О, как мило. Многие до сих пор верят в то, что абьюз - это только о теле. О физике. Что слова не ранят, а жертвы - выдумывают. Нас растят в обществе терпимости к насилию, поэтому часто жертвы предпочитают молчать - кто же их выслушает?
Абьюзеры — это не монстры из фильмов ужасов. Они могут носить свитера с высоким горлом, не похожи на серийников, могут даже быть романтичными и участливыми в какие то моменты. Они не кричат — они «обеспокоены». Не унижают — «помогают тебе расти». Не ломают — «корректируют».
И, конечно, всё это — только от огромной любви. Потому что любовь, как известно, — это когда ты перестаёшь существовать, а твой партнёр начинает дышать за тебя.
Удобно, не правда ли?
«Ты слишком чувствительная», — говорит он, выкручивая тебе психику, как тряпку.
«Ты всё неправильно поняла», — шепчет она, уничтожая твою реальность, пока ты ищешь зеркало, в котором ещё осталось хоть что-то от тебя.
Научное сообщество, конечно, давно знает: абьюз — это не эмоциональный срыв. Это стратегия. Хладнокровная, эффективная, часто социально одобряемая. Особенно если жертва — женщина, особенно если она «слишком умна», «слишком дерзка», «слишком хочет быть собой».
По данным ВОЗ (2021), каждая третья женщина на планете знакома с насилием.
Нейробиология, между прочим, подтверждает: постоянное психологическое насилие — это не «драма». Это медленное удушение нейронных связей. Твой мозг перестаёт верить в собственные воспоминания. Ты начинаешь сомневаться, было ли вообще что-то «на самом деле». Может, ты и правда «преувеличиваешь»? Может, это просто твоя «болезненная фантазия»?
Follingstad et al. (2009) доказали: психологическое насилие разрушает психику сильнее, чем побои. Потому что побои заживают. А вот когда тебе годами внушают, что ты — ошибка, созданная для исправления… Тут даже Ницше бы сказал: «Нет, спасибо, я лучше в сумасшедший дом».
И да, конечно, все вокруг спросят: «Почему ты не ушла?»
Как будто уйти — это вопрос воли, а не вопрос выживания. Как будто твой абьюзер — не твой начальник, не отец твоего ребёнка, не человек, который знает, где ты спишь, чего ты боишься, и как тебя сломать одним взглядом.
Знаете, что самое смешное? Что абьюзеры редко бывают «плохими» в глазах общества. Они — харизматичные, успешные, «глубокие». Их боль — трагедия. Твоя — недостаток характера.
Лори Херман, в своей книге Trauma and Recovery, пишет без пафоса: абьюз — это не про любовь. Это про власть. Про то, чтобы превратить живого человека в эхо. В отражение чужой воли. В тень, которая дрожит, когда на неё смотрят.
Так что нет, дорогие, вы не «слишком драматичны». Вы — жертвы системы, которая учит людей быть удобными, тихими, благодарными даже за собственное уничтожение.
И если ты сейчас пьёшь кофе, смотришь в окно и думаешь: «Может, это я всё придумал/ла?» — знайте:
Вы не сходите с ума.
Вас просто заставили сомневаться в реальности.
Это называется газлайтинг.
И это — преступление.
Не «недопонимание».
Не «кризис в отношениях».
А преступление.
Так что не благодарите. Не прощайте.
Не «работайте над собой».
А если и работайте - то только в сторону выхода из токсичных отношений.
Они убивают зачастую не хуже пистолета у виска или ножа у горла.
А абьюзеров - невозможно исправить. Только отказаться от какого-либо социального взаимодействия.
Источники:
Herman, J. L. (1992). Trauma and Recovery.
WHO (2021). Global prevalence of intimate partner violence.
Follingstad, D. R. et al. (2009). Psychological aggression and PTSD.
Teicher, M. H. (2003). Neurobiological impact of early emotional abuse.
Stark, E. (2007). Coercive Control.
Текст: Нова.