И ведь все они вовсе не “эти,” а “мои!” Стало быть, родные. Вот на днях, скажем, я выпустил текст. И сейчас его пересмотрел. Ну какие там “Кремль, сахарные зазубрили?” Что “зазубрили” и кто? Речь было о зазубринках. Тех, что напоминает Кремлевские зубастые башни. Тех, в которых есть образ, фактура, и привлекательность. Асимметрия и легкое несовершенство всего истинно неподдельного. Это образ, а не бредятина. Посыл, а не нонсенс. И такая обидная описка в самом начале… Будто в интро у песни вставили ненавистную рекламу. Всего-то на 5 бесконечных секунд! Так что ритм сломан, а песню уже не услышат. Эх. Вина моя велика. Ведь я у нас выпускающий, да и прочий редактор. Как я мог это пропустить? Ни причем тут компьютер, который русский язык знает хуже меня, а думает как человек с высоким IQ, но безмозглый. И программка, которая скандирует мои тексты на очепятки с ошибками - невиновата. Это я все. Который ведь правил текст, проверял его, пересматривал. “Это все твое новое здоровье, Фил, конце