Есть мнение, что продотряды, грабившие крестьян, появились ещё при Николае. Так что, нечего на большевиков пенять, они лишь продолжили начатое. Это мнение очень интересно своей новизной. Ибо появилось оно совсем недавно. В советские годы о царских жандармах, выгребавших крестьянские закрома, ничего известно не было. Учебник истории ни словом что-то подобное не намекал, прямо утверждая, что продотряды были созданы советской властью, как реакция на несознательность сельского населения, желавшего получить за товар деньги.
Хотя, да. Вопрос о введении потолка закупочных цен на продовольствие при царе уже обсуждался. И одной из причин падения монархии в России традиционно (причём, как «красными», так и «белыми») указывается именно тот факт, что на практике сделано не было абсолютно ничего. Царское правительство с ростом цен на хлеб не справилось.
Ну так при царе-то никто и не голодал. Рост цен и голод, как народ при новой власти узнал, – это немного о разном.
Реплика выше, как легко понять, преследует цель привести в боевую готовность просоветски настроенную часть аудитории. Вообще, любопытно, что современные советчики часто бывают не согласны с советским учебником истории. Поскольку последний, хотя и расставлял акценты угодным власти образом, хотя не обо всём, может, и говорил, но никогда не лгал.
И это уже к вопросу о коллективизации. Школьный учебник утверждал, что коллективизация была необходимой, поскольку индустриализация требовала рабочих рук и валюты на приобретение оборудования. А значит, производительность труда в сельском хозяйстве требовалось резко повысить, путём механизации и химизации. И это, как даже ребёнку понятно, было неосуществимым на базе мелких индивидуальных хозяйств. Но тот же самый учебник даже не думал отрицать, что советскую власть постиг в данном начинании отказ буквально былинный. В форме резкого падения производительности труда на селе, снижения производства продовольствия и массового голода с миллионами жертв, как следствие. Отнюдь не отрицал он и репрессивного характера самой коллективизации… Разве что, ответственность за обратный ожидаемому результат благого, вроде бы, начинания также, как и в случае с продотрядами, возлагалась на «несознательный народ», сначала не желавший вступать в колхозы добровольно, а затем резавший скот, вместо того чтобы отдавать его в общее стойло, и забивавший на оплачиваемую трудоднями работу на общем поле.
По фактическому итогу коллективизации производство зерна не выросло, достигнув «царских» показателей только к последнему предвоенному году. Урожайность не выросла. Производительность труда не выросла… С ней, вообще, всё было так плохо, что советская власть до конца своих дней чинила препятствия утечке рабочей силы из колхозов, вместо того чтобы пинками гнать крестьян от сохи к станкам, словно, коллективизация не для высвобождения рабочей силы затевалась... Таким образом, в следующие за коллективизацией годы не уменьшилось и количество занятых в деревне. Городское население росло, лишь поскольку продолжался рост населения страны. Но и последнее происходило явно вопреки усилиям новой власти.
...А с чего бы производительности труда увеличиваться хотя бы теоретически, если коллективизация (по плану) проводилась сначала, а индустриализация, которая могла бы дать сельскому хозяйству трактора и минеральные удобрения, только потом? Когда предпосылки назрели, и современные методы в аграрном секторе начали применяться реально, урожайность в СССР действительно выросла. Только это уже при Хрущёве было.
И вот тут уже можно задать правильные вопросы. Если ожидаемого повышения производства коллективизация не дала, то как же с индустриализацией вышло?.. Откуда взялись рабочая сила и импортные станки? Видимо, и то, и другое имеет происхождение несвязанное. Учебник об этом не упоминал, но литература, описывавшая ранний СССР, прямо говорит о массовой безработице. Закупки же оборудования производились не за счёт средств, полученных благодаря экспорту зерна. Ну, раз вывозить стало нечего. Достигая до коллективизации 5 миллионов тон, сразу после неё экспорт упал в несколько раз, а скоро и вовсе прекратился. Так что, стране понадобилась гуманитарная помощь (оказанная мировой буржуазией). Следовательно, данный источник финансирования для проведения индустриализации и не требовался, раз без него обошлись…
Соответственно, следующий правильный вопрос – заглавный. Что было бы, если б коллективизация не проводилась? Первое очевидно. Несознательный народ не голодал бы, аграрное производство продолжало бы расти и страна могла бы наращивать экспорт зерна, извлекая – дополнительные (в реальной истории они получены не были) – средства для развития промышленности.
...Почему «продолжало бы расти»? Ну… до этого же оно постоянно росло. И при царях, и даже после. Приёмы агротехники потихоньку совершенствовались, увеличивалась производительность труда… А иначе, чем «потихоньку», без механизации и химизации не получилось бы в любом случае. Если нужно резко, то упомянутые выше дополнительные средства следовало пустить на покупку тракторов и удобрений.
...Которые нельзя или, во всяком случае, очень трудно применить в мелких индивидуальных крестьянских хозяйствах? Ну… да. Именно так. Конечно, индивидуальные хозяйства в подавляющем большинстве разорились бы. Крестьяне отправились бы проторенным ещё до революции путём – в город, работать на заводы. Землю бы скупили кулаки, превратившиеся в фермеров. Они бы трактора и удобрения и использовали, так что счёт зернового экспорта пошёл бы уже на десятки миллионов тонн... Всё как везде, короче. Здесь механизм, который не сработать просто не может. После механизации, производительность труда взлетает, число хозяйств резко сокращается, а ставшая избыточной рабочая сила отправляется в город.
Причём, в норме государству это не стоит ни копейки. Производители продовольствия вполне способны сами профинансировать закупки всего необходимого.
Вот, именно последнее – неизбежность появления на селе крупных товарных частных хозяйств, если события будут пущены на самотёк, – советскую власть и не устраивало категорически. Странно думать, будто большевики были столь наивны, чтобы не учитывать факторов очевидных, – той самой «несознательности» крестьянина, в колхозы идти не желавшего (хотя, сельскохозяйственные кооперативы и артели прекрасным образом появились ещё до революции). Не желавшего, потому что это было банально невыгодно... Напомню, что советский учебник и не думал утверждать, что крестьянин пошёл в колхозы добровольно или хотя бы имел причины так поступить... А ведь пошёл бы, наверно, если бы уже существующие товарищества по обработке земли и артели получили от государства помощь, и жить их работникам стало легче и сытнее, чем «индивидуалам»… Только зачем советской власти такие хитрости, если можно землю, скот и инвентарь у крестьянина просто отобрать?
...Всё большевики понимали отлично.
После свёртывания НЭПа в городах целью коллективизации стало предотвращение дальнейшего развития капиталистических отношений и на селе. В свете идеологической значимости данной задачи, рост или падение производства коммунистов беспокоили в последнюю очередь.
И в этом смысле достигнутый результат ожиданиям полностью отвечал.