Есть такие высоко оцененные фестивальные фильмы (как этот, имеющий на Rotten Tomatoes – 96%), которые словно подразумевают последующий просмотр в сеточке на волосах и в тончайших белых перчатках. Как иначе приблизиться к искусству.
Вот, с драматическим фильмом “Сират” Оливера Лаше у меня было такое ощущение до просмотра. Слышала заранее, что фильм – цитирую близко к тексту: “оглушает”, “оставляет печальное послевкусие”, “выдавливает все эмоции”.
Для меня этот фильм обернулся недоумением – такое ощущение, что сценарий писал человек, который как-то облил дом бензином и бросил в него горящую палку, чтобы проверить, сгорит ли он. То есть глубинного смысла в подобном действии нет, кроме как убедиться, что дом полыхнет.
В итоге этот фильм не понравился, но я попыталась поразмышлять о том, что посмотрела.
Премьера фильма состоялась в основной программе кинофестиваля в Каннах 15 мая 2025 года (78th Cannes Film Festival). Но фильм получил третью по значимости награду – приз жюри (Jury Prize); в этом году жюри поощрило в этой же категории фильм “Звук падения” Маши Шилински.
Плюсом “Сирату” дали премии пальмовой собаки и французской ассоциации киноискусства, и наградили композитора Kangding Ray за низкие частоты, вызывающие тревогу и погружающие в транс. А это очень важно, потому что рейверская тусовка является местом притяжения, а основной актерский состав – это настоящие рейверы, играющие под своими именами.
“Сират” отобран в категорию “Лучший фильм на иностранном языке” на соискание премии Oscar 2026.
Сюжет
Луис (в исполнении Серхи Лопеса) и его 10-летний сын Эстебан (в исполнении Бруно Нуньеса Архоны) отправились в длительное путешествие в поисках Мар, старшей дочери Луиса и, соответственно, сестры Эстебана.
По слухам, Мар может быть на рейве в пустыне Марокко. Луис и Эстебан приехали на рейв и, раздавая листовки с фото Мар, параллельно спрашивали рейверов, видели ли они эту девушку. Никто ее не видел, но одна из компаний предположила, что Мар может быть на другом рейве в другой части пустыни, только добраться до той локации очень сложно, да и пустыня требует серьезной подготовки от человека.
Луис настроен все же найти Мар, потому, отметая предупреждения об опасностях, отправляется на своем мини-вэне “Ситроен” за группой рейверов из Стеф, Биги, Жад, Тонина и Джоша, которые передвигаются на устрашающего вида грузовиках, способных проходить и пески, и речки.
Луиса, Эстебана и его собачку Пипу впереди ждет еще более сложное путешествие, чем они ожидали.
Значение слова “сират” в названии
В самом начале фильма титр сообщает, что sirāt – это мост между адом и раем; он тоньше, чем волос, и острее, чем меч.
А следом – в открывающей сцене – происходит установка мощной стереосистемы прямо на пустыре в окружении фактурных склонов. Это тонкий намек на то, что тонкая грань между адом и раем стерлась. Человек вторгся в природный ландшафт, он прибыл сюда, в экзотические дали, чтобы устроить рейв. Чистота природы терпит крах, ее используют не для очищения души, а как отхожее место для помутнения сознания.
В более широком масштабе – мир давно пересек тонкую грань, находясь в постоянном турбулентном состоянии. В нем так неспокойно, что он гонит людей как можно дальше, пересекать любой мост над адом в поисках рая.
Слово sirāt (sirāṭ) имеет арабское происхождение, оно означает "путь", "стезю", "дорогу", а если точнее, то правильный путь или тропу к просветлению. И вот в самом начале в контексте значения слова снова прослеживается ирония: люди находят правильным для себя скрываться от сложившейся обстановки в мире как можно дальше от цивилизации. Да, они в прямом смысле устраивают пир во время чумы, но в этом и выражается человеческая природа (хорошо описанная в романе Алекса Гарленда “Пляж”).
В исламской теологии sirāt, в частности, относится к мосту через ад, который все должны пересечь в Судный день, чтобы попасть в рай. Отсылки к пересечениям в фильме тоже есть: Луис и его сын Эстебан преодолевают огромное расстояние в поисках Мар; потом Луис пересекает реку (прямо-таки Стикс); потом караван из авто Луиса и рейверов застревает на горном серпантине; потом Луис и рейверы испытывают свои нервы на минном поле, ища правильное место, чтобы пересечь его; потом единственный на всю Мавританию поезд мчится через пески практически в никуда.
В мусульманских общинах часто встречается имя собственное Сират. Думаю, было бы логично, если в сюжете присутствовал персонаж с таким именем как проводник.
Общее впечатление от фильма
Если оценивать окружающую обстановку и ее связь со словом sirāt, то получилось убедительно. Но под вопросом остается жестокость ради жестокости. Словно это не совсем верная интерпретация концепции Антонена Арто. Согласно концепции театра жестокости (The Theatre of Cruelty), зритель при просмотре переживает эмоциональное потрясение из-за того, что ему демонстрируют – это грубые, темные стороны существования, использование резких звуков, необычного освещения, дискомфортных событий. Часто это делается в обход логики, создавая травмирующую эмоциональную реакцию аудитории.
С одной стороны, сценарий Оливера Лаше и Сантьяго Фильоля так и действует. Театр жестокости ради самой жестокости, которая не подвергается какому-либо анализу или обоснованию, но ввергает в недоумение. Появляются вопросы и желание перемотать происходящее назад, потому что то, что случилось – это перебор.
С другой стороны, легко все списать на “обход логики” и аргументировать этим. Но все же сценарий не должен существовать в угоду сценаристам, чтобы события развивались так, как им удобно, чтобы подвести действующих лиц к планируемым событиям, которые однозначно повергнут в шок.
В фильме есть момент, когда Эстебан объясняет, что Мар была совершеннолетней, когда ушла из дома. Из этого следует, что это было ее решением; и, если бы она хотела связи с семьей, она бы прислала о себе весточку. В объяснении Эстебана, этого мудрого 10-летнего мальчика, больше логики, чем в действиях отца. Возможно, не стоит бежать за тем, кто бежит от тебя; возможно, не стоит пытаться поговорить с тем, кто не хочет слышать твой голос; возможно, не стоит совершать благородный поступок ради того, кто этого не ждет. Хотя есть “но” – неизвестно, какие вообще были отношения между отцом и дочерью; остается только гадать.
Для меня этот фильм – что-то вроде публикации в социальной сети, сообщающей трагическую новость. И под этой публикацией появляется много реакций в виде сердечек. В такие моменты я не понимаю, почему под такими новостями нужно ставить именно сердечко (или что-то, подобное по смыслу) – понравилось, что такое произошло? Жюри в Каннах поставило под фильмом Лаше нечто, подобное сердечку. Предположу, что жюри было потрясено, этот фильм их разбудил и взбодрил; хотя бы за это они откликнулись призом.
Подводя итог, предположу, что драма “Сират” – это метафора жизни как опасного путешествия по минному полю. Путешествие либо уничтожает, либо позволяет переродиться. И во время поисков человек парадоксально теряет намного больше, чем старается найти.
Спасением на нем будет отсутствие мыслей (“Как тебе это удалось?” – “Я прошел, ни о чем не думая”) и полное смирение с ударами. Также подтекстом идет относительность понятий “рай” и “ад”, как в драме Акиры Куросавы. Кажется, что обстановка тревожная и напоминает ад, но настоящий ад еще предстоит увидеть. Все это – тонкая грань, разница становится очевидной только после проживания чудовищной трагедии.
Я согласна с критиком Эммой Кили (Collider): “Лаше стремится шокировать зрителей, и в этом он преуспевает, но в результате страдает история в целом”.