Этот второй рассказ моей дилогии. Имена изменены. Начало здесь ⬇️
Екатерина Ивановна - педагог со стажем, само спокойствие и уверенность в себе и своей жизни.
Всё у неё прекрасно - обеспеченная семья: хороший муж, сын - умница, получает образование в престижном Вузе столицы.
Ну, а сама она работает учителем в довольно приличной начальной школе небольшого районного центра.
Зарплата и должность у мужа достойные - он один из ведущих специалистов градообразующего крупного предприятия.
Поэтому ей совсем не о чем беспокоиться.
Очередной первый класс, дети - абсолютно разные, но Е. И. - учитель опытный, не забалуешь!
Она будет учить их три года. И за это время не будет ни одной общей фотографии, ни одной экскурсии или совместного выхода классом в кино.
Только то, что спущено директором - общешкольные линейки и утренники, похожие один на другой. И родительские собрания.
Куда без них?
Одно из таких собраний, второе по счету, для родителей первоклашек Екатерина Ивановна решила провести в субботу, сразу после уроков. Родители пришли, а дети остались в коридоре ждать своих родителей. Кто-то играл между собой, кто-то просто бродил по коридорам или катался по лестничным перилам.
Самые любопытные под дверями кабинета подслушивали, что говорит учительница родителям.
- "Лийка, Лийка, знаешь, а Екатерина Ивановна у твоей мамы прощение просит" - бежит на всех "парусах" ко мне вездесущая Олька Муравьёва.
- "С чего ты взяла?" - моему удивлению нет предела, - "Не может такого быть, ты перепутала что-то?"
- "Сама ты перепутала, я хорошо слушала и было слышно! " - Олька обиженно выпятив нижнюю губу, срывается с места и снова торчит у двери, подглядывая в узкую щелочку.
Мне тоже любопытно, но как-то стыдно подслушивать и подсматривать, и я - то брожу по коридору, рассматривая цветы на окнах, то пытаюсь остановить мальчишек, чтобы не катались на перилах - говорю им, что это опасно, да и нельзя! Кто-то из них отходит, а кто-то продолжает залихвастски съезжать до самого низа - туда, где у техничек хранятся ведра и швабры. Уже и ведра загремели, покатились по полу.
А я просто жду маму - вместе веселее идти домой.
Долго идёт собрание, но все же и оно заканчивается - родители выходят из кабинета, мы несёмся к ним со всех ног. Вот и моя ладонь в маминой руке, а моё любопытство свербит назойливой мыслью в голове и не даёт покоя: "Мама, а за что Екатерина Ивановна извинялась перед тобой?"
Мама от удивления останавливается:"Ты о чем это?"
Я со всей серьёзностью спрашиваю:"Мама, учительница тебя чем-то обидела? За что она просила прощение у тебя? Пожалуйста, скажи мне правду!"
В тот момент моя мама лишь чуть приоткрыла для меня часть той правды. Она сказала мне тогда: "Учительница думала, что ты не сможешь учиться на 4 и 5, а сейчас поняла, что ошибалась, поэтому и извинилась передо мной"
И этой части правды мне хватило, чтобы остановиться как вкопанной посреди дороги: "Мама, как это? Она думала, что я двоечница или троечница? Как это так? Я в числе первых научилась считать и писать, всегда быстро и правильно отвечаю! Почему Екатерина Ивановна так плохо про меня думала?" - от нахлынувшей обиды у меня перехватило дыхание, навернулись слезы на глазах, но отдышавшись, я продолжала:" Мама, она тогда, на первом собрании так тебе говорила? А почему ты мне ничего не сказала?"
Мама ответила мне, взяв за руку:" Зачем? Я же знала, что ты у нас умница! Я так тогда учительнице и сказала! Пойдем домой!"
А дома была моя семья, был ещё жив мой любимый, родной папа, для которого я была самой лучшей дочкой и самой умной в мире первоклашкой! И этот случай забылся в моей детской памяти, потерял свою значимость.
Много лет спустя, уже будучи взрослой, я с мамой снова говорила о школе, о том времени. И я узнала от нее подробности того случая.
Учительница на первом собрании заявила маме:"Кого Вы привели ко мне?" Мама ответила: "Семилетнего ребёнка"
Е. И. не унималась:"Лия не умеет читать и писать!"
Мама удивилась:"По - моему, Вы должны научить её всему этому!"
Я не знаю, как мама смогла промолчать тогда, ничего мне не сказав. Спокойно пришла с собрания и сказала мне и всей семье, что все нормально, все в порядке.
Да! Я не умела читать и писать, хотела научиться всему этому в школе! Поэтому ходила в школу с радостью и с целью каждый день узнавать все новое.
До школы я ходила на "подготовку", я писала в одном своём рассказе, что это была за подготовка! (см. ниже)
Но меня больше всего до сих пор смущает тот факт, что Е. И. выделила меня на первом собрании, хотя я все понимала, схватывала на лету, а больше половины класса учеников были намного слабее меня!
Училась в школе я всегда хорошо - нас хорошистов и отличников из всего класса всего было человек шесть - восемь, в те годы очень непросто было учиться без троек - спрашивали строго! Даже на школьной доске Почёта долго висела моя фотография.
Екатерина Ивановна тогда, в сентябре 1969 года сходу предъявила маме какие-то претензии, а потом, вдруг прозревши, извинилась перед ней при всех родителях!
Я не обижаюсь на свою первую учительницу, всегда была благодарна ей за прочные знания - тот фундамент, что пригодился мне в жизни.
Да и мои родители воспитывали в нас, своих детях, уважительное отношение к учителям.
Меня, как человека, ищущего во всем суть и смысл, просто временами волнует вопрос: "Почему?"
На этом я хочу закончить свою вторую историю о предвзятом отношении к детям.
P. S: Странно, когда ребёнку с самого детства нужно что-то доказывать взрослым. А он никому ничего ещё не должен, кроме того, чтобы расти, учиться и развиваться.
Почему мои два рассказа я назвала дилогией? Да потому, что они связаны одной семьёй, одной проблемой - предвзятостью и ещё в этих двух рассказах есть одно общее связующее звено, которое мои читатели смогли обязательно заметить.
Именно из-за него и появилась у меня идея написать эти два рассказа в виде дилогии.
Что это за звено, вернее, два момента, я жду в ваших комментариях.
С уважением, ЛИя Се 🙏🌞❄️