Юлия сидела в уютной комнате, освещённой мягким светом торшера, и водила пальцем по экрану планшета, наблюдая, как под свежим постом о новой серии кулонов «Морской бриз» появляются сердечки и восторженные слова.
Фотографии получились живыми: капли смолы переливались, словно настоящая волна, ракушки и мелкие камешки лежали так, будто их только что вынесло прибоем.
Она сама правила свет, подбирала фон, выкладывала всё сердцем.
Группа «Морская смола» давно стала для неё не просто страничкой, а настоящим домом, где она была не просто женой Алексея, инженера на заводе, а Юлией-творцом, которую любили и ждали тысячи человек.
— Лёш, посмотри, — позвала она мужа, который листал что-то на телефоне в кресле. — Двадцать три предзаказа за два часа!
— Умница моя, — улыбнулся он, не отрываясь. — Я же говорил, что твои кулоны — это маленькие чудеса.
Юлия снова утонула в комментариях. Большинство были тёплыми, как летний вечер.
Но один, длинный и злой, от пользователя «Irina_Art» резанул по глазам:
«Сплошной китч. Цвета ядовитые, композиция хаотичная. Видно, что автору далеко до профессионализма. Такие поделки стыдно продавать дороже ста рублей. Фотографии отвратительные, снято на старую мыльницу. Настоящие мастера так не позорятся».
Юлию словно ударили. Она перечитала ещё раз. Это была не критика, это было желание растоптать.
— Что-то не так? — Алексей заметил, как она побледнела.
— Да так… очередной злой коммент, — постаралась ответить ровно. — Удалю и забуду.
— Правильно, — кивнул он. — Не трать нервы.
Она удалила и заблокировала, но внутри остался горький осадок.
Через несколько дней вышел новый пост — нежные серьги-капли в бледно-голубых тонах.
И снова среди добрых слов выполз комментарий от «Olga_Master»:
«Опять одно и то же. Никакой фантазии, примитивные формы. Любая девчонка на кружке такое наклепает. И зачем это выставлять? Стыдно за такой уровень».
Стиль был тот же — ядовитый, высокомерный, будто автору доставляет удовольствие причинять боль.
Юлия заблокировала и этого, но тревога уже поселилась внутри.
Она начала изучать подозрительные аккаунты.
«Olga_Master», «Irina_Art», «Наталья_Красота»… У всех был один общий друг — Тамара Ивановна, её свекровь.
Все профили были свежими, почти пустыми, созданными недавно.
Решающий пазл встал на место случайно. Под фото готового заказа — браслета с настоящими морскими звёздами — появился комментарий от «Натальи_Красота»:
«Опять эти серо-голубые стекляшки? У моей соседки по садовому товариществу Тамары Ивановны на участке такие же водоросли растут, она их в компост кидает, а не в украшения».
Юлия замерла. Садовое товарищество «Зелёная долина» было только у одной Тамары Ивановны — у свекрови.
Ночью она не спала. Чувствовала себя преданной самым подлым образом.
Утром за завтраком была тихой и бледной.
— Ты в порядке? — спросил Алексей.
— Нет, Лёш. Тот тролль вернулся. И я знаю, кто это.
Он отложил вилку.
— Кто?
— Твоя мама. Тамара Ивановна.
Повисла тишина.
— Ты что, серьёзно? — он даже рассмеялся. — Мама? Она в телефоне-то еле разбирается.
— Разбирается достаточно, чтобы создавать фейки, — голос Юлии дрогнул. — У всех этих Ирин и Ольг она единственная в друзьях. А вчера одна из них написала про соседку Тамару Ивановну из «Зелёной долины». Это же её дача.
Алексей помрачнел.
— Юль, это невозможно. Мама строгая, но не подлая.
— Хочешь убедиться? — она открыла планшет и за час показала всё: связи, скрины, комментарии, упоминание дачи.
По мере просмотра лицо Алексея становилось всё мрачнее. Доказательства были неопровержимыми.
— Я не понимаю… Зачем? — прошептал он.
— Сейчас спросим.
Они поехали без звонка.
Тамара Ивановна открыла дверь радостная, сразу повела на кухню, поставила чай, достала пирог.
Алексей был мрачен, Юлия едва сдерживала дрожь.
— Мам, нам нужно поговорить, — начал он после первой чашки. — О группе Юли. И о твоих фейковых страницах.
Лицо свекрови дрогнуло, но она быстро взяла себя в руки.
— О каких ещё страницах? Я ничего не знаю.
— Мам, хватит врать, — голос Алексея стал жёстким. — Irina_Art, Ольга_Master, Наталья_Красота… Это всё ты. Мы всё видели. Одна из них даже про твою дачу написала. Признавайся.
Тишина. Потом Тамара Ивановна вскочила.
— Да, я! И что? Кто-то же должен был сказать этой девчонке правду! Вместо того чтобы делом заниматься, дом вести, она целый день смолу свою мешает! Ты один тянешь семью, а она игрушки лепит! Я не позволю, чтобы какая-то рукодельница испортила тебе жизнь!
Юлия слушала, и внутри всё обрывалось.
— Как вы могли? — прошептала она. — Это моё дело, моя радость…
— Радость? — фыркнула Тамара Ивановна. — Копейки! Мой сын заслуживает жены с положением, а не мастерицы с блошиного рынка!
— Хватит! — Алексей ударил кулаком по столу так, что чашки подпрыгнули. — Хватит, мама! Ты перешла все границы! Юлия — моя жена, я её люблю и горжусь каждым её кулоном! А то, что ты сделала, — подло и мерзко. Я не думал, что ты способна на такое.
В глазах Тамары Ивановны мелькнул страх.
— Лёшенька, я же за тебя…
— Ты за себя, мама. За свои представления. Пошли, Юль.
Они вышли. В машине Юлия разрыдалась. Алексей обнял её и держал, пока слёзы не высохли.
— Прости, что не поверил сразу.
— Ты не виноват. Просто… я в шоке.
— Мы вместе. И никто не помешает тебе творить.
Прошло время. Комментарии от «Ирин» и «Ольг» исчезли навсегда.
Юлия продолжала выкладывать свои морские сокровища, и группа росла.
Но рана, нанесённая человеком, которого она считала семьёй, заживала медленно.
Иногда, читая тёплые слова подписчиков, Юлия вспоминала тот вечер и понимала: самый страшный тролль оказался не за экраном, а за праздничным столом с пирогом и чаем.