Как ни странно, а может и закономерно всё случилось, но Алина с Дмитрием нашла много общего. У них была цель – получить квартиру. И Алина, и Дмитрий имели прописку, прописывать к ней было не нужно. Это был большой плюс в сторону продолжения отношений. Конечно, сейчас жильё пока не давали, но она всё же стояла на очереди, как мать одиночка, в комнате в коммуналке были прописаны она и Славик, так что были перспективы. Пока же ни она, ни её сожитель совместных детей не планировали. И не планировали узаконивать свои отношения.
А Антонина со Славиком готовились к сентябрю. Не в смысле к осени и потом зиме, а к школе. И первый вопрос был – сумеет ли она его сама, без мамы, оформить в школу? Но с этим решилось без вопросов. Весной, как только узнала, что можно оформлять в первый класс, взяла она все документы на Славика, в том числе и медицинскую карточку о прививках – ну пусть знают, что мама не бросила, всё нормально у неё. Взяла свои документы. Директор школы, которая сама лично принимала первоклассников, была строгой женщиной лет сорока – сока двух.
- А мама Вячеслава где?
- Ну так там, где и все, на заработках. Приехать не может, не отпускают. Должна к сентябрю приехать. Но не переживайте, у нас все документы.
- Что вы мне медкарту суёте, покажете потом фельдшеру, когда в школу пойдёт. А вы прописаны, значит, в соседней деревне?
- Ну да, вот мой паспорт, вот документы.
- Да поняла я, что вы все бумаги из дома принесли. Вы мне хоть одно скажите – ваш внук хоть буквы знает?
- Обижаете. Славик уже газеты читает, складывает и вычитает. Только вот писать не учила, мне сказали, что этому должны в школе учить.
- Правильно. Славик, иди сюда. Прочитай мне на этой странице – директор открыла букварь.
Мальчик посмотрел на страницу, пожал плечами, мол, что тут читать? И начал бойко читать.
- Хватит, я поняла, читать умеешь. А посчитай от одного до десяти.
Тот посчитал быстро, без остановки, потом, по собственной инициативе посчитал от десяти до одного.
- Молодец. А сколько будет если к одному добавить четыре?
- Пять, - не задумываясь, ответил Славик.
- Правильно, а если к шести добавить два?
- Восемь. Я могу и до двадцати считать.
- Я верю. Это ты будешь учительнице уже показывать. Хорошо, я беру его в школу. Числа двадцать пятого августа будет вывешено, во сколько будет линейка и остальные уточнения.
Если с этим Антонине повезло, то с остальным – собрать внука в школу, было сложнее. Сейчас она сшила из старой юбки что-то типа шароваров, в которых он и в магазин мог пойти, и помогать с торговлей, то в школу в таком не пойдёшь. И те же тетради, ручки, пенал, линейка, цветные карандаши…ох. И обувь нужна.
Получила она те три тысячи от дочки с пометкой – на школу, и вздохнула. Неужели Алина не знает, что сейчас на эти три тысячи в магазин за хлебом и крупой не сходишь? Деньги обесценились совсем. Пенсию, как говорят, дадут только в сентябре – октябре. Решила пойти к председателю.
- Борис Силыч, может, есть возможность мне какую-то помощь оказать? Сама я с внуком выживаю, а тут и первое сентября, в школу внука отправляю. Хоть на тетрадки…А то пенсия, сказали, что в сентябре – октябре будет. Что же, ему в школу безо всего идти. У нас не царское время, вы ведь некоторым помощь выписываете.
Антонина знала, что выписывает он помощь только родственникам и знакомым хорошим, но ей же также нужно. Пусть меньше, но поможет, он же власть.
- А где мама внука? Она жива?
- Жива, конечно.
- Так почему не помогает? Она же в Москве живёт? А если у неё нечем помогать – так пусть ей московская власть помогает. Почему я должен москвичам помогать? А если мама не помогает – тогда нужно лишить её прав, назначить ей алименты. Я обращусь в органы опеки, пусть проверят, что и как.
- Не нужно в органы. Она деньги высылает, спросите почтальона, переводы присылает, - испугалась Антонина.
- А присылает переводы, так зачем вы ко мне пришли за помощью? Обмануть хотели? Чтобы, значит, и там урвать, и тут урвать…Э-эх, люди…
Антонина рассказывала соседке Галине итог своего посещения правления. Ведь это соседка направила её туда.
- А почему тебе и правда не подать Алину на алименты?
- Да всё потому. А вдруг лишат её родительских прав? И что тогда?
- Так ты получишь алименты или опекунские. Ну всё равно помощь хоть какая будет.
- Понимаешь, Галка, в таком случае если со мной что-то случится, ты же знаешь, какое у меня здоровье, Славика прямиком в детский дом отправят. А так Алину найдут, сообщат о моей смерти, и она будет вынуждена забрать сына к себе.
- Тьфу, ерунду говоришь какую! Умирать она собралась. Чтобы я больше о тебе этой чуши не слышала! Ну, ничего, прорвёмся. Кстати, я тебе мамину юбку отдам, добротная, широкая и длинная. Хотела себе перешить на юбку, но подумала, что из неё хорошие брючки Славику получатся. Она тёмная, в коричневую полосочку.
- Неси, не откажусь.
Вставали они со Славиком почти с петухами, шли в огород, потом собирали корзины – одну Антонина брала сразу, вторую Славик приносил через два часа. Он за это время успевал четыре ведра воды принести и перелить в бочку. Ну не полновесные вёдра носил, на восемь литров и то не полные. Управлялся по дому, готовил картошку в мундирах себе и бабушке на обед, потом шёл три километра к дороге. Наловчились с бабушкой так продавать, что почти не нарывались на штраф.
Сегодня Антонина продала всё, что принесла, причём очень быстро. Славик должен был уже быть с корзинкой, куда она сложила молоко и второй десяток яиц, а также разную зеленушку, но его всё не было. Она потопталась ещё и решила, что что-то случилось, раз нет внука. Решила пойти сама домой и проверить. Что-то тревожно ей было на душе.
Она взяла пустую сумку и побежала по протоптанной тропинке домой. Тропинка шла через небольшой лесок, потом по краю поля и выходила на их улицу. Уже прошла мимо поля, уже вдалеке виднелись крыши домов, и вдруг она увидела чуть в стороне от тропинки корзинку с продуктами, которую собрала с утра и приготовила для Славика. Корзинка была, продукты в ней были, а Славика не было. Антонина звала внука, потом поискала – нету.
Она схватила корзинку и почти бегом побежала домой. Калитка была закрыта, как обычно, вода была принесена, а внука не было! Как была, с пустой сумкой, с корзинкой с продуктами, которую нашла на тропинке, она побежала в правление. Там, едва отдышавшись, начала сбивчиво объяснять, что пропал внук. Антонину трясло, но понять, что случилось, все смогли. Тут же сам председатель, посадив её в машину, поехал на то место, где она нашла корзину, вместе в машину сели ещё трое людей, чтобы помочь искать.
Через час, не найдя ни ребёнка, ни его следов, председатель позвонил в милицию, нужно было разворачивать масштабные поиски. Конечно, дом Антонины проверили в первую очередь – мало ли, мальчик решил пошутить и спрятался где-нибудь. Милиция прибыла быстро, привезли собаку – та взяла след, но через три метра села и заскулила, след был потерян. Фельдшер сделала Антонине укол и та уснула, так как уже начала задыхаться и бледнеть. Ну а как фельдшер могла успокоить бедную женщину?
Проспала Антонина до утра, рядом с ней дежурила Галина. Славик так и не нашёлся.
Источник публикации koralova.com , koralova.ru
Мой телеграмм (мало ли что случится и я пропаду)
Подборки других рассказов на канале
Копирование, полная или частичная перепечатка, размножение и размещение материала на любых других ресурсах запрещены без письменного согласия автора.