Валентина Сергеевна проснулась в понедельник и первым делом посмотрела на будильник. Семь утра. Она потянулась и улыбнулась. Можно еще поспать. Не нужно больше вскакивать в шесть, бежать на автобус, стоять весь день на ногах в школьной столовой. Все. Пенсия началась.
Она встала, надела халат и прошла на кухню. Заварила себе крепкий чай, достала из холодильника вчерашний пирог. Села у окна и смотрела, как во дворе спешат на работу соседи. А она никуда не торопится. Наконец-то.
Валентина Сергеевна строила планы уже давно. Хотела в огород съездить, там грядки надо перекопать. Потом к сестре в гости собиралась, в соседний город. Давно не виделись. Еще хотела записаться на курсы по вязанию, давно мечтала научиться вязать сложные узоры.
Телефон зазвонил, когда она допивала второй стакан чая. Звонила дочь Оксана.
— Мам, привет! Как ты? Как первый день на пенсии?
— Отлично! Выспалась, чай пью не спеша. Благодать!
— Мам, слушай, мне надо с тобой поговорить. Серьезно.
Валентина Сергеевна насторожилась. Голос у дочери был какой-то напряженный.
— Что случилось? Ты здорова?
— Я здорова. Просто нам с Андреем предложили контракт за границей. На полгода. Очень хорошие деньги. Мы бы отказались, но это реально большая возможность для нас.
— Ну и езжайте. Что тут такого?
— Мам, а дети?
Валентина Сергеевна замерла с чашкой в руках.
— Дети?
— Мы хотели попросить тебя посидеть с ними. Ну, пожить. Полгода всего. Ты же теперь на пенсии, дома сидишь. Тебе не сложно будет.
— Оксана, у меня планы! Я же собиралась наконец отдохнуть!
— Мам, ну пожалуйста! Нам больше не с кем оставить. Свекровь болеет, она не справится.
Валентина Сергеевна вздохнула. Внуки. Мише семь лет, Даше пять. Шустрые, активные. С ними ни минуты покоя.
— А когда вы улетаете?
— Послезавтра. Мам, я понимаю, что это резко. Но мы не планировали. Контракт предложили неожиданно.
— Хорошо. Привозите.
— Спасибо, мам! Ты лучшая!
Валентина Сергеевна положила трубку и посмотрела на свой список дел, который лежал на столе. Огород, сестра, курсы. Все это придется отложить.
Через день Оксана с Андреем привезли детей. Два огромных чемодана вещей, коробка с игрушками, куча книжек и альбомов для рисования.
— Мам, тут все, что нужно. Одежда, обувь. Миша в школу ходит, я договорилась с учительницей, чтобы задания присылала. Даша не ходит в садик, с ней дома посидишь.
— Угу.
— Деньги на карту буду переводить каждую неделю. На еду, на всякие расходы.
— Ладно.
Миша стоял в углу и дулся. Даша держалась за мамину юбку и всхлипывала.
— Дети, ведите себя хорошо. Слушайтесь бабушку, — строго сказала Оксана.
— Не хочу тут оставаться, — пробурчал Миша.
— Миша! Хватит капризничать! Мы скоро вернемся.
— Когда скоро?
— Через полгода.
— Это не скоро! Это целая вечность!
Валентина Сергеевна подошла к внуку и положила руку на плечо.
— Мишенька, ничего страшного. Мы с тобой хорошо проведем время. Я тебе пирожки твои любимые напеку.
Миша буркнул что-то неразборчивое. Оксана с Андреем попрощались и уехали. Даша расплакалась громко, Миша ушел в комнату и захлопнул дверь.
Валентина Сергеевна осталась стоять посреди коридора с двумя чемоданами. Вот так отдых.
Первые дни были кошмаром. Даша плакала по ночам, просила маму. Валентина Сергеевна качала ее на руках, пела колыбельные, но девочка все равно всхлипывала. Миша дулся, отказывался делать уроки, сидел уткнувшись в телефон.
— Миша, выключи телефон. Садись за уроки.
— Не хочу.
— Мне все равно, хочешь или нет. Мама сказала, что ты должен учиться.
— Мама далеко. Она не узнает.
Валентина Сергеевна подошла и забрала телефон.
— Эй! Отдай!
— Получишь, когда сделаешь уроки.
Миша надулся еще больше, но все-таки открыл учебник. Валентина Сергеевна вздохнула. Так полгода?
Через неделю установился какой-никакой режим. Утром будили Мишу, он собирался в школу. Валентина Сергеевна провожала его до ворот, потом возвращалась и занималась Дашей. Девочка требовала постоянного внимания. То рисовать хотела, то лепить, то играть в куклы.
— Бабушка, пойдем погуляем!
— Даша, на улице холодно.
— Ну и что! Я хочу гулять!
Приходилось одеваться и идти во двор. Даша бегала по площадке, качалась на качелях, требовала, чтобы бабушка катала ее на карусели. Валентина Сергеевна крутила ручку и чувствовала, как устают руки. Раньше она так не уставала.
Вечером забирала Мишу из школы. Он всегда выходил хмурый.
— Как дела?
— Нормально.
— Учительница хвалила?
— Не знаю.
Дома начиналась самая трудная часть. Миша отказывался делать уроки, Даша требовала внимания, а Валентине Сергеевне надо было готовить ужин, стирать, убирать. Где тут отдыхать?
Однажды вечером, когда она мыла посуду после ужина, Миша подошел и молча встал рядом.
— Что-то случилось?
— Бабушка, а мама правда вернется?
Валентина Сергеевна вытерла руки полотенцем и посмотрела на внука. Глаза грустные, плечи опущены.
— Конечно, вернется. Они с папой просто на работе далеко. Заработают денег и приедут.
— Я скучаю.
— Я знаю, милый. Но надо потерпеть. Пройдет время, и все будет как раньше.
Миша кивнул и ушел в комнату. Валентина Сергеевна почувствовала, как сжалось сердце. Бедные дети. Они не виноваты, что родители уехали.
Прошел месяц. Валентина Сергеевна привыкла к новому режиму, хотя усталость накапливалась. По вечерам она падала на диван и даже сил не было телевизор посмотреть. Просто лежала и смотрела в потолок.
Однажды утром Даша проснулась с температурой. Щеки красные, лоб горячий.
— Бабушка, мне плохо, — захныкала девочка.
Валентина Сергеевна дала жаропонижающее, укутала одеялом. Мишу отправила в школу, а сама села возле Даши. Девочка капризничала, плакала, просила то пить, то есть, то в туалет.
К вечеру температура поднялась еще выше. Валентина Сергеевна испугалась и вызвала скорую. Приехал молодой врач, осмотрел Дашу.
— Ангина. Надо антибиотики пить. Вот рецепт.
— Спасибо, доктор.
Когда врач уехал, Валентина Сергеевна побежала в аптеку за лекарствами. Миша остался с Дашей. Она вернулась через двадцать минут, запыхавшаяся.
— Все хорошо?
— Да. Даша спит.
Валентина Сергеевна дала Даше лекарство, когда та проснулась. Девочка морщилась, но выпила. Вся ночь прошла без сна. Валентина Сергеевна каждые два часа мерила температуру, меняла компрессы.
Утром она выглядела как выжатый лимон. Глаза красные, голова кружится. Но надо было вставать, готовить Мише завтрак, собирать его в школу.
— Бабушка, ты плохо выглядишь, — сказал Миша за завтраком.
— Ничего, нормально. Просто устала немного.
— Может, тебе к врачу?
— Не надо. Я здорова.
Миша посмотрел на нее с сомнением, но спорить не стал. Собрался и ушел в школу. Валентина Сергеевна прилегла на диван рядом с Дашей. Девочка спала, дыша тяжело. Бедная малышка.
Через несколько дней Даша пошла на поправку. Температура спала, щечки порозовели. Она снова бегала по квартире, требовала играть и гулять. Валентина Сергеевна радовалась, но силы были на исходе.
Позвонила Оксана. Интересовалась, как дела, как дети.
— Все хорошо, доченька. Не волнуйся.
— Мам, ты какая-то уставшая. Голос слабый.
— Да нет, все нормально. Просто Даша болела, я с ней ночами сидела.
— Болела? Почему не сказала?
— Зачем тебя расстраивать? Ты же все равно ничем не поможешь.
Оксана замолчала. Потом тихо сказала:
— Мам, прости. Я понимаю, что тебе тяжело.
— Справляемся. Ничего страшного.
— Мы скоро вернемся. Еще четыре месяца осталось.
Четыре месяца. Целых четыре месяца. Валентина Сергеевна положила трубку и прикрыла глаза. Как же она устала.
Однажды вечером, когда дети уже легли спать, она достала свой список дел, который писала перед пенсией. Огород, сестра, курсы. Все зачеркнула и написала одно слово. Дети.
Прошло еще два месяца. Валентина Сергеевна научилась справляться. Нашла помощницу, которая приходила раз в неделю убираться. Договорилась с соседкой, чтобы та забирала иногда Мишу из школы. Даше купила новые игрушки, чтобы девочка могла играть сама.
Но самое главное, она стала замечать, как дети изменились. Миша перестал дуться. Делал уроки сам, без напоминаний. Даже стал помогать по дому. Мыл посуду, выносил мусор.
— Миша, спасибо, что помогаешь.
— Да ладно, бабушка. Я же вижу, что тебе тяжело.
Даша тоже стала самостоятельнее. Научилась сама одеваться, убирать игрушки. Даже просила научить ее готовить. Валентина Сергеевна показывала ей, как делать простые бутерброды, резать овощи для салата.
— Бабушка, а я молодец?
— Большая молодец, Дашенька.
Девочка сияла от счастья.
Однажды днем, когда Миша был в школе, а Даша играла в комнате, Валентина Сергеевна сидела на кухне и пила чай. Вдруг к ней подошла Даша, забралась на колени и обняла.
— Бабушка, я тебя люблю.
Валентина Сергеевна почувствовала, как к горлу подступил комок.
— И я тебя люблю, солнышко.
— Бабушка, а когда мама с папой вернутся, ты будешь скучать?
— Конечно, буду.
— И я буду. Мне с тобой хорошо.
Даша поцеловала бабушку в щеку и убежала играть дальше. Валентина Сергеевна сидела и думала. Да, ей тяжело. Да, она очень устала. Но дети стали ей родными. Она привыкла к их смеху, к их шуму, даже к их капризам.
Вечером пришел Миша из школы. Выглядел радостным.
— Бабушка, смотри! Я пятерку по математике получил!
— Молодец! Давай пирожков испеку в честь этого!
— Давай!
Они вместе пошли на кухню. Миша помогал раскатывать тесто, Даша лепила неровные пирожки. Валентина Сергеевна смотрела на них и улыбалась. Вот так и живут.
Прошло еще полтора месяца. Оксана звонила каждую неделю, спрашивала про детей. Валентина Сергеевна рассказывала, как Миша хорошо учится, как Даша подросла и поумнела.
— Мам, еще месяц, и мы вернемся!
— Хорошо.
— Ты рада?
Валентина Сергеевна задумалась. Рада? Конечно, она соскучилась по тишине, по возможности просто полежать на диване. Но вот странное дело, она привыкла к детям. К их присутствию, к их голосам.
— Рада, конечно. Только мне будет их не хватать.
— Мам, ты всегда сможешь приезжать к нам в гости. Или мы к тебе будем приезжать.
— Это не то же самое.
Оксана помолчала.
— Мам, прости, что так получилось. Я знаю, что ты мечтала отдохнуть.
— Ничего страшного. Все нормально.
Когда до возвращения родителей оставалась неделя, Валентина Сергеевна заметила, что дети стали тихими. Миша меньше разговаривал, Даша часто сидела задумчивая.
— Что случилось?
— Ничего, бабушка.
— Миша, я вижу, что что-то не так.
Мальчик вздохнул.
— Просто я привык тут жить. С тобой. А теперь мы опять домой поедем. И все будет по-другому.
Валентина Сергеевна обняла внука.
— Мишенька, ты же будешь рад видеть маму с папой?
— Буду. Но мне и с тобой хорошо было.
Даша прибежала и тоже обняла бабушку.
— Я не хочу уезжать! Хочу с тобой жить!
— Дашенька, родители соскучились. Им надо с вами быть.
Девочка всхлипнула.
Последняя неделя пролетела быстро. Валентина Сергеевна готовила любимые блюда детей, гуляла с ними по вечерам, читала сказки перед сном. Она хотела запомнить каждую минуту.
В субботу приехали Оксана с Андреем. Загорелые, счастливые. Дети бросились к ним, обнимали, целовали. Валентина Сергеевна стояла в стороне и улыбалась. Вот и вся история.
— Мам, спасибо тебе огромное! Ты нас так выручила!
— Да не за что, доченька.
Они собрали вещи, погрузили в машину. Миша и Даша прощались с бабушкой. Оба плакали.
— Бабушка, мы приедем к тебе в гости?
— Конечно, приедете. Я вас жду.
Машина уехала. Валентина Сергеевна осталась стоять у подъезда. Потом поднялась в квартиру. Тишина. Пустота. Никто не бегает, не кричит, не просит поиграть.
Она прошла в комнату, где жили дети. Постель аккуратно застелена, игрушки убраны. На столе лежала открытка. Валентина Сергеевна взяла ее и прочитала.
Бабушке от Миши и Даши. Спасибо, что была с нами. Мы тебя очень любим.
Она села на кровать и заплакала. Тихо, без звука. Слезы катились по щекам. Она скучала. Уже скучала.
Вечером позвонила сестра.
— Валя, ну что, свободна наконец? Может, приедешь ко мне в гости?
Валентина Сергеевна посмотрела на пустую квартиру.
— Знаешь, Лена, я подумаю. Тут дела еще есть.
— Какие дела? Ты же на пенсии!
— Есть дела. Важные.
Она положила трубку и достала телефон. Написала Оксане.
Когда можно будет приехать к вам в гости? Соскучилась уже по детям.
Ответ пришел через минуту.
Приезжай хоть завтра, мам! Дети тоже скучают. Миша уже спрашивал, когда ты приедешь.
Валентина Сергеевна улыбнулась. Вот так вот. Она ждала пенсию, чтобы отдохнуть. А получилось совсем не то, что планировала. Но она поняла одну простую вещь. Отдыхать можно по-разному. Можно лежать на диване в тишине. А можно жить полной жизнью, заботясь о тех, кого любишь. И это тоже счастье. Пусть уставшее, но настоящее.
Она встала и пошла на кухню. Надо испечь пирожков. Много пирожков. Завтра поедет к детям в гости. И возьмет с собой гостинцы. Как полагается бабушке.