В эпоху Просвещения Вольтер, Руссо и Исаак Ньютон собирались в кафе для философских дискуссий. Эти заведения служили убежищем для революционеров, готовившихся к штурму Бастилии. Позже такие писатели, как Симона де Бовуар и Жан-Поль Сартр, также приходили сюда, чтобы обсуждать свои новые книги.
Открытие первой кофейни в Османской империи
Кофейни зародились в Османской империи. Для мусульман, которые не могли посещать бары из-за запрета на алкоголь, кофейни стали альтернативой. Здесь люди встречались, общались и обменивались идеями. Кофе был доступен всем, и это изменило устоявшиеся социальные нормы. Не всем это понравилось.
В 1633 году султан Мурад IV объявил кофе вне закона. За его употребление грозила смертная казнь. Мурад IV был настолько одержим борьбой с кофейнями, что переодевался простолюдином и бродил по Стамбулу, обезглавливая нарушителей своим огромным палашом.
Османские султаны продолжали запрещать и разрешать кофейни до XVIII века, пытаясь контролировать диссидентов. К тому времени кофейни уже распространились по Европе, и даже короли боялись их влияния.
Вы знали?
Кофе был настолько неотъемлемой частью общества в Саудовской Аравии, что отказ снабдить жену кофе был основанием для развода.
Английские кофейни против Карла II
Паскуа Розе основал первую кофейню в Лондоне в 1652 году, что произвело настоящую революцию в лондонском обществе. В те времена британская культура была строго иерархичной и формальной. Идея о том, что люди могут сидеть вместе на равных, была новаторской. В английских кофейнях посетители собирались за общими столами, чтобы читать, обсуждать и писать новости. Кофейни стали центрами распространения информации в Лондоне XVIII века.
Король Карл II, сын Карла I, обезглавленного во время Английской гражданской войны, опасался, что подданные обсуждают политику. 12 июня 1672 года он издал прокламацию, ограничивающую распространение ложных новостей и разговоров о государственных делах. В документе говорилось: «Люди берут на себя смелость не только в кофейнях, но и в других местах, порицать и порочить деятельность государства, не разбираясь в сути».
Чтобы бороться с этим, государственный секретарь сэр Джозеф Уильямсон внедрил сеть шпионов в кофейни. В декабре 1675 года Карл II даже приказал закрыть все лондонские кофейни. Но запрет продлился всего 11 дней. Лондонская общественность решительно выступила против, и кофе остался надолго.
Кофейни становятся известны как «копеечные университеты»
Провал запрета обернулся триумфом: именно та свободная дискуссия, которой опасался Карл II, стала катализатором эпохи Просвещения. В Оксфорде кофейни называли «грошовыми университетами», ведь за чашку кофе можно было приобщиться к интеллектуальным разговорам и трезвым дебатам, что в те времена, когда вода была опаснее пива, имело огромное значение.
Сэмюэл Пипс в своих дневниках описывал захватывающие беседы, подслушанные в кофейнях, которые он часто посещал. Эти заведения были популярны среди разных слоев общества. Например, «Греческая кофейня» у Флит-стрит привлекала вигов и членов Королевского общества, включая Исаака Ньютона, который однажды препарировал дельфина на её столе. В то же время поэты Джон Драйден, Александр Поуп и писатель Джонатан Свифт устраивали встречи в кофейне «Уиллс».
На Биржевой аллее в кофейне «Джонатан», после закрытия торгов, биржевые маклеры собирались, чтобы торговать акциями, что положило начало Лондонской фондовой бирже. А в кофейне «Ллойд» моряки и торговцы обсуждали создание страхового рынка «Ллойд».
Влияние кофе распространилось по миру благодаря путешественникам, которые возвращались домой с новой привычкой и жаждой общения.
Фридрих Великий объявляет войну кофе
Фридрих Великий, король Пруссии, терпеть не мог кофе. В 1777 году он решил заменить его пивом. Монарха беспокоило, что импорт кофейных зерен подрывал экономику страны. Поэтому он запретил продавать кофе всем, кроме своих приближенных, и нанял бывших солдат для борьбы с нелегальными обжарщиками.
В письме 1799 года Фридрих высказывался: «Как много людей пьют кофе! Если ограничить его потребление, они снова начнут пить пиво. Его Величество вырос на пивном супе, и других к нему тоже можно приучить. Это полезнее, чем кофе».
После смерти Фридриха запрет сняли, и кофейни снова открылись.
Кофе и Американская революция
После Бостонского чаепития, когда чай утратил популярность, кофе стал символом патриотизма в колониях. В тавернах Америки его подавали вместе с крепкими напитками. Таверна «Зелёный дракон» в Бостоне, по словам Дэниела Уэбстера, была известна как «Штаб революции» из-за частых встреч «Сынов свободы» до и во время Войны за независимость.
В Нью-Йорке кофейня Merchant’s Coffee House также играла важную роль. Здесь собирались патриоты, стремившиеся избавиться от власти Георга III. В 1780-х годах она стала центром объединения купцов, которые создали Банк Нью-Йорка и реорганизовали Нью-Йоркскую торговую палату.
За океаном Бенджамин Франклин написал своё «Открытое письмо лорду Норту» в лондонской кофейне «Смирна». В этом письме он высмеивал власть короля над колониями.
Парижские кафе: источник «безумного волнения»
Парижские кафе, где царило социальное равенство, стали идеальным местом для республиканской агитации и организации в период Французской революции. Один из роялистов того времени жаловался: «Откуда столько безумного возбуждения? От толпы мелких клерков и адвокатов, от безвестных писак, от голодающих авторов, которые бродят и сеют чушь по клубам и кафе. Это те самые очаги, где ковалось оружие, которым сегодня вооружены массы».
В парижском кафе «Де Фуа» прозвучал призыв к оружию для штурма Бастилии. В эпоху Просвещения кафе «Прокоп» стало местом, где Руссо, Дидро и Вольтер собирались, чтобы оттачивать свои философские и художественные идеи. После революции парижские кафе вновь стали излюбленным местом для писателей и мыслителей, которые приходили сюда обмениваться идеями и работать над новыми шедеврами.
В «Ла Ротонде» встречались Эрнест Хемингуэй, Гертруда Стайн, Ф. Скотт Фицджеральд и Томас Элиот. Французский поэт и критик Аполлинер работал над своим художественным обзором «Парижские вечера» в «Кафе де Флор», сидя рядом с Андре Бретоном. К середине века Симона де Бовуар и Жан-Поль Сартр обсуждали философские теории за своими столами.
От Османской империи до Англии, от Соединенных Штатов до Франции — кофейни были местом встречи умов, вдохновлявшим новые волны мысли.
Федор Шорыгин, переводчик
P.S. Благодарим за ваше внимание. Пожалуйста, уделите несколько секунд, чтобы поставить лайк и подписаться на наш канал.
Канал «Секретные Материалы 20 века» включён в перечень в соответствии с частью 1.2 статьи 10.6 Федерального закона от 27.07.2006 No 149-ФЗ