«Все завидуют мне — с фронта уезжаю!» — с горькой иронией вспоминает ветеран Великой Отечественной войны, полковник Тимофей Павлович Дегтярёв. Его война закончилась не в мае 1945-го, а раньше, но самые страшные минуты, по его словам, случились уже после Победы. Это история не только о любви и предательстве, но и о том, как советских солдат, спасших Европу от фашизма, встречали с оружием в спину.
Ранение, любовь и заговор
После ранения Тимофей Дегтярёв находился в команде выздоравливающих. Именно там он встретил свою любовь — Шуру Егину, ленинградку. «Красивая, умная, строгая к себе… Мы с ней даже пожениться собирались». Но их счастью помешал инженер-полковник, который положил глаз на Шуру.
В это же время командир полка вручил Тимофею наградной лист на орден Отечественной войны и направление на учёбу. Молодой солдат рвался обратно на фронт, но приказ был неоспорим. Сам ветеран убеждён: это было продолжением истории с пятью сожжёнными «тиграми».
«Раз не получилось меня в разведке боем сгубить, они придумали меня на учёбу отправить».
Перед отъездом он встретился с Шурой. Та, зная о его ревнивом нраве, предупредила инженер-полковника: «Если Тимофей тебя увидит, он тебя пристрелит». Но уговорила Тимофея ехать. Их переписка длилась недолго. Вскоре Шура написала последнее письмо: инженер-полковник пригрозил отправить её на передовую, если она будет отказываться. «Больше не пиши…» — такими были её прощальные слова.
Война после войны
Учёба закончилась, Германия капитулировала, началось сокращение армии. Тимофей Павлович был назначен командиром автобата, в котором было пятьсот машин. Его задачей был перегон грузовиков — и трофейных, и наших — из расформировываемых дивизий в СССР для народного хозяйства.
Именно в Польше, через которую лежал их путь, и развернулись драматические события. В одном из городков, где советских солдат встретили с крайней враждебностью, колонна попала в засаду.
«Вроде мы их от фашистов освободили, но им это почему-то не понравилось».
Колонна ушла вперёд, а Тимофей с восемью машинами остался в хвосте, подбирая сломавшуюся технику. Подъехав к городку, он увидел вооружённых поляков. Проскочив на форде через заслон, он обнаружил, что основные силы его автобата где-то зажаты.
Бой на крыше и дуэль нервов
Дегтярёв не растерялся. Он обратился за помощью в соседний автобат, где ему выделили тридцать человек и капитана. При попытке вернуться по ним открыли огонь из пулемёта, который находился на крыше трёхэтажного дома, где заседала местная власть.
Тимофей Павлович, используя зелёные насаждения, скрытно подобрался к дому, поднялся по пожарной лестнице и оказался за спиной у двух пулемётчиков.
«Подошёл тихо и метров с пяти обоих из пистолета расстрелял… Первый раз за всю войну мне пришлось стрелять практически в упор, да ещё и из пистолета».
Спустившись в кабинет к польскому капитану, он столкнулся с прямой угрозой. Капитан потребовал сдать оружие, пригрозив убить одного из них за пулемётчиков. Капитан из автобата струсил и сдал оружие. Но Тимофей был непреклонен. Он взвёл курок своего ТТ и навёл его на поляка.
«Малейшее движение — и первая пуля твоя, а вторая — моя. Стреляю на любое движение вокруг».
Два польских автоматчика навели на него оружие. Так они простояли несколько часов — с семи вечера до трёх ночи. Поляк, поняв, что Дегтярёв не сдастся, вызвал советского коменданта. Тот прибыл и признался: «Я три дня как комендант и живой ещё. До меня никто даже трёх дней не прожил».
Жестокий финал и неожиданное признание
Коменданту удалось договориться. Тимофей, держа пистолет у затылка польского капитана, вывел его из здания. Внизу их ждала картина: поляки окружили его солдат, а те, в свою очередь, выдернули чеки из гранат и были готовы взорвать себя и врагов вместе.
«Говорю капитану: «Дай команду, чтобы твои ушли». И действительно, поляки ушли. Тут наши стали вставлять чеку в гранату. Не все сами справились (руки затекли, столько времени гранаты держали!), стали помогать друг другу».
Вывезя всех из города, Тимофей Павлович отпустил польского капитана. И тот, уже будучи свободным, бросил ему в спину циничную фразу: «А я бы тебя точно расстрелял…».
Капитан из автобата был в ярости, что свидетель его трусости остался жив. Но для Дегтярёва было непонятно иное «геройство»:
«Такого «геройства», когда ты расстреливаешь людей, а самому тебе не грозит опасность, я никогда не понимал».
Эта история — жестокое напоминание, что для многих солдат Великой Отечественной война не закончилась в Берлине. Её отголоски звучали ещё долго, унося жизни тех, кто уже поверил, что выжил.
Продолжение следует. Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить!
Начало рассказа Тимофея Павловича Дегтярёва здесь. Полный рассказ «Тысяча земных поклонов» читайте здесь. Бумажная книга с этим рассказом «Великая Отечественная в рассказах фронтовиков» здесь.
Буду особенно благодарен, если вы поделитесь ссылкой на канал со своими знакомыми, которым может быть интересна эта тема.
#ВОВ #историявойны #ветеран #воспоминания #ВеликаяОтечественная #архив #живаяистория #подвиг #Польша #послевойна