1917 год Россия, на рейде Гельсингфорса находилась тяжелые бронированные корабли русского императорского флота.
Современники - русские матросы и офицеры, говорили что с виду, казалось бы что все спокойно и нормально... Также размеренно проходила жизнь на кораблях, подчиняясь статьям Устава морской службы и установленной субординации. Офицеры съезжают на берег, возвращаются на корабли, спят, едят, отбывают вахту. Матросы боятся своего начальства, поэтому были молчаливы и услужливы... Они знали что их всегда будет ждать " суп" из общего котла и законная "царская награда"...
Лейтенант князь Львов был умным человеком. Так говорили все, кто его знал. Ему раньше, Великая война с Германией и её союзниками казалась быстрым и восхитительным событием! Наполненным многочисленными подвигами. Вроде, того какой совершили офицеры и матросы крейсеров "Варяг" и "Рюрик".
Но прошло время... И князь понял, что эта война совсем "не весёлый праздник" с высокими идеалами. И что Для русских моряков вся суть Великой войны заключалась в словах: "Когда-нибудь надо же отдать свою жизнь ради России и государя-императора!". В то время, как корабли государя-императора Николая Второго были всего лишь "подобием" современных военных судов и во всём уступали великолепной западноевропейской техники...
А в штабах Российского императорского морского флота сидели чиновники - карьеристы и лентяи. Которые с большим успехом разбирались в тонкостях придворного этикета, чем в Морском боевом уставе и тонкостях военного искусства... А так называемая "субординация", охраняющая командный состав Российского императорского морского флота от многочисленного "матросского братства" - была всего лишь "иллюзией", которая исчезнет при первом же серьезном натиске. И в самой России было неспокойно: в стране уже все прекрасно понимали что революция уже "не за горами" и по разному относились к ней...
В такой обстановке, умнейшие представители геройского русского морского офицерства, не находили для себя иного выхода, как обратится к простой "философии бытия"... Они говорили князю Львову: "Надо проще жить! И не забывать, что жизнь принадлежит "сильным", а сильным можно стать только тогда, когда понимаешь на чем держится порядок вещей! Наши флотские адмиралы уже получили секретные предписания провести репрессии... А "на берегу" стреляют не только в честь французского посланника Раймонда Пуанкаре, но и в безоружных рабочих - вышедших на улицу со своими требованиями. Российская Империя еще сильна. Но гибель ее дело времени!".