Мы достигли старообрядческого поселения, когда сумерки уже плотно сгустились над горизонтом. Нас встретил вышедший навстречу староста, который, бросив на меня лишь мимолётный взгляд, жестом пригласил Алексея отойти в сторону для конфиденциальной беседы. Ксюша, верная своим привычкам, сняла шлем, эффектно встряхнула волосами и издала такой громкий возглас, что мгновенно привлекла внимание всех вокруг. Местные мужчины невольно задержали взгляды на её необычной внешности, но строгое воспитание вскоре заставило их стыдливо опустить глаза. Алексей бросил на неё неодобрительный взгляд, на что Ксюша лишь фыркнула в ответ, спрыгнула с квадроцикла и принялась скидывать сумки на землю; Данил тут же присоединился к ней.
Разговор между Алексеем и старостой звучал напряжённо, их взгляды то и дело обращались в мою сторону. Я не решалась даже пошевелиться на сиденье квадроцикла, но тут малыш, взяв инициативу в свои ручки, требовательно заплакал. Пришлось взять его на руки – наступило время кормления. После выходки Ксюши я и представить не могла, чтобы кормить его грудью здесь, на виду у всех. Крик привлёк всеобщее внимание. Староверы, бросая на Ксюшу лишь короткие, любопытные взгляды, поспешили на помощь, подхватывая наши вещи и неся их в сторону деревни.
Староста подошёл ко мне, низко поклонился и торжественно произнёс:
— Рады приветствовать тебя, защитница первенца Веры, в нашей деревне. Да благословят тебя Боги на этом нелёгком пути. - он склонился в поклоне.
Я, прижимая к себе малыша, ответила с поклоном:
— Благодарю за ваше гостеприимство и дозволение на ночлег.
Староста явно был удовлетворён моим ответом. Арсений был седовласым, но крепким мужчиной, почти такого же роста, как Алексей; его руки выглядели мощными и грубыми. Длинная борода скрывала черты лица, а глаза казались тусклыми в полумраке. Голос у него был уверенный и властный, похожий на голос Алексея. После краткого знакомства я окончательно убедилась, что здесь нам ничего не угрожает.
Дом, где нас разместили, был очень простой: кровати, стол и несколько стульев. Принесли горячий ужин — рыбный суп, жареную рыбу, хлеб и чай. Еда была скромной, но вкусно приготовленной. Ночевали мы все вместе: мне с малышом выделили отдельную кровать, Ксюша тоже получила кровать, а мужчины устроились на полу.
Рано утром меня разбудило пенье птиц, и я вышла на улицу. Рядом нашла туалет и умывальник. Набрав воды в ладони и умыв лицо, я наслаждалась чистотой воды, но голос, раздавшийся поблизости, вернул меня в реальность.
- Добрейшего утречка.
Обернувшись, увидела старосту. Он стоял, поклонившись мне. Я не стала медлить и сразу ответила поклоном:
- В добрейшее утро, здоровья и долгих лет.
- Благодарю, но жизнь моя и так долгая. Пора мне почить, — ответил он.
Только теперь, в утренних лучах солнца, я разглядела его глаза. Они почти побелели, с едва заметным следом когда-то голубого. Вчера мне казалось, что ему не больше шестидесяти, но теперь в этих глазах читались вековой опыт и память. Староста улыбнулся.
- Меня просили, рассказать тебе одну историю, — сказал он, приглаживая бороду; на мгновение задумавшись, он начал рассказывать.
«Однажды, в пору моей молодости, на охоте со мной приключилось диво. Я выслеживал юного оленя, когда из чащи выступил медведь, огромный, встал на задние лапы и грянул рёв. Я поднял ружьё, зная, что лишь прямое попадание в сердце спасёт мне жизнь. Выстрелил, но промахнулся. Пуля ранила его, но не убила. Медведь взревел ещё громче от боли и ринулся на меня. Я зажмурил глаза, готовясь к неминуемой кончине. Внезапно я ощутил боль, разрывающую мой бок, но, схватившись за это место, не обнаружил раны. Открыв глаза, я увидел, что медведь сидит, корчится от боли, но не трогает меня. Тогда я не осознал произошедшего, просто бежал прочь, считая, что мне несказанно повезло.
После того случая я стал "слышать" зверей, словно мы говорили на одном языке. Животные в нашей деревне внимали мне и выполняли мои просьбы. Охота всегда была богатой, рыба сама шла в мои сети. Меня стали называть шаманом, поговаривали, что сам Господь отметил меня. Так длилось долгие годы. Время шло, сила во мне крепла, и, несмотря на почтенный возраст, я оставался силён телом и духом. Полгода назад во сне ко мне явился тот самый медведь. Он сказал, что скоро придёт ко мне молодая девица с ребёнком, и ей потребуется моя помощь, что я должен поведать ей свою историю. Что девица эта – "одной со мной крови", и мне надлежит обучить её говорить с животными».
Он пристально смотрел на меня, словно оценивая, достойна ли я такой мудрости. Я почтительно молчала. Говорить с животными... Алексей ведь тоже это умеет, я сама видела. Так почему же он привёз меня сюда, почему именно этого старца избрал моим наставником?
Молчание быстро прервалось, и староста продолжил свой рассказ:
«В юные годы, лишь обретя свой дар, я совершал много ошибок, заманивал и убивал животных без меры, больше, чем было нужно для пропитания. И каждый раз, когда убийство было лишним, я испытывал боль куда сильнее, чем при убийстве по нужде. За эти знания я заплатил высокую цену. Однажды, убив лосиху, я бросил её тушу в лесу, не сумев донести до дома. Перетерпев боль, я вернулся и обнаружил сына своего больным, на пороге смерти. Болезнь была странной, никто не мог узнать её симптомы. Он лежал, бледный, с ледяными конечностями. Не выдержав таких мучений, я пошёл к реке. Решив умыться, я заглянул в воду. В отражении на меня смотрел незнакомец, чьё лицо было изуродовано шрамами и испачкано кровью. Пронзительная боль прошла по всему телу, ноги и руки затряслись. Я не удержался и упал в воду. Судорога сковала меня – это было уже не моё тело, оно отказывалось подчиняться. Я с детства был искусным пловцом, но сейчас не мог вспомнить, как плавать. Камнем меня тянуло на дно. Лёгкие наполнялись водой, и я понимал, что это мой конец. Тогда я закрыл глаза и решил принять уготованную судьбу.
Тело расслабилось, и предо мной возник образ лосихи, которую я недавно убил и тушу которой оставил в лесу. А рядом с ней стоял маленький лосёнок. Они смотрели на меня. Я осознал, что оставил его сиротой ради пустой забавы. Я попросил прощения и обещал лосихе найти её дитя и вырастить его. Лосиха одобрительно кивнула, и я ощутил, как сила наполнила меня. С криком я вынырнул. Отряхнувшись, зашёл в дом и сказал жене, что знаю, как исцелить нашего сына, но для этого мне должно уйти. Я оделся и в ту же ночь двинулся в лес. Вернувшись на место, где бросил тушу, стал звать лосёнка. Испуганный, он вышел ко мне. Я пообещал ему заботу и предложил следовать за мной».
Арсений предложил пойти за ним. Мы шли без слов; дойдя до просторного луга, я заметила пасущегося лося. Он был седой — трудно было представить, сколько ему лет. Медленно переставляя ноги, лось подошёл к нам, ткнулся в руку Арсению, получил угощение и лизнул ему щёку.
- Наши жизни связаны, — сказала Арсений, поглаживая животное, — наш век закончится одновременно.
Лось сделал шаг в мою сторону, я двинулась к нему на встречу, подойдя положила ладонь на его шею. Закрыла глаза и попыталась представить его в расцвете сил. Внезапно тепло разлилось по телу, и перед глазами возник крупный зверь с большой головой и широкими рогами тёмно-коричневого цвета. Лось величественно шагал по лугу, а рядом шёл высокий мужчина. Они шли как равные спутники в закат.
Я открыла глаза, но едва видела — слёзы катились потоком.
- Не плачь, наш век был долгим. Мы давно ждём своего часа. Я часто спрашивал себя, почему всё ещё жив; мои правнуки скоро станут родителями. Теперь понимаю — я ждал встречи с тобой.
- Ваша жизнь достойна подражания. Вы добрый человек. Добро, которое вы совершили, заглаживает ошибки молодости.
Слезы не переставая текли из глаз. За мгновение я прожила чужую жизнь, испытала счастье рождения детей и боль утраты жены. Арсений смотрел на меня с пониманием.
- Дитя моё, не впускай всех так близко в сердце. Жизнь каждого принадлежит лишь ему. Ты всего лишь наблюдатель. Теперь на тебе ответственность за многие судьбы; если не готова нести её всю жизнь за существо, на которое направлено воздействие, не используй силу.
Границы между моими и чужими переживаниями окончательно стерлись. Лось — словно человек — рассказал мне свою историю: жизнь, утраты, преданность, любовь и забота. Как можно пережить всё это за один миг? Меня конвульсивно трясло. Подняв руки, я почувствовала, как волна проходит от кончиков пальцев по всему телу. Сердце бешено колотилось. Я посмотрела на Арсения и постепенно погружалась во тьму.
Я очнулась, обнажённая, на мягком мху. Смущение охватило меня, руки потянулись прикрыть грудь и интимные места, но я не смогла. Взглянув на ладони, обнаружила копыта. Что за... Я подскочила и сразу же потеряла равновесие — ноги тоже были копытами. Я новорожденная лань, и отсюда начинается мой путь. Я искала опору, пыталась подняться, падала, снова пыталась и снова падала. Сосчитав множество падений, уже готовая сдаться, я ощутила странную силу, подтолкнувшую меня вперёд.
«Зачем ты пришла на эту землю? Почему такое хрупкое создание достойно жизни?» — вопросы без ответа звучали в голове.
«Кто ты? Достойна ли?» — спрашивали невидимые голоса.
«Как ты смеешь спрашивать? Кто ты?» — рвалось в ответ из глубины сознания.
Чем сильнее во мне нарастало негодование, тем увереннее становилась опора под ногами. Наконец я поднялась — и не сразу поверила увиденному: теперь у меня четыре конечности. Равновесие восстановилось, я устояла, опираясь на все четыре ноги. Первой мыслью было попытаться снова подняться на две. Трудно объяснить, почему: я человек, привыкший рассчитывать только на собственные ноги и не желающий посторонней помощи. Я создана идти по предначертанному пути и не нуждаюсь в лишних опорах, чтобы вынести свой груз. Я выпрямилась на задних ногах, передние выставила вперёд и выпустила требовательный крик. Рёв разорвал тишину — слов было не нужно: это был вопль освобождения.
Затем я опустилась на все копыта и встряхнула головой. Что дальше? Надо двигаться. Перед глазами раскинулся зелёный луг, трава казалась сочной, словно наполненной соком; один укус — и я почувствую силу природы, наполняющую меня, как недавно озеро наполнило меня водой. Нос ловил свежие ароматы, голова кружилась. Я потянулась к следующей травинке, её верхушка едва касалась неба, как вдруг раздался голос:
- Этот ли голодом ты пришла утолить?
Мои мысли перемешались, но ясность наступила мгновенно.:
- Я пришла за знаниями. За опытом. Чтобы постичь суть дарованной мне силы. Научиться защищать себя и свое дитя.
- Тогда следуй за мной, — прозвучал голос, начавший обретать плоть.
Воздух напротив меня сгустился, закручиваясь в вихрь. Когда он рассеялся, передо мной, встав на задние лапы, вырос медведь. Он был вдвое выше меня, его темно-бурая шерсть переливалась в солнечных лучах. Черные, пронзительные глаза буквально прожигали меня насквозь, и я мгновенно поняла: он знает обо мне всё. Он прочел мою жизнь как открытую книгу, не осуждая за ошибки, но радуясь праведным поступкам. В этот миг мне вдруг стала кристально ясна грань между правильным и неправильным в этом мире. Всё встало на свои места; добро и зло обрели четкие очертания.
- Это не твои мысли, — мягко поправил он, нарушая мою новообретенную ясность. — Тебе еще предстоит прожить долгую жизнь, чтобы понять истинную суть нашего существования. И то, что верно для меня, не обязательно будет твоей правдой. А сейчас идем, нас ждет увлекательное приключение."
Он опустился на все четыре лапы и двинулся вперед, следуя за солнцем. Я покорно пошла за ним, ступая копытами по сочной траве, которую еще совсем недавно мечтала съесть. Трава приминалась под моим весом, но удивительно — никакого сожаления, что я не использовала ее для восполнения сил, не возникло. Обернувшись, заметила, как склоненные стебли медленно поднимались, тянулись вверх, к восходящему солнцу. Мое внимание невольно переключилось с травы на солнце; его тепло ласково коснулось моего тела. Я повернула голову к светилу, прищурив глаза. Солнце дарило свои лучи, согревая и маня за собой.
Сложно сказать, сколько прошло времени — минута или целая вечность — пока мы просто шли. Я никогда прежде не испытывала такого глубокого спокойствия. Но вдруг в этом идиллическом пейзаже обнаружилась брешь: мне не хватало источника воды. Не озера, не ручья, а могучей реки. Широкой, стремительной, с бурлящими порогами, ее шум слышался издалека, ее призыв, полный обещаний: «Я здесь! Иди вперед, и тебя ждет награда — наслаждение моей прохладой и благодатью».
Как только эта мысль полностью оформилась в моей голове, медведь остановился.
— Ты хорошая ученица. Урок усвоен. Быстро сообразила, что картина неполна. Ты права, это всего лишь изображение. Красивое, умиротворяющее, но иллюзия. Твой мир другой. Он бурлит, как горная река, и ты никогда не знаешь, что ждет за следующим поворотом.
Медведь дал мне мгновение на размышления, и этого хватило, чтобы прежнее мироздание рухнуло, а на его руинах возникло новое. И вот снова знакомая опушка, снова тропинка. Но в этот раз я не теряла ни секунды, пустившись галопом по знакомому пути. Впереди озеро, я пересеку его и вновь окажусь у Веры. На этот раз она обязательно ответит на все мои вопросы.
До озера я домчалась со скоростью молнии. Оказывается, бежать на четырех ногах удивительно удобно: тело сохраняет идеальный баланс, а передние и задние ноги ритмично толкают его вперед. Стена деревьев расступилась, пропуская меня к воде. Увидев вновь эту идеальную гладь, я резко остановилась и замерла. Теперь озеро было залито солнечным светом, и блики на воде слепили глаза. Я зажмурилась, глубоко вдохнув. Запах свежей воды вперемешку с хвойным ароматом дополнялся едва уловимым запахом травы. Именно на аромате травы мое обоняние сосредоточилось. В нем были нотки пряности, терпкости и сладости; густой и насыщенный, он был при этом настолько тонким, что, вдыхая, невозможно было надышаться. Никогда прежде я не встречала такого притягательного аромата. Медленно опустив голову, я дотянулась до травы и отщипнула самые верхушки. Солнце грело тело, а трава утоляла голод. Время остановилось. Спокойствие разлилось по всему телу, словно в глубокой медитации.
Когда чувство сытости наступило, мысли вернулись. Я вспомнила, зачем оказалась здесь. Взглянув на озеро, заметила в нём отражение деревьев — любопытство тут же вспыхнуло в моих глазах. Озеро словно зеркало, я могла увидеть и себя. Быстро подбежав к берегу, я наклонилась к воде и начала вглядываться.
Поскольку наклонилась почти вплотную к поверхности, вначале увидела лишь свои глаза. Они мало отличались от моих — такой же каре-зеленый цвет, но ресницы были гораздо гуще и длиннее. Медленно отступая, я стала различать очертания головы и мощной шеи. Черты моего звериного лица были мягкими, шерсть смягчала облик; мне сразу захотелось прикоснуться к ней. Вместо этого я потерлась головой о свою ногу, а затем, вспомнив о новом облике, снова принялась изучать отражение. Как маленькая девочка в новом платье, я вертела головой, рассматривая себя. Оказалось, что уши у меня двигаются — как только я это поняла, сразу начала ими шевелить. Это так меня развеселило, что я копытом ударила по воде, всплеск брызнул в мою сторону. Я быстро увернулась, потом снова ударила по воде уже двумя ногами.
Моё веселье продлилось недолго: я заметила тропинку. Она вилась вдоль живописного берега и манила продолжить путь. В прошлый раз ночная мгла скрывала всю красоту места, а теперь можно было спокойно идти и наслаждаться видом.
Очень давно, когда я была ребенком, мы с мамой отправились в поход с палатками в загадочное место. Это было лесное озеро, добраться до него можно было только пешком. Наш отдых начался с длинного перехода: мы шли через цветущие поля иван-чая, продирались сквозь лесную чащу, поднимались в гору и снова спускались. По пути останавливались на привал, ели бутерброды со сладким чаем. Мамины друзья рассказывали мне сказки о леших и русалках и обещали награду в конце пути: настоящий сказочный лес и приключения. После этих слов я только и делала, что торопила всех поскорее доесть и идти дальше.
К озеру мы вышли уже к сумеркам. Взрослые разбили лагерь, разожгли костер и принялись готовить ужин. Я всматривалась в полутьму, ожидая, что вот-вот случится чудо, но заснула раньше, чем подали ужин.
Утром я выбралась из палатки. Солнце только начало подняться над горизонтом, воздух был наполнен туманом. До того дня я и не знала, что озеро может звать. Едва слышный шорох воды словно приглашал познакомиться. До берега было рукой подать — я прошла несколько десятков шагов и оказалась у кромки. Туман, как теплое воздушное одеяло, укрывал гладь, и лишь совсем у берега вода была открыта. Я опустила руку, коснулась поверхности — круги разошлись по воде. В ту же секунду озеро будто ожило: послышался плеск. Я сперва испугалась — впервые была так далеко от привычных городских звуков. Присмотревшись, увидела, как крошечная рыбка выскочила из воды на пару сантиметров и снова ушла вниз. Через миг это повторилось. Я зачарованно следила за гладью, стараясь угадать, где всплеск появится в следующий раз.
Время текло, солнце понемногу поднималось над верхушками деревьев, разгоняя туманный покров, а я, сидя на берегу, наблюдала, как просыпается природа. Наверное, именно тогда утро стало моим любимым временем суток.
И теперь, шагая по тропе, я вновь ощутила то самое чувство из далекого детства — предвкушение прекрасного.