущен: немецкие соединения практически сомкнули кольцо. И 15 сентября оно закрылось окончательно — в окружении оказались четыре армии и штаб фронта.
Даже после этого Кирпонос не решался на отход без письменного приказа из Москвы. Он поступил только в ночь на 18 сентября — слишком поздно.
Хотя накануне Кирпонос всё же сам приказал войскам пробиваться на восток, а соседним соединениям — поддержать их. Но организованного прорыва уже быть не могло. Части были разбиты на группы, многие остались без связи и командования, а немецкое наступление только усиливалось.
Гибель командования в Шумейковской роще
20 сентября под Шумейково произошла трагедия: около 800 командиров, включая руководство Юго-Западного фронта, попали в засаду. Большинство погибло или оказалось в плену.
После этого любые попытки организованного выхода стали невозможными.
37-я армия держалась до 21–23 сентября. Остатки 5-й и 21-й армий — до 25 сентября. 26-я армия — на сутки дольше.
К 26 сентября сопротивление фактически прекратилось. Началась массовая сдача в плен.
Можно ли было избежать катастрофы?
Если рассуждать хронологически, то ответ очевиден: скорее всего, нет.
Причины:
1. До 8 сентября отход был не нужен.
Киевский укрепрайон держался, а при других условиях Брянский и Резервный фронты могли бы сами окружить войска Гудериана.
2. После 8 сентября отход был крайне трудным.
Окружавшиеся армии имели фактически две дороги для отступления. Перемещение сотен тысяч людей привело бы к заторам и потере управления, что в условиях наступления противника грозило не менее серьёзной катастрофой, чем сам «котёл».
3. После прорыва 1-й танковой группы из района Кременчуга кольцо стало делом времени.
Немцы сами оказались на грани — их танковые армии ушли далеко вперёд без полноценного снабжения. Но даже при этом вывод советских войск стал бы опоздавшей мерой.
4. После 15 сентября речь могла идти только о попытке прорыва.
Но поздние попытки редко бывают успешными: войска уже были обескровлены и разобщены.
Некоторые военные аналитики считают, что куда логичнее было бы стоять за Киев до конца, как за крупный узел обороны. Взять его немцы всё равно смогли бы, но фронт не был бы уничтожен столь стремительно, а массового плена можно было избежать.
Кроме того, упорная оборона Киева заставила бы немцев дольше держать там танковые соединения, а значит — ещё сильнее задержать наступление на Москву.
Если понравилась статья, поддержите канал лайком и подпиской, а также делитесь своим мнением в комментариях.