Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Остров красоты.

Мое детство прошло в Германии, где мой отец преподавал русскую словесность в гимназии и читал лекции в берлинском университете им

Мое детство прошло в Германии, где мой отец преподавал русскую словесность в гимназии и читал лекции в берлинском университете им. Гумбольдта. Это были ярчайшие воспоминания, зародившие в моем сердце любовь к потрясающей европейской культуре, сильно отозвавшейся и ставшей для меня очень близкой и понятной. Возможно, потому, что она составляет сказочный мир кристально-наивного детства, открытого тайнам красоты. Благодаря этим очень личным воспоминаниям поездка в бывшую столицу Восточной Пруссии стала для меня не просто знакомством с очередным культурным пластом, но и, в каком-то смысле, свиданием с детством. Особенных иллюзий я не питала - всем известно, что старый Кенигсберг был практически уничтожен налетами британской авиации в 1944 году, но кое-что все-таки сохранилось - хрупкие осколки некогда величественной, драматической и суровой цивилизации, с нотками меланхоличного романтизма, нашедшей наиболее яркое воплощение в музыке Вагнера. Город, расположившийся в устье реки Прегель, бы

Мое детство прошло в Германии, где мой отец преподавал русскую словесность в гимназии и читал лекции в берлинском университете им. Гумбольдта.

Это были ярчайшие воспоминания, зародившие в моем сердце любовь к потрясающей европейской культуре, сильно отозвавшейся и ставшей для меня очень близкой и понятной. Возможно, потому, что она составляет сказочный мир кристально-наивного детства, открытого тайнам красоты.

Благодаря этим очень личным воспоминаниям поездка в бывшую столицу Восточной Пруссии стала для меня не просто знакомством с очередным культурным пластом, но и, в каком-то смысле, свиданием с детством.

Особенных иллюзий я не питала - всем известно, что старый Кенигсберг был практически уничтожен налетами британской авиации в 1944 году, но кое-что все-таки сохранилось - хрупкие осколки некогда величественной, драматической и суровой цивилизации, с нотками меланхоличного романтизма, нашедшей наиболее яркое воплощение в музыке Вагнера.

Город, расположившийся в устье реки Прегель, был основан рыцарями Тевтонского ордена в 1255 году и назван в честь короля Чехии Оттокара II Пшемысла, откликнувшегося на призыв к крествому походу против язычников - пруссов, обитавших на этой территории. После завоевания этих земель здесь был основан замок Кенигсберг, вокруг которого возникли три обособленных города, жители которых периодически враждовали друг с другом. Каждый из городов имел собственную систему управления и судопроизводства. В 1724 году они объединились в один город под общим названием Кенигсберг, и в этом же году родился знаменитый немецкий философ Иммануил Кант, проживший здесь всю жизнь и здесь же похороненный. Помимо Канта, в Кенигсберге жил и работал известный математик Леонард Эйлер, а также здесь родился и учился в Кенигсбергском университете писатель-сказочник Гофман, автор знаменитой сказки о Щелкунчике. Правда, еще в юности он уехал в Берлин и больше не вернулся.

И замок, и Кафедральный собор, являвшиеся знаковыми памятниками Кенигсберга, были разрушены авианалетами. Несколько лет руины древнего замка с молчаливым упреком взирали на город, после чего были полностью снесены. Кафедральному собору, в котором покоится прах Канта, повезло больше - он полностью восстановлен, но дух старинной Германии покинул этот, по сути, новодел.

В современном Калининграде сохранились некоторые здания немецкой постройки, булыжные мостовые и даже старый размер трамвайной колеи. Невзирая на это, город, подобно искалеченному существу, несет печать своих увечий, как буд-то дух, душа прежнего города покинули его, и он, подобно неприкаянному призраку, завис между мирами, но это мое личное впечатление.

Меня поразило почти полное отсутствие древней городской застройки даже на довоенных фотографиях, сделанных в 1900-1930-е годы, столь свойственной старинным городам Европы и Германии, в частности. Оказывается, в конце XIX - начале XX века город подвергся массированной модернизации, в результате которой под бульдозер попали многие обветшавшие здания, в том числе, домик Канта, снесенный в 1908 году, ибо к этому времени здесь возник роскошный бизнес-квартал с дорогой, элегантной, новомодной недвижимостью. Собственно, это была первая рана, нанесенная Кенигсбергу, наподобие Парижа эпохи Османа.

О том, как выглядел этот тихий, уютный, сонный бюргерский городок в XIX веке свидетельствуют сохранившиеся акварели эпохи бидермайер (1819 - 1840-е).

В самом Калининграде я фотографировала мало, единственное исключение - хорошо сохранившийся квартал очаровательных буржуазных вилл эпохи ар-нуво, о которых пойдет речь в следующем посте.

Пояснения к иллюстрациям в комментариях.