Заметка с конгресса: Как мы выращиваем тревожных сотрудников
Вчера на конгрессе — было выступление по финансовой психологии.
Живая, нервная тема: дети и деньги.
Классическая дилема: «Платить ли ребенку за мытье посуды?»
Спикер дает модный ответ:
«Да, платить! Но с условием: потом надо постепенно отменить плату, чтобы он делал это просто так».
И в этот момент я ясно увидел, как рождается корень тревоги у ребенка, которая проявится во взрослом возрасте.
Представьте этого ребенка.
Сначала ему платят. Посуда становится объектом сделки. Его внутренний мир перестраивается:
«Мой труд имеет цену только тогда, когда за него платят».
Потом плату отменяют. Ему говорят:
«А теперь делай это из любви к семье».
Его мозг, не осознавая, фиксирует: контракт нарушен. Ценность его действий обесценили.
И вот этот ребенок через пару лет приходит в офис. Во взрослом костюме, с дипломом.
И каждый раз, когда обсуждается его зарплата, бонусы, премия — в нем просыпается тот самый ребенок, с которым расторгли первую в его жизни «сделку».
Глубокая, неосознаваемая тревога:
«А вдруг и здесь однажды просто перестанут платить? Вдруг мою ценность снова аннулируют?»
Это про базовое недоверие к миру, который однажды уже обманул, подменив внутреннюю ценность действия — внешней, а потом отозвав и ее.
Мы выращиваем идеальных исполнителей для «сделки». Но мы же и закладываем в них панический страх, что сделка будет расторгнута.
И удивляемся, откуда в наших блестящих командах столько необъяснимой тревоги и выгорания.
Вывод не в том, чтобы не платить детям. А в том, чтобы с самого начала не создавать эту токсичную двойственность.
Чтобы «мытье посуды» было либо частью семейной заботы (и тогда это без денег), либо настоящей работой (и тогда это по стабильным, честным правилам).
Иначе мы продолжаем плодить травмированных взрослых, которые на встрече с руководством бессознательно ждут, что их снова обманут.
Антон Солопов - Коуч для тех, кто достиг.
