Классика этнографии: почему одним «не пробиться», а другие все еще верят в мечту?
Рассматривая вопросы взаимодействия между образованием и социальной стратификацией, влияющим на складывающееся неравенство возможностей, стоит рассмотреть еще одну работу, в какой то-степени социологическую, а в какой-то этнографическую. Тем более, что автор провел действительно лонгитюдное исследование. О чем речь?
«Я не пойду в колледж. Кому он нужен? Я все равно в итоге получу дерьмовую работу». Эти слова одиннадцатилетнего Фредди Пиньеллы из бедного района Кларендон-Хайтс стали отправной точкой для знаменитого исследования Джея МакЛеода. В своей книге «Ain’t No Makin’ It» («Пробиться невозможно») автор погружается в мир двух подростковых группировок, живущих бок о бок в одном социальном аду, но видящих свое будущее диаметрально противоположно.
Белые «Парни из подъезда» и черные «Братья»: два взгляда на американскую мечту
С одной стороны — «Парни из подъезда» (The Hallway Hangers), в основном белые. Они циничны, агрессивны, отвергают школу, рано начинают пить и употреблять наркотики. Их кредо — «нужно быть крутым», а тюремное заключение — почти что знак отличия. Они не верят в социальные лифты и считают, что общество изначально устроено несправедливо. Их аспирации, или скорее их отсутствие, — это способ психологической самозащиты. Зачем стремиться к тому, чего все равно не достигнуть?
С другой стороны — «Братья» (The Brothers), почти все афроамериканцы. Они, напротив, усердно учатся, верят в школу, избегают наркотиков и всерьез строят планы на будущее, мечтая о среднем классе. Они внутренне приняли американскую идеологию достижений: «Если сильно постараешься, ты сможешь всего добиться».
Парадокс, который исследует МакЛеод, заключается в том, что группа, сталкивающаяся с двойным препятствием — классовым и расовым, — демонстрирует куда больший оптимизм, чем их белые соседи.
Социальное воспроизводство в действии
Книга МакЛеода — это не просто этнографический портрет. Это мощное исследование механизмов социального воспроизводства — процесса, при котором неравенство передается из поколения в поколение. Автор опирается на теорию Пьера Бурдье о «культурном капитале»: школа, декларируя равные возможности, на самом деле вознаграждает поведение, манеры и язык, присущие среднему классу, и обесценивает «капитал» рабочего класса.
«Парни из подъезда» интуитивно чувствуют эту несправедливую игру и отказываются в ней участвовать. Их бунт и сопротивление школе, хоть и выглядят как саморазрушение, на деле являются логичной реакцией на осознание тупика. «Братья» же, пытаясь играть по правилам, в итоге натыкаются на стену системного расизма и экономического спада, что становится ясно в последующих частях книги, где МакЛеод навещает своих героев через 8 и 25 лет.
Актуальность спустя десятилетия
Уникальность книги — в ее долгосрочной перспективе. Третье издание включает главы, написанные, когда герои уже достигли среднего возраста. Их жизненные траектории — горькое подтверждение тезиса о том, что «пробиться» действительно почти невозможно. История «Парней из подъезда» и «Братьев» — это не просто захватывающее чтение с живыми диалогами и яркими персонажами. Это суровое напоминание о том, как социальные структуры ломают судьбы, и призыв задуматься о глубинных причинах бедности и неравенства, которые не исчезают сами по себе.
