Пааво Нурми, Эмиль Затопек, Владимир Куц, Аббэбэ Бикила... У какого истинного любителя спорта не дрогнет сердце при упоминании имен этих бегунов прошлого века? Это спортсмены различных легкоатлетических школ, разных стран, выступавшие в разное время. Но все четверо заслужили право называться великими бегунами в истории спорта.
Реальный миф — Нурми Пааво
Во времена Пааво Нурми спорт был еще так молод! Мастерство и достижения зиждились на природных данных спортсмена, на его упорстве и способности переносить чудовищные нагрузки.
Пааво выходит на пробежки 2–3 раза в день. Число километров, покрываемое бегуном на тренировках, фантастично: до двухсот в неделю! В этом человеке есть какая-то особенная настойчивость северянина, неиссякаемое терпение, аскетизм и нечувствительность к препятствиям, воздвигаемым перед ним неласковой природой Страны озер. На него как бы не действуют ни морозы, ни сырость, ни внезапная «нездешняя» жара. Этот, на вид немного неуклюжий и как бы «спортивно неотесанный», человек с секундомером в руке бежит по своим родным северным лесам и холмам в любую погоду. Он и ведать не ведает о каких-то там методиках «подготовки бегуна на средние и длинные дистанции». В его время только начинают их формулировать. Методика Пааво проста: пробегать как можно больше километров и как можно быстрее, не жалея себя, преодолевая естественное сопротивление организма, так хорошо знакомое всякому человеку. Позже такую методику назовут финской школой подготовки бегунов. Пааво – сильный и закаленный человек и очень упорный. Он бежит, сжав зубы, когда тяжело. И он побеждает и себя, и соперников.
Стайерские дистанции Олимпиады 1920 года в Антверпене — все его. Ему только 23 года. Он «взял» три золотых медали и одну серебряную. То же — на следующей Олимпиаде 1924 года в Париже... Ах, Париж! Это был пик всей жизни. В один день, в течение полутора часов, Пааво выиграл две золотые медали — в беге на 1 500 и 5 000 метров; едва успел отдышаться от стремительной «полуторки», как вызвали на следующий старт. На Игры в Париж приехали спортсмены со всего света, чтобы лично убедиться, действительно ли Нурми является тем мифическим существом, каким его изображают. Конечно, его поведение в соревнованиях было своеобразным. Он словно игнорировал противников. Вначале он всегда бежал в центре группы. В руке держал часы, на которые смотрел после каждого круга. Нурми следовал только своему плану бега. До всего остального ему не было никакого дела. И он знал, что его план приведет к победе. В 1928 году на Олимпиаде в Амстердаме у него опять золотая медаль и две серебряные. Сам принц Хендрик, сын королевы, назвавшей Игры «языческими» за входивший в моду ритуал зажжения олимпийского огня, поздравил Пааво Нурми с победой.
Неувядаемый финн намеревался участвовать и в Олимпиаде 1932 года. Чуть ли не на следующий день после завершения амстердамской Олимпиады он приступил к тренировкам по разработанной им самим методике. Он нацелился и на новую для себя дистанцию — марафонскую. Но Международный олимпийский комитет рассудил по-своему. Пааво Нурми причислили к профессионалам, что закрыло ему путь на дальнейшие Олимпиады, где разрешается выступать только спортсменам-любителям.
Всего за спортивную карьеру Пааво Нурми получил девять золотых олимпийских медалей и три серебряные. А сколько установлено и им же побито мировых рекордов?!
В последний раз Нурми, уже «реабилитированный», вбежал с факелом в руках, чтобы зажечь олимпийский огонь, на стадион в Хельсинки в 1952 году. И здесь, перед огромным Олимпийским стадионом, он застыл на пьедестале, отлитый в бронзе скульптором Алтоненом, в своем неказисто-корявом, но всегда самом быстром беге, и лицо его обращено в сторону стадиона. «Что там происходит сейчас, кто побеждает?»
Умер Пааво Нурми — гордость Финляндии — в 1973 году, успев побывать как почетный гость на Олимпиаде в Мюнхене.
Игра на скоростях
По улицам красавицы Праги, вдоль набережных широкой Влтавы, неутомимо, в ровном темпе, как заведенный, бежит человек. Голова запрокинута, руки согнуты в локтях, кулаки сжаты. На белой майке красная звезда — армейская эмблема. Человек бежит быстро, шутя обгоняет трамвай. С площадки вагона бегуну машут руками, кричат: «Привет, Эмиль!» И он отвечает, вскидывая руку вверх. Несколько секунд — и вот он уже далеко впереди. Это знаменитый Эмиль Затопек, стайер и марафонец, офицер чехословацкой армии, всеобщий любимец.
Это бегун новой формации. Его тренировки — настоящая школа бега. Методика! Скрупулезно разработанная, выверенная. Все, что делает Затопек на тренировках, точно рассчитано, «разложено по полочкам». Его тренировочный план — это все равно что инструкции по эксплуатации машин или механизмов. Да и прозвали спортсмена «чешским локомотивом». Его тренировка, донельзя жесткая, называется «интервальной». Эмиль Затопек разработал ее сам. Понимать надо так: спортсмен ежедневно пробегает серию одинаковых коротких отрезков дистанции с почти предельной для себя скоростью, делая между пробежками одинаковые паузы отдыха. За один такой «сеанс» Затопек пробегает на дорожке стадиона, скажем, по 45 «четырехсотметровок» с отдыхом между ними в полминуты. Но это еще не все. После такой «игры скоростей» следует долгий равномерный бег на 15–20 километров в сниженном темпе, в таком, что Эмиль — вспомним! — легко обгоняет трамвай.
Вот так «истязал» себя офицер чехословацкой армии, бегун Эмиль Затопек. И не напрасно. Первого успеха он добился на Олимпиаде 1948 года в Лондоне: серебряная медаль в беге на 5 км и «золото» на «десятке». Через два года стал чемпионом Европы на своих любимых стайерских дистанциях. Затем последовал триумф в Хельсинки на Олимпийских играх 1952 года. Здесь он заработал золотые медали в беге на 5 000, 10 000 метров и даже в марафоне. Феноменальный результат! На европейском первенстве 1954 года в Берне он опять первый в беге на 10 000 метров.
К сожалению, всего 8–10 лет активной спортивной жизни, и дело... идет к закату. Мельбурнская Олимпиада 1956 года, марафонский бег — и Затопек только шестой...
Спорт и идеология, пожалуй, всегда шли рядом, как ни старались их разделить. Особенно это было характерно для периода «торжества социализма и дружбы между народами». Советские тренеры и руководители спорта уверенно говорили: «Затопек — наш. Он из братской социалистической Чехословакии». В самом деле, на «Спартакиадах дружественных армий» стран Варшавского договора Эмиль Затопек всегда был в числе фаворитов и верных друзей советского спорта. Но в 1968 году советские танки с «миротворческой миссией» вошли в Злату Прагу. Патриот своей страны, ветеран спорта Эмиль Затопек был в числе тех, кто выступил с решительным протестом против такого проявления дружеских чувств со стороны «старшего брата». Советские идеологи от спорта тотчас объявили великого спортсмена врагом мира и социализма, «перебежчиком в лагерь капитала». На всякое упоминание о нем был наложен запрет. Табу! Нет больше на земле многократного мирового рекордсмена и олимпийского чемпиона...
Прошло много лет забвения. И только после крушения лагеря социализма в девяностые годы стало известно, что Эмиль Затопек тяжело болен. Многие врачи, обследовавшие легендарного бегуна, высказывали предположение, что в преследовавшей его в последние годы болезни мозга виноваты чрезмерные физические нагрузки, которым подвергал себя спортсмен. Эмиль Затопек скончался 21 ноября 2000 года после долгой и тяжелой болезни в возрасте 78 лет. Новые руководители Чешской Республики и Международный олимпийский комитет отдали дань уважения великому спортсмену. Прощание с ним проходило под сводами Национального театра в Праге. Гроб с телом был покрыт национальным флагом. Затопека посмертно наградили высшей олимпийской наградой — медалью Пьера де Кубертена.
Высокая награда посмертно пришла и от Международной легкоатлетической федерации — золотой орден «За заслуги».
Моряк Пухтя
Младший офицер-артиллерист, мичман Балтийского флота Владимир Куц считался чисто «стадионным» бегуном. Специализировался на беге 5 000 и 10 000 метров. Тренировался «на дорожке». В юные годы еще у себя на родине — в Сумской области — сельский парень, Володя Куц, был крепким, сильным, выносливым. Правда, как говорили, особой ловкостью в юности не отличался, был немножко увальнем, за что и прозвали его Пухтей. Придя в большой спорт, он, коренастый и мускулистый, выгодно отличался от худощавых стайеров и марафонцев, как бы изнуренных многокилометровыми пробежками. Но когда спорт для него сделался самым серьезным делом, тут уж его километры на тренировках стали подлинно марафонскими. Круг за кругом отмахивал по стадиону белокурый, веселый и неутомимый моряк. Его манеру бега узнавали сразу: резкий толчок, упругий и частый шаг, чуть приподнятые плечи и слегка склоненная на бок голова.
Владимир Куц долго шел к своим победам и рекордам на излюбленной дистанции — «пятерке». Вначале были победы на IV фестивале молодежи и студентов в Бухаресте, на чемпионатах своей страны. Затем пришло время очной борьбы с иностранными звездами спорта. Его долго «не пускали» вперед именитые англичане, американцы и маститый Эмиль Затопек, перед которым Куц благоговел. Чехословацкий бегун в 1954 году установил мировой рекорд на 5 000 метров. В этом же году на чемпионате Европы в Берне Владимир Куц улучшает его — 13 минут 56 секунд. Вскоре он бьет и этот свой рекорд на целых пять секунд. На следующих крупных европейских соревнованиях — снова рекорд на любимой дистанции: на десять секунд лучше! Кажется, быстрее бежать такую дистанцию уже невозможно. И вот грядет XVI Олимпиада в Мельбурне. Владимир Куц подходит к ней в очень хорошей спортивной форме.
Тогда спортивные обозреватели называли Куца «человеком-машиной» и «роботом» за его феноменальное упорство и тактику лидирования в каждом забеге, причем сразу со старта. Тактике Куца противопоставляли «мудрую» манеру ведения борьбы на дистанции главных его оппонентов, самым сильным из которых был англичанин Гордон Пири. Одна из мельбурнских газет спрашивала читателей: «Сможет ли «робот» победить спортсменов-мыслителей?» И сама же давала отрицательный ответ. А старт Куца на 10 тысяч метров чуть было не сорвался: за несколько дней до начала состязаний, управляя автомобилем с непривычным правосторонним расположением руля, спортсмен врезался в столб. Газеты тотчас с радостью «раззвонили», что Куц попал в аварию и не стартует. Но с ним было «все в порядке», он стартовал. Стремясь во что бы то ни стало к победе, Владимир применил новую тактику «рваного бега», которую сам же придумал и отработал на тренировках еще дома. Внезапными продолжительными ускорениями, рывками и последующими замедлениями скорости Куц настолько измотал преследовавшего его Гордона Пири, что на финише был далеко впереди, причем с мировым рекордом. А Пири оказался на восьмом месте.
Теперь уже спортивные журналисты заговорили иначе. «Куц не просто машина, его ум такой же сильный, как и тело, и обладает тактическим искусством». Это слова журналиста Роджера Баннистера, в недавнем прошлом рекордсмена в беге на 1 милю.
Следующую дистанцию в 5 тысяч метров Куц бежал по-другому — сразу со старта «рванул» и повел бег с максимально возможной скоростью. Результат — вторая золотая медаль! Грандиозный успех, венец многолетних титанических трудов.
Ровно через год Куц опять поставил рекорд мира в беге на 5 000, улучшив свое же достижение почти на 10 секунд.
После многих побед и рекордов мировая спортивная общественность и пресса назвали Владимира Куца лучшим спортсменом планеты.
Шло время, и начинали «наступать на пятки» новые бегуны-стайеры. Зазвучали новые имена. Заканчивалась спортивная карьера белокурого парня из малоизвестного села Алексина Тростянецкого района Сумской области великой страны. Но выдающихся атлетов не забывают. А в 1968 году организаторы XIX летних Олимпийских игр пригласили Куца в Мехико в качестве почетного гостя. В один из дней соревнований по легкой атлетике Олимпиады-68 Владимир Куц появился в ложе прессы. Все журналисты встали и устроили спортсмену бурную овацию. Его помнили и любили. Каждый считал своим долгом сказать ему несколько слов или просто пожать руку.
Печальная весть о кончине великого бегуна Владимира Петровича Куца облетела мир 16 августа 1975 года. Он умер, не дожив и до пятидесяти лет. В 1985 году в городе Тростянец на Сумщине земляки установили Куцу памятник: бегун продолжает бег с победно вскинутой рукой.
Босиком — к победе
В тридцатиградусную жару стартовал марафон Олимпиады-60 в Риме. Со стадиона бегуны устремились за город...
Над горячим шоссе — знойное марево. От лидирующей группы бегунов отделился очень худой человек с черным цветом кожи. На его курчавой голове, несмотря на жару, ни шапочки, ни платка, как у других бегунов. На ногах тоже нет ничего, он бежит босиком, легко, будто едва касаясь асфальта. Такое быстрое и короткое касание — как удар стаккато по клавишам, у пианистов. И техника бега у него... Да нет тут никакой техники, уважаемые тренеры, «ставящие» своим питомцам ноги, подобно тому, как это делают с руками учеников музыкальные педагоги. Всего того, чему вы, уважаемые тренеры, учите, нет у чернокожего бегуна Аббэбэ Бикилы из Эфиопии. Этот сын простого пастуха бежит так, как бегал по горным, покрытым гравием дорогам, и даже по бездорожью у себя «на экваторе» — легко и будто бы осторожно. Так бегать его научила Природа. И только босиком... Нет, на старт-то он вышел в беговых туфлях, но по дороге скинул эти неудобные достижения спортивно-обувной цивилизации. И нипочем ему раскаленный асфальт. Ступни его и не такое выдерживали, там... на экваторе.
Если взглянуть на лицо бегуна, удивишься. Ничего не прочесть на этом черном, скуластом, с воспаленными щеками лице, будто даже истощенном. Но вовсе не истощен Аббэбэ. Нет, он силен, он сильнее всех! Он просто невозмутим, как и лики статуй его африканских богов. Он невозмутим, сознавая свои возможности в этом состязании. Он легко и далеко опережает всех соперников, достигает поворота на середине дистанции и мчится обратно по Аппиевой дороге к своему римскому триумфу. Издревле по этой дороге возвращались в Вечный город победители сражений, триумфаторы.
И на следующей Олимпиаде, на другом краю земли — в Токио в 1964 году, — вновь выиграл Аббэбэ Бикила свой марафон. Никто до него не пробегал еще 42 км 195 м за такое время — 2 часа 12 минут 11,2 секунды! Получивший серебряную медаль англичанин отстал тогда больше чем на километр.
Завоевать олимпийское «золото» Аббэбэ Бикила попытался и на Играх в высокогорном Мехико. Ему это было бы вполне под силу, если бы не досадная травма ноги.
А потом, год спустя, его постигло огромное несчастье. Несправедливое, ужасное, жестокое, слепое... На вечерней тренировке, дома, в горах, на темном шоссе бегуна сбила машина. Ноги Аббэбэ парализованы, он передвигается в инвалидной коляске. Но великий Аббэбэ не может без спорта, он не сдается. «Кто не желает бороться — не имеет права на победу, — говорит Аббэбэ Бикила. — А в победе — смысл жизни». И он стал заниматься стрельбой из лука, принял участие во Всемирных играх спортсменов-инвалидов в Осло.
Недолог век спортсмена. Мир узнал о смерти славного сына Эфиопии Аббэбэ Бикилы и склонил голову в память о нем 25 октября 1973 года.
Орест Ницман
P.S. Благодарим за ваше внимание. Пожалуйста, уделите несколько секунд, чтобы поставить лайк и подписаться на наш канал.
Канал «Секретные Материалы 20 века» включён в перечень в соответствии с частью 1.2 статьи 10.6 Федерального закона от 27.07.2006 No 149-ФЗ