— Ты не мог бы хотя бы спросить меня, прежде чем приглашать сюда свою маму? — Алина стояла у окна, скрестив руки на груди, и смотрела на мужа.
Никита небрежно бросил ключи на тумбочку и развел руками.
— А что такого? Мама приедет всего на пару недель, пока у нее ремонт. Не на улице же ей жить.
— Дело не в этом. Ты даже не обсудил это со мной, — Алина старалась говорить спокойно, хотя внутри все кипело. — Просто поставил перед фактом.
— Алин, ну серьезно, это же моя мама. И наша общая квартира. Почему я должен спрашивать разрешения?
Алина вздрогнула.
— Наша общая? С каких это пор? Насколько я помню, эту квартиру мне оставила бабушка. Задолго до нашей встречи.
Никита махнул рукой.
— Мы женаты два года. Теперь все общее. Так что мама поживет здесь, ничего страшного.
Алина хотела возразить, но в дверь позвонили. Никита расплылся в улыбке.
— А вот и она! — он поспешил открывать.
Алина глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. В коридоре раздался голос свекрови:
— Никитушка! Как же я рада тебя видеть!
Через минуту Лидия Алексеевна с двумя большими чемоданами уже стояла в гостиной. На ней был строгий костюм цвета бордо и жемчужные серьги, которые она почему-то никогда не снимала.
— Алиночка, здравствуй, дорогая, — она кивнула невестке. — Вот, приехала на недельку, пока эти ремонтники копаются у меня. Вы же не против?
— Конечно нет, мама, — ответил Никита раньше, чем Алина успела открыть рот. — Располагайтесь в гостиной, я сейчас разложу диван.
— Здравствуйте, Лидия Алексеевна, — Алина натянуто улыбнулась. — Вы надолго?
— Ой, не волнуйся, дорогая, — свекровь начала распаковывать чемоданы прямо на журнальном столике. — Недельки на две, не больше. Если, конечно, не затянется ремонт. Эти работники такие ненадежные сейчас.
Алина переглянулась с Никитой. Две недели — это вдвое дольше, чем он говорил изначально.
— А что именно ремонтируете? — спросила она.
— Да все! — всплеснула Лидия Алексеевна. — Полы, стены, потолок. Все под ключ. Решила квартиру обновить полностью.
Она достала из сумки какие-то рамки и начала расставлять их на полках.
— Я тут подумала, может, эту вазу лучше убрать? Она не очень сочетается с интерьером.
Алина застыла. Ваза была подарком ее бабушки.
— Нет, спасибо, она останется на месте, — твердо сказала Алина и перевела взгляд на мужа, ожидая поддержки.
Но Никита только пожал плечами.
— Мама дело говорит, Алин. Эта ваза действительно старомодная.
— Она мне дорога, — коротко ответила Алина и вышла на балкон.
Вечером, когда Лидия Алексеевна расположилась в гостиной, а Никита отправился в душ, Алина позвонила своей подруге Олесе.
— Ты представляешь, она приехала с двумя огромными чемоданами, — шептала Алина, закрывшись в спальне. — И уже начала переставлять вещи. А Никита ее поддерживает!
— А он что, заранее не обсудил с тобой приезд мамы? — возмутилась Олеся на том конце линии.
— В том-то и дело! Сказал постфактум. И теперь заявляет, что квартира у нас общая. Хотя она досталась мне от бабушки до нашей свадьбы.
— Так, подруга, тебе нужно серьезно поговорить с мужем. Это твоя собственность, и никто не имеет права...
В этот момент дверь спальни открылась, и на пороге появился Никита.
— Алин, ты не могла бы поискать другие подушки для мамы? Эти ей не подходят, — он указал на две декоративные подушки, которые Алина когда-то выбирала для гостиной.
— Я перезвоню, — быстро сказала Алина подруге и отключилась.
***
На следующее утро Алина проснулась от звуков передвигаемой мебели. Никита уже ушел на работу, и она с тревогой выглянула из спальни. Лидия Алексеевна с деловым видом переставляла книги на полках и перевешивала картины.
— Доброе утро, — сказала Алина, стараясь скрыть раздражение. — Что вы делаете?
— Ой, Алиночка, проснулась! — Лидия Алексеевна оторвалась от своего занятия. — Я тут немного меняю обстановку. В этой комнате ужасная энергетика. Картины висят неправильно, книги расставлены без системы.
Алина медленно досчитала до пяти.
— Лидия Алексеевна, я ценю вашу заботу, но я привыкла, когда все стоит на своих местах.
— Ой, ну что ты такая консервативная, Алиночка? Молодая девушка, а такая несовременная. Никитушка всегда говорил, что ты очень упрямая. Теперь я вижу, что он прав.
Алина почувствовала, как щеки заливает краска.
— Никита так говорил?
— Ну конечно, милая. Он всегда советуется со мной по важным вопросам. Между прочим, мы с ним уже давно думаем, не пора ли вам подыскать квартиру побольше? Эта-то совсем крохотная для молодой семьи.
Алина замерла.
— Мы с Никитой не обсуждали покупку другой квартиры.
Лидия Алексеевна хитро улыбнулась.
— Правда? А он мне говорил обратное. Видимо, хотел сделать тебе сюрприз. Упс! — она притворно прикрыла рот рукой. — Кажется, я проговорилась.
Алина растерянно смотрела на свекровь. Что-то в ее словах казалось очень подозрительным.
— А откуда у нас деньги на новую квартиру? — спросила она напрямик.
— Ну как же, дорогая, — Лидия Алексеевна начала расправлять скатерть на столе. — Продадите эту квартирку, добавите еще немного, и можно взять хорошую трешку. А если надо, я тоже могу помочь. А потом, глядишь, и я к вам перееду. Вместе веселее!
Алина почувствовала, как по спине пробежал холодок. Вот, значит, какой план. Продать ее квартиру и купить новую, куда переедет и свекровь. Без ее согласия.
— Лидия Алексеевна, эта квартира принадлежит мне. Я получила ее в наследство от бабушки до встречи с Никитой. И я не собираюсь ее продавать.
Свекровь замерла на секунду, но быстро взяла себя в руки.
— Алиночка, ты что, не понимаешь? Вы с Никитой теперь семья, все должно быть общим. Эгоизм в семье — это так непривлекательно.
Вечером, когда Никита вернулся с работы, Алина решила прояснить ситуацию. Она дождалась, когда Лидия Алексеевна отправится в ванную, и спросила:
— Ник, ты не рассказывал мне, что вы с мамой обсуждали продажу моей квартиры.
Никита на секунду замер, затем беззаботно улыбнулся.
— А, это. Мама любит фантазировать. Мы просто обсуждали теоретически, что неплохо бы расширить жилплощадь когда-нибудь в будущем.
— И для этого продать мою квартиру?
— Нашу квартиру, Алин. Мы же муж и жена, помнишь? — он попытался обнять ее, но Алина отстранилась.
— Ник, эта квартира — мое наследство. Мы это обсуждали до свадьбы, и ты был согласен.
— Да брось ты, Алин! Это было давно. Сейчас все изменилось. Мы должны думать как одна семья, а не цепляться за какие-то формальности.
Алина не стала продолжать разговор, но внутри нее что-то оборвалось. Как будто она впервые увидела своего мужа в новом свете.
***
Через несколько дней Алина забыла рабочие документы дома и вернулась за ними в обеденный перерыв. Открыв входную дверь, она услышала голоса из гостиной. Лидия Алексеевна говорила по телефону.
— Да, Антон Сергеич, ремонт уже закончен, спасибо, что спрашиваете. Нет, я пока у Никиты и Алины. Тут такие перспективы открываются! — свекровь понизила голос, но Алина все равно отчетливо ее слышала. — Мы с Никитой уже почти убедили Алину продать эту квартирку. Вы же помните, я рассказывала вам, что она досталась ей от бабки? Так вот, продадим и купим трешку, где места хватит всем. В том числе и мне. Что? Нет, она пока не в курсе, что я планирую тоже там жить. Никита считает, что лучше сначала провернуть сделку, а потом уже объявить. Да, я тоже думаю, что она взбрыкнет. Ну ничего, справимся как-нибудь...
Алина тихо закрыла дверь и выскользнула из квартиры. Сердце бешено колотилось. Значит, вот какой план они придумали с Никитой! И этот "Антон Сергеич" — это, похоже, бывший муж Лидии Алексеевны и отец Никиты. Интересно, знает ли он всю правду?
Вместо того чтобы вернуться в офис, Алина поехала к своей подруге Олесе.
— Ты была права, — сказала она, сидя на кухне у подруги. — Они хотят продать мою квартиру и купить новую для себя и свекрови.
— Вот гадюки, — Олеся даже привстала от возмущения. — И что теперь?
— Не знаю. Я даже не представляю, как поговорить об этом с Никитой. Он будет отрицать.
— Тебе нужно проконсультироваться с юристом, — Олеся забарабанила пальцами по столу. — У меня есть знакомый нотариус. Он может точно сказать, имеет ли Никита право на твою квартиру.
Нотариус Павел Дмитриевич Соловьев, солидный мужчина с аккуратной бородкой, принял их в тот же день вечером.
— Если квартира была получена вами в наследство до заключения брака, — сказал он, изучив документы, которые Алина предусмотрительно захватила с собой, — то она является вашей личной собственностью и не входит в состав совместно нажитого имущества супругов. Никаких сомнений.
— А если муж настаивает, что квартира общая?
Нотариус хмыкнул.
— Может настаивать сколько угодно. Закон на вашей стороне.
— А если он попытается продать квартиру?
— Без вашего согласия и подписи это невозможно. Вы единственная собственница, все документы у вас. Но на всякий случай держите оригиналы в надежном месте, не дома.
Эта консультация немного успокоила Алину. По крайней мере, юридически она была защищена. Но как быть с моральной стороной? Как поговорить с мужем? И что делать с его матерью, которая, похоже, не собирается уезжать?
***
В субботу утром Лидия Алексеевна объявила, что едет за покупками и вернется вечером. Как только за ней закрылась дверь, Алина села напротив Никиты.
— Нам нужно поговорить.
Никита оторвался от планшета.
— О чем?
— О нашем будущем, — Алина посмотрела ему прямо в глаза. — Я случайно услышала разговор твоей мамы. Она рассказывала твоему отцу, что вы с ней планируете продать мою квартиру, купить новую и жить там втроем.
Никита на секунду растерялся, но быстро взял себя в руки.
— Алин, ты что-то путаешь. Мама просто фантазирует. Ты же знаешь ее.
— Перестань, Ник. Я уже проверила ваш домашний компьютер. Там открыты сайты с объявлениями о продаже трехкомнатных квартир. И у тебя в почте — переписка с риелтором.
Никита побледнел.
— Ты копалась в моей почте? Это нарушение...
— Не уходи от темы, — перебила его Алина. — Ты действительно планировал продать мою квартиру без моего согласия?
Никита встал и прошелся по комнате.
— Алин, ты не понимаешь. Сейчас очень выгодное время для продажи. А с маминой помощью мы можем купить квартиру гораздо лучше этой. Трехкомнатную, в новом доме. Разве ты не хочешь жить лучше?
— Дело не в этом, Ник. Дело в том, что вы с мамой решили все за моей спиной. И даже не обсудили со мной.
— Я хотел сделать тебе сюрприз!
— Сюрприз? Продажа моей квартиры — это сюрприз? А то, что твоя мама собирается жить с нами — тоже сюрприз?
Никита застыл.
— Откуда ты...
— Я слышала, как твоя мама говорила об этом с твоим отцом. И кстати, почему она до сих пор не вернулась в свою квартиру? Ремонт же давно закончен.
Никита опустил глаза.
— Мама сдала свою квартиру, чтобы накопить денег на новую. Для нас. Она хотела помочь.
— Помочь? Или просто переехать к нам навсегда?
— Алин, она моя мама. И она много делает для меня... для нас.
Алина глубоко вздохнула.
— Ник, я не против твоей мамы. Но я против того, как вы поступаете. Вы скрываете от меня правду, принимаете решения за моей спиной. И ты назвал мою квартиру нашей общей, хотя прекрасно знаешь, что юридически это не так.
Никита скрестил руки на груди.
— А, вот оно что. Ты уже и юриста нашла? Может, и развод планируешь?
— Не надо переводить разговор на другую тему, — твердо сказала Алина. — Я хочу услышать от тебя правду. Вы с мамой планировали продать мою квартиру без моего согласия?
Никита долго молчал, потом вздохнул.
— Мы обсуждали такой вариант. Мама считает, что так будет лучше для всех.
— А ты? Ты тоже так считаешь?
— Я просто хочу, чтобы все были счастливы, — уклончиво ответил Никита.
— Включая твою маму, которая будет жить с нами?
— Ну, не сразу... Сначала мы бы обжились на новом месте, а потом...
Алина покачала голова.
— Ник, будь со мной честен. Когда ты обещал своей маме, что она сможет жить с нами?
Никита долго молчал, потом тихо сказал:
— Когда она предложила вложить деньги от сдачи своей квартиры в нашу новую. Она поставила условие, что сможет жить с нами, когда захочет.
— И ты согласился, не обсудив это со мной?
— Алин, я думал, что смогу тебя убедить. Что ты поймешь, как это важно для мамы. Для нас всех.
Алина встала.
— Нет, Ник. Важно то, что ты перестал воспринимать меня как равную. Ты принимаешь важные решения без меня, обсуждая их с мамой. И считаешь мою собственность своей.
***
Когда вечером вернулась Лидия Алексеевна, Алина и Никита сидели в кухне. Свекровь, нагруженная пакетами, сияла от радости.
— Дети мои, я такое нашла! Такие обои для новой квартиры! И уже присмотрела мебель для гостиной. Тут недалеко как раз открылся новый мебельный магазин...
Она замолчала, заметив серьезные лица Алины и Никиты.
— Что-то случилось?
— Лидия Алексеевна, — спокойно начала Алина. — Я знаю о вашем плане продать мою квартиру, купить новую и жить там втроем.
Свекровь на секунду замерла, потом натянуто улыбнулась.
— Ой, Алиночка, какие глупости! Кто тебе такое сказал?
— Вы сами. Я слышала ваш разговор с Антоном Сергеевичем.
Лидия Алексеевна бросила быстрый взгляд на сына.
— Никита, ты говорил с ней об этом?
— Да, мама. Алина все знает.
Лидия Алексеевна вздохнула и села за стол.
— Ну хорошо. Да, у меня был такой план. Но я делала это для вас, дети мои! Чтобы вам было лучше!
— Мама, — неожиданно твердо сказал Никита. — Давай начистоту. Ты хотела переехать к нам, потому что сдала свою квартиру и не хочешь платить за съем другой.
Лидия Алексеевна возмущенно посмотрела на сына.
— Как ты можешь так говорить? Я хотела помочь! Я вкладывала деньги в ваше будущее!
— В обмен на то, что будешь жить с нами. Постоянно, — сказал Никита.
— И что в этом плохого? Я твоя мать! Я имею право быть рядом с тобой!
— А как же мое мнение? — спросила Алина. — Вы обсуждали все это за моей спиной. Решали мою судьбу. Распоряжались моей квартирой.
— Твоей квартирой? — фыркнула Лидия Алексеевна. — Ты вышла замуж за моего сына. Значит, квартира теперь общая!
— Нет, Лидия Алексеевна, — спокойно сказала Алина. — Юридически эта квартира полностью моя. Я получила ее в наследство до брака с Никитой. И никто, даже мой муж, не имеет на нее прав без моего согласия.
— Что за чушь! — свекровь повернулась к сыну. — Никита, скажи ей!
Никита молчал несколько секунд, потом тихо произнес:
— Мама, Алина права. Я проверил. По закону эта квартира принадлежит только ей.
— И что теперь? — возмутилась Лидия Алексеевна. — Я уже сдала свою квартиру! Куда мне идти?
— Можно снять квартиру, — предложил Никита. — Я помогу с деньгами.
— Чтобы я, Лидия Алексеевна Гончарова, жила в съемной квартире? Никогда! — она резко встала.
— У вас есть своя квартира, — напомнила Алина. — Просто вы решили ее сдать, чтобы заработать.
— Да как ты смеешь...
— Мама, — остановил ее Никита. — Алина права. Ты сама создала эту ситуацию. И втянула в нее меня.
— Никита, неблагодарный ты мой! После всего, что я для тебя сделала! — Лидия Алексеевна театрально всплеснула руками. — Ладно! Я уйду! Вернусь в свою квартиру! Но учти: больше я никогда не буду вам помогать!
Она резко развернулась и пошла в гостиную собирать вещи.
Алина и Никита молча смотрели друг на друга.
***
На следующий день Лидия Алексеевна уехала, громко хлопнув дверью и заявив, что они еще пожалеют. Между Алиной и Никитой повисла неловкая тишина. Каждый думал о своем.
Вечером, когда они сидели на кухне, Никита первым нарушил молчание:
— Прости меня, Алина. Я позволил маме влиять на себя и чуть не разрушил наши отношения.
Алина долго смотрела на него, пытаясь понять, искренен ли он.
— Почему ты поддержал ее план, Ник? Неужели тебе так важно ее мнение, что ты готов был пойти против меня?
Никита вздохнул.
— Я привык слушаться маму. Всю жизнь она решала за меня. После развода с отцом она внушала мне, что только она по-настоящему меня любит, что только ей я могу доверять. И я поверил. Мама всегда знает, как давить на мои слабые точки.
— Но мы ведь говорили об этом до свадьбы, Ник. Ты обещал, что наша семья будет отдельной, что твоя мама не будет вмешиваться.
— Я хотел так, правда. Но... — он замолчал, подбирая слова. — Знаешь, мой отец говорил то же самое. Что мама слишком давит, слишком контролирует. И в итоге они развелись. Я всегда боялся, что и в моей семье будет так же.
— Ник, но в итоге ты сам создал эту ситуацию, — мягко сказала Алина. — Ты поставил маму выше нашей семьи. Выше меня.
Никита кивнул.
— Я понял это только сейчас. Когда увидел, как мама говорит, что ей нет дела до твоих чувств, до твоей собственности. Она думала только о себе. Всегда думала только о себе, просто прикрывала это заботой обо мне.
Алина чувствовала, как внутри нее борются обида и желание поддержать мужа. Она протянула руку и коснулась его плеча.
— Ник, я понимаю, что тебе тяжело. Но что нам делать дальше?
Никита сжал ее руку.
— Я не хочу потерять тебя, Алина. Ты для меня важнее, чем мамины планы. Я должен научиться отстаивать наши интересы перед ней. И уважать твои права.
— А как быть с квартирой?
— Это твоя квартира, Алина. Я был неправ, когда говорил иначе. И если когда-нибудь мы решим переехать — это будет наше общее решение. Не мамино. И не только мое.
Алина почувствовала, как напряжение последних дней начинает отпускать ее.
— Знаешь, Ник, я действительно думала о том, чтобы когда-нибудь купить квартиру побольше. Но не так. Не за счет продажи моего единственного имущества. И уж точно не для того, чтобы жить с твоей мамой.
Никита улыбнулся.
— Согласен. Может быть, через пару лет, когда накопим достаточно? Без спешки, без давления. И точно без мамы в соседней комнате.
Алина рассмеялась, впервые за долгое время.
— По рукам.
***
Через три дня Алине позвонил отец Никиты, Антон Сергеевич. Они не были особенно близки — после развода с Лидией Алексеевной он редко общался с семьей сына.
— Алина, здравствуй. Я слышал, у вас были некоторые... сложности с Лидией. Можем встретиться?
Они договорились о встрече в небольшом кафе недалеко от работы Алины. Антон Сергеевич оказался приятным, интеллигентным мужчиной, чем-то похожим на Никиту, только с сединой на висках и чуть более уставшим взглядом.
— Лидия позвонила мне вчера, — сказал он, помешивая кофе. — Рассказала, что вы с Никитой выгнали ее из дома. Что ты настроила сына против матери.
Алина внутренне напряглась.
— Это не совсем так...
Антон Сергеевич поднял руку.
— Я знаю. Я просто пересказываю ее версию. Хотя, уверен, правда выглядит иначе.
— Она хотела, чтобы мы продали мою квартиру, купили новую и жили там втроем, — прямо сказала Алина.
Антон Сергеевич рассмеялся.
— О, классика Лидии Алексеевны! Когда-то она провернула то же самое со мной. Мы продали мою квартиру, купили большую, а через полгода она перевезла к нам свою маму. Думаю, ты догадываешься, чем все закончилось.
— Разводом?
— Именно. Я не выдержал жизни под одной крышей с двумя командующими женщинами. И Лидия знала, что делает — после развода квартира осталась ей. Ведь мы продали мое жилье и купили новое уже в браке, поэтому оно считалось совместно нажитым.
— Поэтому она так настаивала на продаже моей квартиры, — задумчиво сказала Алина.
— Скорее всего. Лидия очень хорошо знает свою выгоду. И умеет манипулировать людьми, особенно Никитой. С детства она внушала ему, что только она по-настоящему его любит, что все остальные рано или поздно предадут. Это ее способ привязать сына к себе.
Алина вздохнула.
— Сейчас ситуация вроде бы разрешилась. Никита понял, что был неправ.
Антон Сергеевич покачал головой.
— Не обольщайся, Алина. Лидия не сдастся так просто. Она будет искать новые способы вмешаться в вашу жизнь, настроить Никиту против тебя. Ей нужен контроль.
— Что же нам делать?
— Поговори с Никитой. Объясни ему, как это выглядит со стороны. Помоги ему увидеть манипуляции матери. И самое главное — поддержи его, когда он попытается установить границы с ней. Это будет непросто. Лидия умеет давить на чувство вины.
Алина задумалась.
— Спасибо за совет, Антон Сергеевич. Но почему вы решили помочь мне?
Он улыбнулся.
— Потому что я вижу, что ты действительно любишь Никиту. И хочешь, чтобы ваш брак был счастливым. А еще потому, что мой сын заслуживает собственную жизнь, без маминых манипуляций.
Когда Алина вернулась домой, Никита сидел за компьютером, просматривая какие-то документы.
— Привет, — сказал он, не отрываясь от экрана. — Ты не поверишь, что я нашел.
— Что?
— Наш брачный контракт, — он повернул экран к Алине. — Я совсем забыл о нем. Помнишь, мы подписывали его перед свадьбой? Там четко указано, что твоя квартира остается твоей собственностью при любых обстоятельствах.
Алина замерла.
— Я тоже забыла о нем.
Никита смущенно улыбнулся.
— Прости, что вел себя как болван. Ты была права с самого начала. А я позволил маме затуманить мне голову.
Алина обняла его.
— Ник, я встречалась сегодня с твоим отцом.
— С папой? — удивился он. — Зачем?
Алина рассказала ему о разговоре с Антоном Сергеевичем. О том, как Лидия Алексеевна провернула похожую схему с его отцом. О том, как она манипулировала Никитой с детства.
— Звучит похоже на правду, — задумчиво сказал Никита. — Мама всегда говорила, что папа бросил нас, предал. Но со временем я стал замечать, что она не дает мне с ним общаться, перехватывает звонки, скрывает письма.
— Думаю, тебе стоит восстановить отношения с отцом, — мягко сказала Алина.
Никита кивнул.
— Ты права. И еще нам нужно поговорить с мамой. Установить четкие границы. Объяснить, что мы любим ее, но будем жить своей жизнью.
Алина улыбнулась.
— Вместе мы справимся.
***
Через полгода Алина и Никита сидели в своей квартире — той самой, которую когда-то оставила в наследство бабушка Валентина Степановна. За это время многое изменилось. Никита восстановил отношения с отцом, они стали чаще видеться. Лидия Алексеевна поначалу пыталась вмешиваться, устраивала сцены, обвиняла Алину во всех грехах, но постепенно поняла, что прежние методы больше не работают.
— Помнишь, как мама приезжала с тортом и требовала дать ей ключи от квартиры? — рассмеялся Никита, вспоминая недавний инцидент.
— Еще бы! — Алина улыбнулась. — А как она изменилась в лице, когда ты твердо сказал "нет"!
— Думаю, она потихоньку начинает принимать новые правила игры, — Никита взял Алину за руку. — Знаешь, я никогда не думал, что смогу противостоять маме. Всю жизнь я шел на поводу у нее. А теперь чувствую себя... свободным.
— Я горжусь тобой, Ник.
Никита улыбнулся.
— А я благодарен тебе за то, что ты не сдалась. Не позволила разрушить наши отношения. И помогла мне увидеть правду.
В дверь позвонили. Это был курьер с большой коробкой.
— Что это? — удивилась Алина, принимая доставку.
— Открой, — таинственно улыбнулся Никита.
Внутри оказались документы на новую квартиру — трехкомнатную, в современном жилом комплексе на противоположном конце города от Лидии Алексеевны.
— Ник? Что это значит?
— Я купил ее. Точнее, мы купили. Взял ипотеку на пятнадцать лет. Первый взнос — от продажи моей холостяцкой квартиры, которую я сдавал последние годы. Никто не знает об этой покупке — ни мама, ни даже твоя подруга Олеся.
— Но как?
— Помнишь, ты говорила, что хотела бы когда-нибудь переехать в квартиру побольше? Я решил сделать тебе сюрприз. Настоящий сюрприз. Без маминого участия. Квартира оформлена на нас обоих. А твою мы сохраним — может быть, когда-нибудь она пригодится нашим детям.
Алина обняла его.
— Спасибо, Ник. Но главное не квартира. Главное — то, что мы вместе, что мы смогли преодолеть все эти сложности. И стали сильнее.
Никита кивнул.
— Кто бы мог подумать, что именно твоя фраза "Эта квартира моя. Не наша общая, как ты любишь повторять, а моя" поможет нам построить по-настоящему общую жизнь. Без манипуляций, без лжи, без вмешательства извне.
Алина улыбнулась и крепче прижалась к мужу. Впереди их ждала новая глава — в новой квартире, которая действительно принадлежала им обоим.
***
Алина встретилась с отцом Никиты в кафе, чтобы обсудить, как дела у Никиты с установлением границ с Лидией Алексеевной.
— Знаешь, Алина, — сказал Антон Сергеевич, помешивая кофе, — твоя история закончилась хорошо. Никита понял свои ошибки, вы вместе справились. А вот недавно моя знакомая рассказывала о своей дочери — той совсем не повезло.
— Что случилось?
— Муж оказался законченным бездельником, годами не работал, а девушка одна семью тянула. Плюс свекровь такая была — твоя Лидия Алексеевна по сравнению с ней просто ангел! Думаешь, контролирующая свекровь, которая квартиру продать хотела — это предел? Это еще цветочки, милая. Вот послушай, что бывает в семьях, где мужчина вообще отказывается быть мужчиной, читать историю Арины...