История этого старинного особняка в самом центре Москвы началась во второй половине 18 века. Он благополучно пережил пожар Москвы 1812 года и до наших дней сохранил свой скромный, но элегантный классический облик и бесподобные интерьеры.
Шло время, усадьба меняла владельцев, владельцы меняли облик усадьбы. А первым её владельцем был...
Фёдор Матвеевич Шестаков (1728-1787)
Собственным домом генерал Шестаков обзавёлся уже в конце жизни. В пятнадцать лет он поступил на военную службу. Вся жизнь его прошла в походах и сражениях. Дослужившись до генерал-майора, в 1778 он вышел в отставку. Купил в тихом Сергиевском переулке несколько владений с деревянными постройками, объединил их и в начале 1780-х приступил к строительству каменного дома.
Это был период активного каменного строительства в Москве. Старинные палаты 17 века перестраивались во дворцы в стиле классицизма. И если палаты располагались обычно в глубине дворов, то теперь в Москве, как и в Петербурге, господствовал новый тип застройки: вдоль красные линии улиц теперь стояли не палисадники и глухие заборы, а классические фасады с портиками и колоннами.
Двухэтажный особняк в стиле классицизма, скромный и при этом очень изящный, был значительно короче существующего в наши дни. Центр его фасада выделен портиком с ионическими пилястрами и вертикальными нишами на фасаде.
Дополнением стала лепнина, благодаря которой фасад выглядит нарядным и элегантным. Во втором этаже над окнами широкая полоса, где размещены крупные симметричные орнаментальные композиции, головки в рамах в форме ромбов и розетки по углам ниш. Головки украшены венками.
Фёдор Михайлович прожил в своём новом доме недолго, он скончался в 1787.
Анна Ивановна Лобкова
После смерти Фёдора Матвеевича участок перешёл к его родственнику, обер-провиантмейстеру в воинском чине бригадира, Василию Дмитриевичу Лобкову. При нём слева от особняка был выстроен флигель в три окна по фасаду, вытянутый в глубь участка.
Фасад флигеля лишен декора, лишь узкие тяги отделяют этажи, гладким оставлено поле карниза. Это вторило фасаду особняка и способствовало композиционному единству всей усадьбы.
Василий Дмитриевич тоже владел усадьбой недолго. В 1795 он скончался и владелицей усадьбы стала его вдова Анна Ивановна Лобкова. При ней усадьба сильно преобразилась: фактически она приняла современный облик. Наверное поэтому дом носит именно её имя.
В 1800 разрыв между флигелем и главным домом по красной линии улицы был застроен (неизвестным зодчим) узким двухэтажным корпусом. А по задней границе владения были возведены каретный сарай, конюшня, погреб, кухня и небольшой флигель.
Вставка между объёмом главного дома и флигелем стала центром фасада здания. Сделано это было с редкостным изяществом:
Эта вставка состоит из проездной арки во двор. Над аркой во втором этаже три больших арочных окна, центральное из которых находится в изящной нише между двумя ионическими полуколоннами. Балюстрады придают окнам вид балконов, а среднее окно и действительно является открывающейся дверью. Из этих окон раньше открывался красивый вид на парк.
В наши дни арка является главным входом в здание:
Именно в этой новой вставке на втором этаже был устроен самый прекрасный из залов парадной анфилады особняка, которая протянулась вдоль всего фасада:
Сохранившиеся интерьеры начала 19 века отличаются редкостным единством стиля и безупречностью художественного вкуса.
На второй этаж, к анфиладе залов, ведёт торжественная мраморная лестница:
На поворотной площадке лестницы мы увидели вот такие удивительные часы:
Часы напольные, с боем, изготовлены из красного дерева, а маятник у них в виде головы Медузы Горгоны:
Из холла проходим в залы, в которых сегодня проходит выставка современного искусства. Если я правильно поняла, то на этих картинах итальянского художника изображены пейзажи. Оставим это на его совести)
Зелёный бальный зал
Картины развешаны на стенах Зелёного зала. С камином, балкончиком для музыкантов и замечательной люстрой:
Зал освещён тремя окнами главного фасада. На противоположной стене крупные дверные проёмы, увеличенные порталами:
А между ними монументальный камин, завершаемый скульптурной композицией и фронтоном. Обширное зеркало над камином, как и проёмы дверей, расширяет пространство зала:
Его гладкие стены использовались для развески картин, здесь была картинная галерея:
Зал оказывается ещё и связующим центром второго этажа, шесть его дверей кратчайшим образом соединяют различные помещения дома:
В Зелёном зале роскошные обрамления плафона и круглая розетка в его центре создают поистине царский эффект:
Мраморный зал
Слева от Зелёного зала находится Мраморный зал. Основной материал в отделке этого зала – мрамор, но не натуральный, а искусственный, который в то время был необычайно дорогим, дороже натурального. Его готовили из крошки и кусочков натурального мрамора, соединяя связующим раствором. И иногда добавляли красители. В результате получался красивый материал, прочный и лёгкий в обработке.
Гостиная разделена колоннами на две части: прямоугольную вдоль окон фасада, отделанную светлым мрамором, и овальную альковную вдоль задней стены.
Правое боковое окно на самом деле является дверью, открыв которую мы не обнаружим никакого балкона, а лишь изящную балюстраду. Именно этот оконный проём является центральным из трёх на фасаде здания (мы рассматривали его с улицы). Открытая дверь хоть и не давала выхода, но открывала вид на парк и павильоны усадьбы Салтыковых, объединяя их с уютным обособленным альковом в глубине гостиной, похожим на парковую беседку:
Овальный купол расписан в технике гризайль. Она создаёт эффект объёмной лепнины, хотя на самом деле это рисунок, роспись. Гризайль потолочного плафона создает иллюзию высокого купола. Он завершается овальным отверстием в центре, сквозь которое видно небо и облака:
Всё это создаёт впечатление, что мы находимся не в центре большого города, а в саду, в загородной усадьбе.
Карниз, обрамление потолочного плафона, розетка для люстры, лепные панно в рамах из бежевого мрамора и арка с колоннами, ведущая в «купольную беседку» - это просто восторг!
Здесь, в Мраморной гостиной, гости отдыхали во время балов, играли в карты, пили чай, беседовали.
Белый зал
Белый зал декорирован строго и при этом изящно. Здесь проводились различные торжества и концерты, поэтому его называют ещё и музыкальным салоном. Чередование окон и простенков, затянутых тканью, это не только декор, но и улучшение акустики в зале.
А ещё здесь есть «обманки»: вместо стёкол в некоторые оконные проёмы вставлены зеркала. Зеркала и ткань простенков современные, но они достоверно воспроизводят интерьер 19 века. Всё остальное в этом зале оригинальное.
Белый зал невелик по своим размерам, но кажется огромным, наполненным светом и воздухом, благодаря окнам и зеркалам.
В арках над оконными и дверными проёмами расположены лепные барельефы с растительными узорами. А в одном из углов Белой гостиной мы обнаружили странный декор в виде лестницы-стремянки из переплетённых рук:
Дом Анны Ивановны Лобковой стал одним из лучших в Москве. Его протяженный фасад украсил древний Сергиевский переулок, который начинался небольшим садом и церковью, за ними стоял дом Лобковой со своим двором и небольшим садом. Дальше начиналось и шло до Тверской владение Вяземских, где новая владелица, Е.И. Козицкая, выстроила в 1790-х настоящий дворец по проекту М.Ф. Казакова:
И вскоре переулок сменил название и стал называться Козицким.
Мать и сын: А.И. Лобкова и С.А. Соболевский
Современники относились к Анне Ивановне почтительно: говорили о её замечательном уме и душевном обаянии, энергичности и независимом характере. Всю свою огромную энергию и жизненную силу она отдала своему единственному сыну, которого родила в 1803 и которого назвала Сергеем.
По какой причине его отец, богатый помещик Александр Николаевич Соймонов, не женился на Анне Ивановне, нам не ведомо. Была любовь, Александр Николаевич был холост, а Анна Ивановна уже восемь лет была вдовой. Но ... От отца Сергей унаследовал лишь отчество. А фамилию, как это часто бывало в подобных ситуациях, мальчику купили: он был приписан к старинному польскому роду Соболевских.
До 15 лет Сергей Александрович жил с матерью, которую почитал и которой всю жизнь поклонялся, в этом доме в Козицком переулке. Затем был отправлен учиться в Петербург, в Благородный пансион, где познакомился и подружился сначала со Львом Пушкиным, а затем, в 1818, и с его братом Александром.
Сергей Александрович служил в архиве Коллегии иностранных дел, а фактически занимался литературой, писал едкие эпиграммы, собирал книги по истории книгопечатания и путешествиях, составлял каталоги общественных и частных библиотек, писал статьи по древним книгам и рукописям. Вернувшись в Москву, безрассудно тратил огромные деньги, которыми снабжала его любящая мать, и снискал себе репутацию богатого повесы.
Эпиграммы Соболевского были действительно едкими, например, про замечательную красавицу Аврору Демидову он написал:
Сияет Аврора,
Светла и румяна;
В ней много для взора
И шиш для кармана...
Соболевский был прекрасно образован, обладал проницательным умом, широкими интересами и блестящей эрудицией. В течение многих лет он был ближайшим другом Пушкина, который читал ему свои новые произведения и внимательно прислушивался к его советам, был очень благодарен за помощь в издательских делах и за материальную поддержку в трудную минуту.
Именно Сергею Александровичу Пушкин подарил свой портрет кисти В.А. Тропинина.
Анна Ивановна умерла в 1827 и всё её состояние перешло к законным наследникам: сестре и племянникам. Сергей Александрович с легкостью перенёс ухудшение своего материального положения, но тяжело переживал утрату любимой матери. В 1828 он надолго уехал из России.
Со временем из беспечного повесы он превратился в успешного предпринимателя. Он поселился в доме своего старого приятеля князя В.Ф. Одоевского на Страстном бульваре, совсем рядом с домом его матери, который напоминал ему о детстве и юности, о близких друзьях.
Дальнейшая судьба усадьбы
В 1820 Анна Ивановна Лобкова продаёт свою усадьбу (почти не пострадавшую в московском пожаре 1812 года!) генерал-лейтенанту князю Борису Андреевичу Голицыну. Голицын приспосабливает её под сдачу квартир в наём. Г-образный выступ соединённого с домом бокового флигеля удлиняется каменным двухэтажным корпусом, объединив флигель с конюшней и каретным сараем, которые перестраивают под жильё и возводят над ними мезонин.
В одной из квартир остаётся жить бывшая хозяйка усадьбы Анна Ивановна Лобкова.
Затем усадьбой владел архитектор Михаил Иосифович Лопыревский. Одну из квартир в то время арендовал, будучи студентом, будущий историк Василий Осипович Ключевский.
В предреволюционное время в усадьбе разместилась типография Московского городского общественного управления.
В советские годы сюда въехало студенческое общежитие, где в 1928 у друга останавливался Александр Трифонович Твардовский.
Сейчас в этом старинном здании с такой богатой историей располагается Государственный институт искусствознания, который был основан в 1944:
Посмотрите: реставраторы открыли для нас кусочек старинной кирпичной кладки.
Инициатором создания института был Игорь Эммануилович Грабарь, выдающийся художник, историк искусства, профессор Московского университета, руководитель многих комиссий по национализации и реставрации памятников, директор Третьяковской галереи (с 1913 по 1925), руководитель и инициатор создания Центральных реставрационных мастерских. В холле второго этажа мы видим его портрет:
Игорь Эммануилович Грабарь был ключевой фигурой художественной жизни советской России. В 1943 он возглавил работу Государственной комиссии по учёту разрушений и утрат памятников истории и культуры России в ходе Второй мировой войны. Восполнение того колоссального урона, который был нанесён культурному достоянию страны, требовало усилий квалифицированных специалистов самого высокого уровня. Для консолидации усилий учёных во всех областях искусства и был создан специализированный научно-исследовательский институт.
Сегодня здесь проводятся художественные выставки, и в дни их работы попасть в особняк и увидеть его сказочные интерьеры может любой желающий. Так что следите за афишей Института искусствознания, друзья!