Орангутан вылечил рану лекарственным растением за 5 дней, сделав себе компресс и пластырь. Учёные удивлены (слабо сказано!) - это реально первый случай самолечения в дикой природе.
Животное, без всяких книг и без врачей подобрало себе не просто растения, но и сделало из них эффективное лекарство!
Природный пластырь из джунглей Суматры
Июнь 2022 года, национальный парк Гунунг-Лёсер на Суматре.
Взрослый орангутан по кличке Ракус дерётся с соперником и проигрывает. На его щеке остаётся глубокая рваная рана, аж до кости. Казалось бы, обычный эпизод из жизни самцов, где правит закон «ударил первым - выжил». Однако Ракус на этом не остановился и сделал то, от чего у учёных буквально отвисла челюсть. Он вылечил себя сам.
25 июня исследователи заметили, как Ракус собрал листья одного из цветущих растений, которое орангутаны не едят. Его сок и использовал.
Затем, чтобы избавиться от повышенного внимания насекомых, сделал себе пластырь из листьев. В итоге удалось избежать инфекции.
То, что для нас выглядит как разумный поступок, для науки стало сенсацией века. Статья о Ракусе вышла в научном журнале Scientific Reports в мае 2024 года, и тут началась буря в научном сообществе.
За двадцать один год наблюдений ни одно дикое животное не делало ничего подобного.
Учёные из Института поведения животных Макса Планка разбирали историю по секундам. Процесс лечения ученые засняли на видео. Ракус жевал растение ровно 13 минут, потом 7 минут наносил сок на рану.
Сперва ученые всё хотели списать на случай (да, ученый обязан быть скептиком!). Но это была не случайная возня: он не мазал другие части тела, не ковырялся бездумно. Всё выглядело как очень продуманный план.
Изабель Лаумер, ведущий автор исследования, выделила четыре признака осознанности:
- Ракус лечил только рану (то есть избирательное поведение);
- Делал это неоднократно (повторял настойчиво свои действия в ожидании результата);
- Тратил на процесс время и усилия (внимание и мотивация);
- Менял стратегию, когда появились мухи (проявил гибкость мышления).
Растение Fibraurea tinctoria содержит алкалоиды протоберберина — вещества с мощным антибактериальным и обезболивающим действием. Их применяют и люди - против стафилококков и кишечной палочки. А в традиционной медицине в странах Юго-Восточной Азии этим растением лечат малярию, диабет и дизентерию.
Так что Ракус буквально приготовил себе антисептик, а потом сделал компресс. Без врачебного диплома, а тем не менее - откуда то знал про его лечебные свойства.
Разум в джунглях
Учёные спорят: как он вообще догадался?
Есть три гипотезы. Первая - случайный инсайт: возможно, однажды он просто почувствовал, что сок снимает боль. Вторая - культурная передача знаний: Ракус мог вынести эту информацию из другой популяции орангутанов.
Третья - изобрёл сам с нуля. Орангутан мог заметить, что сок некоторых листьев имеет горький вкус или особый запах, что указывает на биологическую активность. Скорее всего, сделал когда то раньше еще при мелких царапинах. Методом проб и ошибок он понял, что листья Fibraurea tinctoria снимают боль и воспаление.
Но, главное - он понял причинно-следственную связь.
«У меня болит - я делаю лекарство - я им мажу - боль уходит». Это уже не простой животный рефлекс, а настоящая логика.
Биолог Каролин Шуппли говорит:
«Возможно, наш общий предок с орангутанами уже обладал таким поведением — умением применять вещества с целебными свойствами».
Сегодня Ракус жив, здоров и даже стал доминантным самцом в своём районе (взял таки реванш!). У него всё хорошо.
Гении в рыжем мехе
История Ракуса — не случайность. Эти животные вообще подозрительно умные.
В зоопарке Небраски жил Фу Манчу - орангутан, который тайно прятал отмычку из проволоки между дёснами и открывал ею замок клетки. Выходил наружу по делам, а потом возвращался, также аккуратно закрывая клетку.
А в этом посте я выкладывал видео, где умный орангутан объясняет человеку, как пронести ему вкусняшку, минуя охрану и заграждения.
Держал инструмент под губой, чтобы смотрители не заметили. Иногда обменивал еду на инструменты у других обезьян. А вкусняшки для обмена добывал у людей, которые охотно делились с умным орангутаном.
Другой, Кен Аллен из Сан-Диего, стал легендой - сбегал из зоопарка шесть раз. Он прекрасно распознавал людей в форме, понимал, что от них ждать. Прятался и ждал, пока они уйдут, чтобы не попасться. А потом, освободившись, кидал камни в самца, который его когда-то обижал.
Чантек, воспитанник антрополога Линн Майлз, выучил 150 слов американского языка жестов и сам придумывал новые слова-жесты. Линзы он называл «eye-drink» («напиток для глаз»), кетчуп — «томатная зубная паста». Он умел обращаться с деньгами, охотно обманывал, чтобы получить желаемое. И обожал рестораны быстрого питания.
Это известные людям персонажи, которые под присмотром. Но в дикой природе тоже встречаются таланты, их просто замечают реже. Сиави с Борнео училась у людей: брала пилу и использовала её по назначению, удерживая ветку ногами как тисками. Когда рядом поставили робота-шпиона с пилой, она устроила соревнование. Вообще орангутаны легко обращаются с человеческими инструментами и даже могут собирать с их помощью себе простые шалаши.
Орангутаны умеют планировать, запоминать, понимать намерения других. У них есть культура: разные популяции строят гнёзда по-разному, издают особые звуки и даже имеют «местные традиции».
Но, пожалуй, главное, что у них есть эмпатия (не у всех людей она есть хочу заметить!).
Когда в одном из центров реабилитации раненая смотрительница заплакала, к ней подошёл орангутан и обнял. Потом подошли остальные. Просто обняли в знак поддержки.