— Мама, ну хватит уже! Салаты делать рано, все размокнет к вечеру!
— Что ты понимаешь, Лена! Я всю жизнь праздники готовлю, и никто никогда не жаловался!
Ирина стояла у плиты и мешала в огромной кастрюле борщ. Дочь нервно ходила по кухне, заглядывая то в холодильник, то в духовку, где запекалась буженина.
— Папе шестьдесят исполняется, а ты ведешь себя так, будто мы детский утренник устраиваем, — Лена достала из шкафа салатницу и с грохотом поставила на стол.
— Не груби мне! — Ирина обернулась, держа половник, как оружие. — Я для вашего отца стараюсь. Чтобы все было идеально.
— Мам, успокойся. Папа будет рад любому празднику, лишь бы все собрались.
Ирина вздохнула и снова повернулась к плите. Лена была права, конечно. Виктор не любил пышные торжества, предпочитал тихие семейные вечера. Но шестьдесят лет — это дата. Ирина хотела, чтобы все запомнили этот день.
Они с Виктором прожили вместе тридцать восемь лет. Познакомились на заводе, где он работал инженером, а она — бухгалтером. Поженились быстро, через полгода. Родили Лену, потом Максима. Обычная советская семья, обычная жизнь. Квартира, дача, машина. Никаких потрясений, никаких драм. Стабильность и надежность.
— Мам, а сколько человек придет? — Лена заглянула в блокнот, где была расписана вся подготовка.
— Человек двадцать пять, наверное. Наши родственники, соседи, его коллеги с работы.
— И бывшие коллеги тоже?
— Да, Виктор пригласил Сергея Петровича, они вместе столько лет работали. И еще Николая с женой.
Лена кивнула и вернулась к нарезке овощей. На столе уже стояли миски с вареной картошкой, морковью, свеклой. Классический набор для праздничного стола.
Дверь хлопнула, и в квартиру ворвался Максим с женой Олей.
— Привет, мам! Мы привезли торт, — Максим держал в руках огромную коробку.
— Какой красавец! — Ирина всплеснула руками. — Ставьте в холодильник, только аккуратно.
— А папа где? — спросил Максим, устраивая торт на полке.
— На даче. Сказал, что дрова нужно нарубить перед зимой. Вернется к обеду.
— В свой день рождения дрова рубит, — покачал головой Максим. — Это надо же.
Ирина улыбнулась. Виктор был таким всегда — деятельным, не умел сидеть без дела. Даже на пенсии нашел себе занятие, устроился сторожем на стройку. Говорил, что дома скучно, нужно чем-то заниматься.
Телефон на столе завибрировал. Ирина вытерла руки о фартук и взяла трубку.
— Алло?
— Ирина Николаевна? Это Анна Сергеевна, я соседка Виктора Ивановича. Вы могли бы подъехать к нему? Он тут упал, ногу подвернул.
— Что?! Где он?
— На даче. Я мимо проходила, услышала, что он стонет. Вызвать скорую?
— Нет, нет, я сейчас сама! Максим, поехали!
Ирина сорвала фартук, схватила сумку. Максим уже стоял у двери, ключи в руке.
— Мам, не волнуйся, наверное, ничего страшного, — сказала Лена, провожая их взглядом.
Дорога до дачи заняла двадцать минут. Ирина сидела, сжав руки в кулаки, и смотрела в окно, не видя пейзажей за стеклом. В голове проносились страшные мысли. Вдруг перелом? Вдруг что-то серьезное?
У калитки стояла соседка Анна Сергеевна, худая женщина в клетчатой куртке.
— Вот, здесь он, — она показала рукой на дом.
Виктор сидел на крыльце, держась за перила. Лицо бледное, но улыбается.
— Ира, зря приехала. Просто ногу подвернул, пустяки.
— Какие пустяки! — Ирина присела рядом. — Больно?
— Да нет, уже лучше. Вставать могу.
Максим помог отцу подняться. Виктор поморщился, но на ногу встал.
— Поехали в травмпункт, — сказала Ирина решительно.
— Да ладно тебе, все нормально. Просто отлежусь дома.
— Вить, не упрямься. Сегодня твой юбилей, гости придут. Надо убедиться, что все в порядке.
Виктор вздохнул, но спорить не стал. Они погрузились в машину и поехали в город.
В травмпункте врач осмотрел ногу, пощупал, покрутил.
— Растяжение. Ничего страшного, но неделю лучше не нагружать. Вот мазь, мажьте три раза в день.
Ирина облегченно выдохнула. Слава богу, обошлось.
Дома Виктор сразу лег на диван, Ирина принесла ему подушку под ногу.
— Лежи, отдыхай. А я пойду доделаю салаты.
— Ир, может, отменим праздник? — Виктор посмотрел на нее виноватым взглядом.
— Что ты! Все уже готово, гости едут. Ты просто посидишь за столом, никаких танцев.
Он кивнул и закрыл глаза. Ирина вернулась на кухню, где Лена и Оля уже вовсю нарезали салаты.
— Ну что с папой? — спросила Лена.
— Растяжение. Врач сказал, что ничего страшного.
— Слава богу, а то я уж подумала...
К вечеру квартира преобразилась. На столе красовались блюда — салаты, мясная нарезка, буженина, рыба, грибы, соленья. В центре стояла бутылка коньяка и графин с водкой. Ирина переоделась в нарядное синее платье, сделала прическу. Лена тоже выглядела празднично в черном костюме.
Первыми пришли родственники — сестра Ирины Галина с мужем Борисом, брат Виктора Николай с женой Тамарой. Следом подтянулись соседи, коллеги. Квартира наполнилась голосами, смехом, звоном посуды.
Виктор сидел во главе стола, улыбался, принимал поздравления. Нога побаливала, но он не подавал вида. Рядом устроилась Ирина, то и дело поправляя ему салфетку, подкладывая еду.
— За именинника! — провозгласил Максим, поднимая бокал.
Все встали, чокнулись. Виктор выпил залпом, поморщился.
— Ну что, Витек, шестьдесят — это возраст мудрости, — сказал Николай, хлопая брата по плечу.
— Мудрости и болячек, — добавил кто-то из гостей, и все засмеялись.
Ирина сидела и смотрела на мужа. Он постарел, конечно, седина на висках, морщины у глаз. Но все еще крепкий, статный мужчина. Её Виктор.
Дверь снова хлопнула, и в квартиру вошла пара — мужчина лет пятидесяти в черном пиджаке и женщина в ярко-красном платье.
— Сергей Петрович! — Виктор попытался встать, но Ирина удержала его. — Проходите, проходите!
— Витя, дорогой, поздравляю! — Сергей обнял именинника, протянул бутылку дорогого виски. — Это тебе, от души.
— Спасибо, присаживайтесь.
Ирина освободила им места, поставила тарелки. Сергей Петрович был бывшим начальником Виктора, они много лет работали вместе. Хороший человек, отзывчивый.
Застолье продолжалось. Пели песни, травили анекдоты, вспоминали молодость. Ирина ходила между комнатами, выносила еду, убирала грязные тарелки. Лена помогала ей.
— Мам, сядь уже, отдохни, — сказала дочь.
— Да как я сяду, когда столько дел.
— Все нормально, гости сытые и довольные.
Ирина кивнула и присела за стол. В этот момент снова раздался звонок в дверь.
— Я открою, — Максим встал и пошел в прихожую.
Через секунду он вернулся с озадаченным видом.
— Пап, к тебе... какая-то женщина.
Виктор поднял голову, и Ирина заметила, как он побледнел.
— Кто?
— Не знаю, говорит, что по приглашению.
В комнату вошла женщина лет сорока пяти, высокая, с темными волосами и яркой помадой. За ней стояли двое молодых людей — парень и девушка, лет двадцати с небольшим.
— Витя, привет, — сказала женщина спокойным тоном. — Мы не опоздали?
Ирина почувствовала, как внутри все оборвалось. Виктор сидел, не шевелясь, смотрел на женщину расширенными глазами.
— Светлана... что ты здесь делаешь? — выдавил он наконец.
— Как что? Ты же пригласил нас на свой день рождения, — она улыбнулась, но в улыбке не было тепла. — Вот мы и пришли. Познакомлю тебя с нашими детьми поближе.
Ирина медленно встала. Комната поплыла перед глазами, голоса слились в один гул.
— Вить, что происходит? — спросила она тихо.
Виктор молчал, опустив голову. Светлана же повернулась к Ирине.
— Вы, наверное, Ирина Николаевна? Я Светлана. Мы с Витей живем вместе уже двадцать три года. Это наш сын Игорь и дочь Аня.
Молодые люди стояли в дверях, явно чувствуя себя неловко. Парень сунул руки в карманы, девушка смотрела в пол.
— О чем ты говоришь? — Ирина шагнула к женщине. — Какие двадцать три года?
— Именно столько, — Светлана сняла пальто, будто собиралась остаться. — Витя, может, ты сам расскажешь? Или мне?
Гости застыли с бокалами в руках. Повисла мертвая тишина. Только где-то на кухне капала вода из крана.
Виктор поднял голову, и Ирина увидела в его глазах страх.
— Ира, я... это не то, что ты думаешь.
— А что тогда? — голос у нее сорвался. — Объясни мне, что происходит!
— Давайте я объясню, — Светлана прошла в комнату, села на свободный стул. — Виктор уже много лет ведет двойную жизнь. У нас с ним квартира на другом конце города, дети. Он приходит к нам после работы, проводит выходные, ездит с нами на море. Обычная семья.
— Врешь! — Ирина шагнула к ней, но Лена схватила мать за руку.
— Мам, стой.
— Я не вру, — Светлана достала телефон, показала фотографии. Виктор на пляже с этими двумя молодыми людьми, Виктор на даче, Виктор на чьей-то свадьбе. — Вот доказательства.
Ирина смотрела на экран, и мир вокруг нее рушился. Это не могло быть правдой. Не могло.
— Пап, что за чушь она несет? — Максим встал, сжав кулаки.
Виктор молчал, глядя в стол.
— Витя, скажи, что это неправда! — Ирина почувствовала, как горло перехватывает спазмом.
Он медленно поднял глаза.
— Ира, прости. Я не хотел, чтобы ты узнала так.
Эти слова были как пощечина. Ирина пошатнулась, Лена крепче ухватила её за руку.
— Значит, правда? — прошептала Ирина. — Все эти годы?
— Да, — выдохнул Виктор. — Прости меня.
— Как ты мог! — закричала Лена. — Как ты мог так поступить с мамой!
— Тихо, девочка, — Светлана посмотрела на неё холодно. — Твой отец имел право на личную жизнь.
— Уберите её отсюда! — Максим шагнул к Светлане, но Сергей Петрович встал, загораживая собой.
— Успокойтесь все, — сказал он твердо. — Давайте разберемся без драки.
Ирина отстранила Лену, подошла к Виктору. Села рядом, посмотрела ему в глаза.
— Почему? — спросила она тихо. — Что я сделала не так?
— Ты не виновата, — Виктор взял её руку, но Ирина резко отдернула. — Это я во всем виноват.
— Двадцать три года... — Ирина покачала головой. — Все это время я думала, что у нас нормальная семья. А ты...
— Я люблю тебя, — сказал Виктор хрипло.
— И её тоже любишь? — Ирина кивнула на Светлану.
Виктор не ответил, и это было ответом само по себе.
Светлана встала, подошла к Виктору.
— Я не хотела устраивать сцену, — сказала она. — Просто устала от этой двойной жизни. Мы с детьми имеем право видеть тебя не урывками, а нормально.
— Какое у тебя право? — Ирина вскочила. — Мы с ним женаты тридцать восемь лет!
— И мы живем вместе двадцать три, — парировала Светлана. — Он мой мужчина так же, как и твой.
— Хватит! — Виктор тяжело встал, опираясь на стол. — Светлана, зачем ты пришла?
— Затем, что я устала скрываться. Устала притворяться, что тебя нет у других. Мне сорок шесть лет, Витя. Я хочу нормальных отношений.
Ирина смотрела на мужа, и в её голове проносились воспоминания. Командировки, задержки на работе, выходные на даче одному. Все это было прикрытием. Все эти годы он жил двумя жизнями.
— Уходите, — сказала она твердо. — Вы и ваши дети. Немедленно.
— Ира... — начал Виктор.
— Молчи! — она развернулась к нему. — Ты тоже можешь идти. К своей второй семье.
— Мам, погоди, — Максим встал между ними. — Давайте сначала все спокойно обсудим.
— Обсудим? — Ирина рассмеялась истерично. — Что тут обсуждать? Твой отец изменял мне больше двадцати лет! У него другая семья, другие дети!
Светлана взяла пальто, кивнула своим детям.
— Мы уйдем. Но Витя, подумай хорошенько. Ты не можешь вечно разрываться между двумя домами.
Она ушла, и за ней вышли парень с девушкой. Дверь закрылась, и в комнате снова повисла тишина. Гости сидели, не зная, куда деваться. Некоторые начали собираться, бормоча извинения.
Ирина стояла, уставившись в стену. Внутри была пустота, огромная черная дыра. Тридцать восемь лет брака, и все оказалось ложью.
— Мам, пойдем, посидишь в спальне, — Лена взяла её под руку.
Ирина покачала головой.
— Нет. Я хочу услышать все. Вить, рассказывай.
Виктор тяжело опустился на стул, провел рукой по лицу.
— Я познакомился со Светланой на одной из командировок. Мне было тридцать семь. Она работала в гостинице администратором. Мы просто разговорились, потом я пригласил её поужинать.
— И закрутил роман, — закончила за него Ирина.
— Да. Я не планировал. Просто... произошло.
— А потом что? Ты решил, что одной семьи мало?
— Она забеременела. Сказала, что оставит ребенка. Я не мог бросить её.
— Зато меня мог, — Ирина почувствовала, как слезы текут по щекам. — Нас с детьми.
— Я не бросал вас! Я всегда был рядом, всегда заботился!
— Заботился? — Ирина вытерла слезы. — Ты врал мне каждый день! Говорил, что на работе, на даче, у друзей. А сам был у неё!
Виктор молчал, глядя в пол. Максим и Лена стояли рядом с матерью, поддерживая её.
— Пап, как ты мог так с нами поступить? — спросил Максим тихо.
— Я не знаю, сын. Все вышло само собой. Я люблю вашу маму, честное слово. Но и Светлана... я не мог разорвать отношения.
— Значит, ты любишь двух женщин одновременно? — Лена покачала головой. — Папа, так не бывает.
— Бывает, — сказал Виктор устало. — Я знаю, что поступил подло. Но я не смог по-другому.
Ирина подошла к окну, посмотрела на темную улицу. За стеклом шел мелкий дождь, капли стекали по стеклу.
— Сколько им лет? — спросила она, не оборачиваясь.
— Игорю двадцать два, Ане двадцать.
— Ты был на родах?
— Да.
— Отмечал их дни рождения?
— Да.
— Учил их ходить, говорить, читать?
— Да, Ира. Я был для них отцом.
Ирина обернулась, и Виктор увидел в её глазах такую боль, что ему стало тошно.
— А для Максима и Лены кем ты был? — спросила она тихо.
— Я был и для них отцом. Всегда.
— Нет, — покачала головой Ирина. — Ты был только наполовину отцом. Потому что вторая половина твоего времени, твоего внимания, твоей любви доставалась другим детям.
Виктор не нашелся, что ответить. Она была права. Все эти годы он разрывался между двумя семьями, пытаясь быть везде, но нигде не был полностью.
Гости разошлись, не дожидаясь торта. В квартире остались только они — Ирина, Виктор, Максим с женой и Лена. Сидели за столом, уставленным остывающими блюдами, и молчали.
— Что теперь будет? — спросила наконец Оля, жена Максима.
— Не знаю, — ответила Ирина. — Мне нужно время подумать.
— Ира, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, — начал Виктор.
— Нет, не понимаешь, — она посмотрела на него. — Ты не представляешь, что я сейчас чувствую. Мне кажется, что вся моя жизнь была иллюзией.
— Это не так. Мы были счастливы.
— Ты был счастлив. У тебя было две семьи, две жизни. А я? Я жила обманом.
Лена обняла мать за плечи.
— Мам, поехали ко мне. Переночуешь, отдохнешь.
— Нет. Это мой дом, и я никуда не поеду.
Виктор встал, с трудом опираясь на больную ногу.
— Тогда я уйду. Пойду к Николаю, переночую у него.
— Иди к Светлане, — сказала Ирина жестко. — Раз она тебе так дорога.
Он хотел что-то сказать, но передумал. Надел куртку, взял ключи от машины.
— Я позвоню завтра.
Ирина не ответила. Дверь закрылась, и она услышала, как он спускается по лестнице. Максим встал, будто собираясь пойти за отцом, но мать остановила его.
— Пусть идет. Мне нужно побыть одной.
Дети переглянулись, но спорить не стали. Собрали посуду, помыли, привели квартиру в порядок. Потом тоже ушли, пообещав позвонить утром.
Ирина осталась одна в пустой квартире. Села на диван, где только что сидел Виктор, и уставилась в стену. В голове был хаос, мысли путались, не складывались в нечто связное.
Двадцать три года. Больше половины их совместной жизни он обманывал её. Жил на два дома, любил двух женщин, растил двух семей. Как ему это удавалось? Как он ухитрялся все это время врать, притворяться, играть роль любящего мужа?
Ирина встала, прошлась по квартире. В спальне на тумбочке лежала фотография — их свадьба, молодые, счастливые. Виктор в строгом костюме, она в белом платье. Верили, что будут вместе всю жизнь.
Она взяла рамку, долго смотрела на молодого Виктора. Тогда он казался ей идеалом мужчины — надежный, заботливый, верный. Как же она ошибалась.
Телефон зазвонил. Ирина посмотрела на экран — Виктор.
— Алло.
— Ира, ты спишь?
— Нет.
— Прости меня. Я знаю, что прощения не заслуживаю, но все же прошу.
— Прощение тут не поможет, Вить.
— Я хочу все исправить. Разберусь со Светланой, скажу, что все кончено.
— И что это изменит? Ты уже двадцать три года с ней. У тебя дети от неё. Ты не можешь просто взять и вычеркнуть их из своей жизни.
— Но я хочу быть с тобой.
— Ты хотел быть со мной и с ней одновременно. И у тебя получалось.
— Прости, Ира. Я дурак, я все испортил.
— Да, испортил. Спокойной ночи.
Она положила трубку и отключила телефон. Легла на кровать, не раздеваясь, и закрыла глаза. Заснуть не получалось, в голове крутились одни и те же мысли.
Утром Ирина встала разбитая, с красными глазами. Сварила кофе, села у окна. На улице шел дождь, серое небо, лужи на асфальте.
Позвонила Лена.
— Мам, как ты?
— Нормально.
— Папа звонил?
— Да.
— И что ты ему сказала?
— Что прощения не будет.
Лена вздохнула.
— Мам, а ты подумала, что будешь делать дальше?
— Не знаю, дочка. Мне нужно время.
Они попрощались, и Ирина снова осталась одна. Сидела, пила остывший кофе и думала. О жизни, о браке, о том, что теперь делать.
К обеду приехал Максим.
— Мам, я с папой говорил.
— И что он сказал?
— Что хочет вернуться домой. Что готов прекратить отношения со Светланой.
— А детей как быть? Бросит их?
— Он сказал, что будет помогать материально, но жить хочет здесь.
Ирина усмехнулась.
— Удобно. Вернется, и все забудем, как будто ничего не было.
— Мам, я не знаю, что тебе посоветовать. Это твоя жизнь, твое решение.
— Да, моя жизнь. Только я, похоже, жила не своей жизнью все эти годы.
Максим обнял мать, и она расплакалась. Долго плакала, уткнувшись ему в плечо, а он гладил её по голове и молчал.
Вечером Ирина вышла на улицу, прошлась по парку. Думала, анализировала, пыталась понять, что чувствует. Обида, боль, злость — все смешалось в один клубок.
Тридцать восемь лет она посвятила этому человеку. Родила ему детей, вела дом, поддерживала во всем. А он все это время жил двойной жизнью. Предавал, обманывал, изменял.
Можно ли простить такое? Ирина не знала ответа. Одна часть её хотела выгнать Виктора навсегда, другая — все-таки это отец её детей, человек, с которым прожита целая жизнь.
Вернувшись домой, она набрала номер Виктора.
— Алло, Ира?
— Приезжай. Нам нужно поговорить.
Он приехал через час. Стоял на пороге, смятый, усталый, с виноватым выражением лица.
— Проходи.
Они сели за стол, и Ирина налила чай.
— Я думала всю ночь и весь день, — начала она. — И не знаю, что делать.
— Я хочу остаться с тобой, — сказал Виктор. — Я люблю тебя.
— Ты любишь и её. Ты сам это признал.
— Да, но тебя я люблю больше. Ты мать моих детей, моя жена.
— А она кто? Любовница?
— Нет, не любовница. Просто... другая часть моей жизни.
Ирина покачала головой.
— Вить, ты понимаешь, что так жить нельзя?
— Понимаю. Я готов прекратить отношения со Светланой.
— А дети? Игорь и Аня? Ты готов отказаться от них?
Он замолчал, и это был ответ.
— Вот видишь, — сказала Ирина. — Ты не можешь сделать выбор. Потому что любишь всех нас.
— Что мне делать? — спросил он отчаянно.
— Не знаю. Это твой выбор, не мой.
Виктор встал, прошелся по комнате.
— Я дурак. Я влез в эту историю, не думая о последствиях. А теперь не могу выбраться.
— Последствия есть всегда, — сказала Ирина тихо. — Ты просто не хотел их видеть.
Они сидели молча, каждый думал о своем. Часы на стене тикали, отсчитывая минуты.
— Ира, дай мне шанс, — сказал наконец Виктор. — Я исправлюсь, клянусь.
— Как ты исправишься? Отмотаешь время назад?
— Нет, но я буду честным. С тобой, со Светланой, с детьми.
— Честность сейчас уже не имеет значения. Доверие разрушено.
— Я верну его. Дай мне время.
Ирина посмотрела на него долгим взглядом.
— Я подумаю. Но обещать ничего не могу.
Виктор кивнул, понимая, что это максимум, на что он может рассчитывать сейчас.
Если вам понравился рассказ, подписывайтесь на канал, ставьте лайки и пишите в комментариях, как бы вы поступили на месте Ирины.