начало тут
вторая часть тут
третья тут
Картина четвертая – Саша, Армавир
Как обычно при включенной в наушниках музыке, я проснулась от того, что стала ее слышать громче. Как будто был добавлен уровень звука. Уже за окном стелилось полотно дороги при ярком солнечном свете, по сторонам дороги привычно мелькали кустарники и деревья. Я удачно проснулась – автобус уже подъезжал к Армавиру, я узнала то место, в котором чуть не попала в аварию на такси – мы тогда, три года назад, ехали с сыном оформлять покупку дома, и размотало нам переднюю покрышку как раз с моей стороны в клочья на подъезде к Армавиру. Подробнее можно прочитать тут
Так что я протерла руками глаза, и села ровнее. Перекусила протеиновым батончиком, и просто смотрела в окно. Через двадцать минут я уже выходила со своей тяжеленной сумищей на автовокзале Армавира. Станция выглядела странно, как будто застрявшая в начале двухтысячных – старый выгоревший асфальт, почти невидимая разметка для стоянок, и приземистое белое здание самого вокзала. Выход с территории автовокзала был через само здание, и пройдя его насквозь я очутилась на улице. Такси пришло быстро, и я без особых проблем добралась до адреса, на который отправлялись посылки с вкусняшками. Глухой темно-красный забор с небольшим зданием кпп. А дальше все как обычно – охрана, предъявление паспорта, вызов сына, ожидание, пока освободится комната, где уже сидели люди. Я очень волновалась, не видела сына почти год, и очень соскучилась. Еще в пекарне при автовокзале я купила его любимых булок, сока, чтобы ему дать сразу, а остальное он унесет уже потом. Подарки на день рождения, книги, которые он просил, его сладости я заранее отложила в отдельный большой пакет, чтобы просто вытащить его из сумки и отдать ему. Ждать пришлось около пятнадцати минут, за это время ушли предыдущие посетители, и я открыла окно на проветривание, нервно мерила комнатку шагами. И тут входит Саша. Он стал еще выше, совсем взрослый, широкоплечий, только вот болезнь искажала его черты, наделяя их той самой неправильностью, которая уже бросается в глаза. Я его обняла, и рук мне не хватило. Была благодарна успокоительным и антидепрессантам, потому что смогла не расплакаться. Сын сел за стол, быстро съел все предложенное, выпил сок и молочный коктейль (он его любит, и я купила несколько маленьких тетрапаков), сказал все, что говорил обычно, что его дразнят из-за полноты. Он и правда поправился, но не настолько сильно, все-таки его рост компенсировал полноту, а вырос он уже до 190 см. С ним в комнате еще трое, выглядел он здоровым, только опять себорея начиналась, и возле носа привычно расцарапанное лицо. На этот раз и шея была расцарапана, и на мой вопрос, откуда это, он сказал, что сам случайно почесал, видимо, как заметил сын, уголок ногтя торчал. У ногтей как и раньше, кожа была местами ободрана, он постоянно выдергивает заусенцы. Но в целом Саша выглядел вполне благополучным. Попрощался он со мной быстро – не пробыл и двадцати минут. Забрал свой пакет и пошел на выход. Ну что же, хоть так повидались. Я успокоилась, что у него все нормально, насколько это может быть вообще.
Оделась, вышла ловить такси на вокзал – через три часа у меня электричка. Кофе и шаурма у вокзала были невкусными – не смогла осилить и половины, выкинула. Купила в магните булочку со снежком, и ждала, ждала, ждала. Погода снова испортилась, посадка в электричку была уже под дождем, а дальше почти три часа пути. Домой я попала уже в семь часов, и меня встречала мама с Соней. Я узнала, что она тоже пришла, по всполохам огней – у нее в кроссовках диоды вмонтированы, и сверкают в темноте при движении.
Вышла из автобуса, меня тут же обняли мои родные, а такса пыталась забраться по джинсам на ручки. Приятно, когда скучают и ждут…. Дома выслушала от котенка ее вариант «где была так долго», и долго сидела с ней на руках, в обнимку с дочерью, рассказывая о своем путешествии.
На этом история заканчивается))).
С уважением, Ваша Кристина.