Писатель провёл в Италии около пяти лет, и это время стало для него не только творческим, но и гастрономическим открытием. Он восхищался итальянской кухней — лёгкой, ароматной, полной вкуса и жизни. Особенно полюбил пасту, которая в XIX веке считалась за границей почти экзотикой.
Гоголь быстро выучил итальянский язык, с интересом наблюдал за тем, как местные хозяйки готовят макароны вручную, и увёз с собой домой не только рукописи, но и привычку есть пасту почти ежедневно. Вернувшись в Россию, он угощал ею друзей, уверяя, что именно в этом блюде — секрет хорошего настроения и вдохновения.
Современники писателя вспоминали, что Гоголь относился к процессу приготовления почти как к искусству. Он тщательно выбирал продукты, требовал, чтобы макароны были слегка недоварены — «аль денте», как в Италии, — и щедро приправлял их перцем. Для русской публики XIX века это было необычно, но сам Гоголь был уверен: только так сохраняется настоящий вкус.
Интересно, что именно в это время в России началось массовое производство макаронных изделий, и мода на «итальянскую еду» во многом обязана Гоголю. Он не просто любил пасту — он сделал её частью литературной истории, ведь за трапезой нередко рождались его самые яркие идеи.
Так что, возможно, вдохновение к «Ревизору» и «Мёртвым душам» приходило не только от наблюдений за людьми, но и от тарелки горячих макарон с перцем — по-гоголевски.