Никита аккуратно вывез инвалидную коляску на площадку. Мать сидела тихо, разглядывая потрескавшуюся краску на перилах.
— Минутку, мам. Только куртку надену — и вперёд.
— Не торопись, сынок. Вечер тёплый, никуда мы не спешим, — голос Галины звучал устало, но она улыбалась.
Тут из соседней двери высунулась Тамара Ивановна. Эта женщина словно всё время дежурила у глазка — стоило кому-то выйти, она тут же появлялась с расспросами.
— А, Галечка! На прогулку собрались или в поликлинику?
— Да какая поликлиника в такое время, Тамара Ивановна? Никитушка с работы вернулся, решили подышать воздухом.
— Везёт тебе с сыном, — соседка покачала головой. — У самой-то — одно название. Сергей мой на стройке только и делает, что с мужиками водку глушит. Хоть бы раз о матери подумал. Вот помру я — и на улице окажусь, некому будет обо мне позаботиться. А твой Никита — золото, не мужчина. И в бизнесе преуспевает, и рядом всегда.
Галина хотела что-то ответить, но Тамара не унималась:
— Только скажи, когда он жениться-то собирается? Ты его совсем привязала к себе. Нехорошо это, Галь. Парню семью создавать пора, детей заводить. А он из-за тебя жизнь упускает.
На площадку вышел Никита с тёплым пледом. Услышав последние слова, он нахмурился:
— Тётя Тома, добрый вечер. Мы сами разберёмся, как нам жить.
Он укутал ноги матери, подмигнул ей:
— Поехали?
— Поехали, — Галина улыбнулась, не глядя больше на соседку.
Та фыркнула и скрылась за дверью, бормоча что-то недовольное.
Какое-то время они молча ехали по аллее. Клёны уже пожелтели, листья шуршали под колёсами. Галина смотрела вперёд, потом повернулась:
— Никитушка… Может, Тамара права? У тебя из-за меня совсем личной жизни нет. Ты никуда не ходишь, не встречаешься с девушками. Пора бы уже жениться.
Никита усмехнулся:
— Мам, я просто не тороплюсь. Не хочу жениться ради галочки. Хочется найти того человека, с которым и в горе, и в радости. Понимаешь?
Галина не ответила, только вздохнула. Когда-то она сама мечтала о такой любви. И встретила Павла — красивого, весёлого, обаятельного. Он умел смешить так, что все вокруг начинали улыбаться.
— Зачем тебе этот пустозвон? — качала головой её мать, когда Галя объявила о помолвке. — Он как красивая упаковка — снаружи блеск, а внутри пусто.
— Мама, как ты можешь! — возмущалась Галина. — Паша не такой! Он добрый, весёлый, любит меня по-настоящему!
— Женитесь, коль хочется, — вздохнула мать. — Только боюсь, пожалеешь. Жизнь длинная. Конфеты-букеты быстро кончаются. А за ними часто и любовь уходит — если она ненастоящая.
— Мама, почему ты так?
— Потому что прожила достаточно и людей насквозь вижу. Дай бог, чтоб я ошибалась, но твой Павел — ненадёжный человек.
Галина только рукой махнула. А вскоре они с Павлом поженились.
Первые годы были счастливыми. Но постепенно Галина стала замечать: её Паша совсем не идеален. Особенно раздражали его посиделки с друзьями — частые, шумные, затяжные.
— Слушай, ты прямо как бабка старая, — огрызался Павел на её замечания. — Расслабься! Мы молодые, надо от жизни всё брать. Завтра у Максима день рождения. Все едут на дачу. Нас тоже ждут.
Галина показала на живот:
— Куда мне? До родов две недели. Боюсь, вдруг что-то случится.
— Вечно ты накаркаешь, — хмурился Павел. — Ладно, не поеду! Легче тебе будет?
— Легче. Хочу просто побыть с тобой. Волнуюсь ведь — это наш первый ребёнок.
— Отец мне говорил — не торопись со свадьбой, погуляй ещё. А я, дурак, не послушал. Теперь вот сижу возле юбки, — буркнул Павел.
Галина посмотрела на него — он выглядел таким обиженным, что ей стало его жаль:
— Ладно, Паш, поезжай сам. Максима от меня поздравь. Только не задерживайся, пожалуйста.
Паша для виду поспорил, но уехал. И пропал на все выходные. Даже не знал, что у жены начались преждевременные схватки и её увезли в роддом.
Рядом с Галиной была её мать. Она ничего не сказала, но дочь всё прочитала в её глазах.
— Мам, он приедет, вот увидишь. Он просто не знал, что Никита решит появиться раньше срока. У нас всё хорошо, правда.
Павел объявился только к выписке. Галина сразу заметила синяки под глазами, виноватый взгляд.
— Прости, мы с мужиками как узнали, что я отец стал, не смогли остановиться. Это же такой повод…
Галине хотелось накричать, высказать всё, что она думает о нём и его друзьях. Но промолчала. Потому что лицо Павла, когда он взял сына на руки, засветилось таким счастьем, что она простила его.
И прощала ещё много раз. А её мать только головой качала:
— Посмотрим-посмотрим. Непутёвый твой Павел, доченька. Он тебе ещё что-нибудь выкинет. А вот сынок растёт умницей — береги его.
Никите исполнилось семнадцать, когда сбылось материнское пророчество. Правда, сама она не дожила до этой трагедии несколько лет.
Тот день начался обычно. Павел предложил жене поехать к друзьям на дачу:
— Выходные проведём. Шашлык, банька.
— Паш, давай останемся дома. Что-то неважно себя чувствую. Никуда не хочется.
— Началось! — вскинулся Павел. — Галя, тебе не надоело ворчать? Я что, часто отдыхаю? Или стал алкоголиком, как твоя мать пророчила? Нет! У меня хорошая работа, зарплата приличная, семью нормально содержу. Вы в чём-то нуждаетесь?
— Я не об этом…
— А о чём?! О том, что я пару раз в месяц не могу с друзьями встретиться? Об этом?
Галине не хотелось ссоры. Павел и правда выпивал не так уж часто. Может, она перегибает?
— Ладно, поедем. Только не пей много, пожалуйста. Завтра Никита с соревнований возвращается, надо встретить.
— Встретим, не волнуйся. Пить не буду. Ну, максимум пару коктейлей.
Но в компании друзей он забыл об обещании. А поздно вечером, еле поднявшись из-за стола, направился к машине.
— Ты с ума сошёл? Куда в таком состоянии? — испугалась Галина.
— Я нормальный! — убеждал её Павел.
Друзья хохотали над её опасениями. Галина ругалась, отказывалась ехать, но когда Павел при всех прикрикнул, расплакалась и села рядом.
Предчувствия не обманули: от посёлка до города Павел ещё ехал более-менее, но в плотном потоке не сориентировался, попал не на свой съезд. Попытался перестроиться, подрезал чужую машину, в испуге перепутал педали, ударился об отбойник и на огромной скорости врезался в столб.
Удар пришёлся на правую сторону — туда, где сидела Галина.
Ошеломлённый Павел вышел из машины и стал осматривать повреждения, забыв о жене. А она потеряла сознание от боли — её ноги оказались зажаты искорёженным металлом.
Скорую вызвали свидетели. Но в час пик она добиралась долго. Медики ничего не могли сделать, пока спасатели не вырезали женщину из машины.
Хирург сделал невозможное — вытащил Галину с того света. Но ноги спасти не смог.
Так она и осталась инвалидом навсегда.
Павел проклинал себя, умолял простить, обещал бросить пить и клялся, что никогда не оставит её.
Но прошло полгода — и он собрал вещи:
— Больше так не могу. Ухожу.
— Как ты можешь? — Галина смотрела на него с разочарованием.
— А ты не понимаешь сама? Я постоянно чувствую себя виноватым. Устал от этого. И вообще… Прости, но у меня другая. Я люблю её.
— Ненавижу! — закричал Никита, бросаясь на отца с кулаками. — Уходи и не возвращайся! Проживём без тебя!
Павел усмехнулся, оттолкнул сына и захлопнул дверь, оборвав всё, что связывало его с семьёй.
Сердце Галины сжималось, когда по ночам она слышала, как плачет сын. Но днём он держался. И она дала ему время переболеть.
Прошли годы.
Никита вырос, но мать не оставил. Ухаживал за ней, оплачивал лечение, следил, чтобы она ни в чём не нуждалась. После работы спешил домой, забыв о личной жизни.
Это расстраивало Галину. Она была уверена: из-за неё он не заводит отношений. Пыталась поговорить, но сын отвечал с улыбкой:
— Что ты, мам? Просто не встретил пока ту единственную.
И однажды чудо произошло.
В аптеке Никите не хватило денег на лекарства. Симпатичная кассирша улыбнулась:
— Я доплачу за вас. Когда будет возможность — занесёте. Нет — не надо. Будьте здоровы.
— Спасибо большое! Обязательно верну! — пообещал Никита.
На следующий день он пришёл с цветами.
Девушку звали Вика. Она охотно приняла ухаживания, познакомилась с Галиной, стала приходить в гости. Галина видела, что они влюблены, и радовалась. Вика понравилась сразу — не избалованная, работящая, внимательная к людям.
— Сынок, у вас с Викой всё серьёзно? — спросила Галина во время прогулки. — Она хорошая девушка. Расскажи о ваших планах.
Никита поправил плед на коленях матери:
— Завтра пойду знакомиться с её родителями. Отца у Вики нет — умер, когда она была маленькой. Мама потом встретила мужчину. Они вместе живут.
— Значит, Вику воспитывал отчим?
— Да. Но она очень хорошо о нём отзывается. Говорит, добрый и заботливый.
— Ну и хорошо. Ты им понравишься, я знаю.
Следующим вечером Никита пришёл к Вике. Она открыла дверь, он протянул ей букет, второй приготовил для её матери. Но вдруг цветы выпали из рук.
Из кухни навстречу вышел Павел. Теперь они растерянно смотрели друг на друга.
Вика замерла:
— Никита, что происходит? Проходи, познакомлю.
— Не надо, — взглянул на неё Никита. Она отшатнулась, увидев, как исказилось его лицо от гнева. — Почему ты не сказала, что эта тварь — твой отчим?
— Что ты такое говоришь? Как ты можешь? Ты не имеешь права…
— Он имеет, Викуля, — тихо ответил Павел. — Я его отец. Из-за меня Галина стала инвалидом. Я ушёл от неё, сломался… И Никита мне этого не простил.
Вика и её мать ахнули. А Никита зло произнёс:
— Ты мне не отец. Ты подонок и предатель. Не хочу тебя знать.
Он развернулся и пошёл к выходу. Вика бросилась за ним, догнала, взяла за руку. Но Никита вырвался:
— Иди к своему папочке! Ненавижу вас всех!
Вика испугалась — подумала, что он её ударит. Закрыла лицо руками.
Никита этого не понял. Решил, что она такая же предательница, как отец. И ушёл.
Вика услышала, как хлопнула входная дверь. Опустилась прямо на ступеньки и разрыдалась.
Павел подошёл, сел рядом, обнял:
— Не плачь, пожалуйста. Всё наладится.
— Ты не понимаешь, — всхлипнула девушка. — У нас с Никитой будет ребёнок. Я не успела сказать ему. Хотела сегодня. Что мне делать? Разве я виновата?
— Ты не виновата. Никита однажды это поймёт. Я схожу к нему, поговорю.
Вика кивнула.
Но разговора не вышло. Никита не стал слушать отца, не позволил сказать ни слова. Галина, услышавшая голоса, обожгла бывшего мужа холодным взглядом:
— Уходи, пожалуйста.
— Галя…
— Просто уходи.
Павел хотел объяснить, зачем пришёл. Но Никита уже захлопнул дверь.
Прошло несколько лет.
Галина с болью видела, как жизнь сына катится под откос. После расставания с Викой он начал пить, не обращая внимания на слёзы и просьбы матери.
Только теперь Галина поняла, что значит быть по-настоящему несчастной. На её глазах любимый сын проваливался в пропасть и не слышал её слов.
Однажды, когда Никита снова пришёл пьяный, Галина не выдержала. Дрожащими руками стала высыпать лекарства на ладонь.
— Ты что? — спросил Никита, войдя в комнату.
— Не хочу жить, Никитушка, — разрыдалась Галина. — Не хочу видеть, как ты погибаешь. Посмотри, во что ты превратился! Зачем ты так себя довёл? Ты развалил бизнес, разбил свою жизнь, спиваешься на моих глазах. Не хочу так жить, не хочу…
— Мама, мама, перестань! Я возьму себя в руки! Всё будет хорошо, слышишь? Устроюсь на работу, найду жену. Ты не будешь жалеть, что я твой сын…
Никита сдержал слово. Устроился пожарным в часть к другу. Но жениться так и не смог.
Девушка Оля, диспетчер части, при знакомстве понравилась. Но оказалась совсем не такой, когда он привёл её домой. Прожили вместе три месяца. Никита выставил Ольгу — она не хотела разделять бытовые трудности. Думала только о себе, требовала внимания, ревновала и к матери, и к работе.
— Уйду, уйду! Но ты пожалеешь! Однажды приползёшь, но я уже не соглашусь! Сиди со своей мамашей! Никогда не женишься!!!
— Хорошо, Оля. Только уходи, пожалуйста…
Однажды на краю города загорелся частный дом. Никита приехал с бригадой и первым увидел в окне силуэт девочки. Она кричала, махала рукой, призывая на помощь.
Никита рванулся к ней. Вскоре она оказалась у него на руках. Но стала вырываться:
— Мама! Там моя мама! Ей плохо! Она лежит на полу! Спасите её!
Никита передал девочку напарнику и вернулся в дом. Быстро обошёл комнаты, но никого не нашёл. Густой дым застилал глаза, огонь охватывал помещения, крыша могла обрушиться.
Никита подумал, что девочка ошиблась. Но тут увидел лежавшую в стороне женскую фигуру.
Задыхаясь, стараясь не медлить, он подхватил её на руки и двинулся к выходу. За спиной стала рушиться кровля. Но в последний момент он сделал рывок и упал вместе с женщиной на руки товарищей.
— Никита, напугал! Думали, останешься там.
Женщину приняли врачи. Возле неё плакала девочка — её дочь.
— Мама, мамочка!
Никита подошёл успокоить. Но вдруг взглянул на пострадавшую и остолбенел.
Это была Вика.
Несколько часов спустя Никита сидел в больничной палате рядом с Викой, держал её за руку и слушал рассказ о том, как она жила всё это время.
— Твоего отца давно нет. Он пережил вашу ссору на два года. Вслед за ним ушла моя мать. Мы с дочкой остались совсем одни.
— Ты вышла замуж?
— С чего ты взял?
— А дочь?
— Это наша с тобой дочка. Катя. Когда ты оставил меня, я была беременна…
Никита упал перед постелью Вики на колени, умоляя простить за все глупости.
Вскоре Вику выписали. Она с Катей пришла в дом Никиты.
Галина смеялась и плакала от радости. Она понимала: счастье вернулось с Викой и Катюшей в их дом. И уже никогда не покинет его стен.