— Лер, я сегодня задержусь. Снова. Отчетность, сама понимаешь, конец квартала.
Голос Вадима в трубке был уставшим и немного отстраненным. Лера стояла посреди кухни, вдыхая аромат запекающейся в духовке курицы с розмарином. Этот аромат, еще минуту назад такой уютный и домашний, вдруг стал душным, неуместным.
— Опять? Вадим, ты же обещал, что сегодня мы поужинаем вместе. Я приготовила твою любимую курицу.
— Прости, котенок. Правда, завал. Начальство требует цифры, кровь из носу. Ты же знаешь, как это бывает. Не жди меня, поужинай сама. Целую.
Короткие гудки. Он даже не дал ей ответить. Лера медленно опустила телефон на столешницу. Руки слегка дрожали. «Котенок». Он называл ее так уже двенадцать лет. Но в последнее время это слово звучало как-то механически, будто он зачитывал реплику из старой, давно надоевшей пьесы.
Конец квартала был в прошлом месяце.
Эта мысль пронзила ее, как ледяная игла. Острая, холодная, отрезвляющая. Она посмотрела на духовку, где золотилась курица. Их ужин. Ее старания. Все это казалось теперь глупой, наивной суетой. За последние два месяца «конец квартала», «срочное совещание» и «неожиданная командировка на один день» стали для Вадима привычным репертуаром. Он был ужасным актером. Его оправдания были ленивыми, лишенными фантазии, будто он был уверен, что она и так все проглотит. И ведь она глотала. Кивала, вздыхала, грела ему ужин в микроволновке в полночь, слушала невнятные рассказы о «трудном дне». Она верила, потому что хотела верить. Потому что двенадцать лет брака, сын-студент, ипотека и две кошки — это крепость. А в крепостях не бывает предателей. Так она думала.
Пальцы сами разблокировали телефон. Сердце застучало быстрее, глухо, как будто оббитое ватой. Она открыла семейное приложение такси. Они завели его для удобства: общий счет, чтобы сын мог ездить в университет, чтобы она могла без проблем добираться до своей студии флористики. И чтобы Вадим, когда задерживался, не тратил время на оплату. Все поездки сохранялись в истории.
Она никогда туда не заглядывала. Зачем? Она доверяла ему. До этого самого момента.
Дрожащим пальцем она нажала на вкладку «История поездок». Последняя — ее утренняя, в студию. Перед ней — поездка сына. А вот и Вадим. Вчера, 22:15. Маршрут: от бизнес-центра, где находился его офис, до их дома. Все сходится. Позавчера, 21:40. Тоже от офиса домой. Лера почувствовала укол стыда. Что она делает? Это же унизительно. Она сейчас закроет приложение и пойдет накрывать на стол для себя одной.
Но руки ее не слушались. Она листала дальше. Неделю назад. Понедельник. Вадим звонил, говорил про «важную встречу с инвесторами», которая затянулась. Поездка в 23:00. Адрес отправления... не бизнес-центр. Улица Цветочная, дом 17. Лера нахмурилась. Она не знала такой улицы. Может, ресторан, где была встреча? Она скопировала адрес и вставила в навигатор.
Приложение услужливо показало карту. Тихий, зеленый район на другом конце города. Новый коттеджный поселок «Изумрудная долина». Никаких ресторанов, никаких офисных зданий. Только дорогие, современные дома, спрятанные за высокими заборами.
Улица Цветочная, дом 17.
Воздух вышел из легких со свистом. Лера вцепилась в край столешницы, чтобы не упасть. Курица в духовке чадила, наполняя кухню горьким дымом сгоревших надежд. Она не замечала. В ушах стоял гул.
Она пролистала историю дальше. Две недели назад. Три. Месяц. Этот адрес повторялся. Раз, другой, пятый. Всегда поздно вечером. Всегда в те дни, когда у Вадима были «завалы», «совещания», «отчеты». Он врал. Врал нагло, тупо, будучи абсолютно уверенным в своей безнаказанности. Он считал ее идиоткой. Дурочкой, которая будет вечно ждать его с ужином, развесив уши.
От этой мысли стало не больно, а зло. Холодная, ясная злость вытеснила шок и обиду. Она выключила духовку, открыла окно, впуская в кухню промозглый ноябрьский воздух. Запах гари медленно выветривался.
Лера села за стол. Она больше не плакала. Слезы кончились где-то там, между третьей и четвертой поездкой на Цветочную улицу. Теперь в голове была звенящая пустота, которая быстро заполнялась одним-единственным вопросом: «Что делать?»
Устроить скандал? Бить посуду, кричать, требовать объяснений? Она представила эту сцену. Его снисходительное лицо. Его очередное ленивое вранье: «Лер, ты что, с ума сошла? Это дом нашего нового финансового директора, мы там проект обсуждали». И она ничего не сможет доказать. У нее есть только адрес в приложении. Жалкая, косвенная улика. Он выставит ее сумасшедшей ревнивицей.
Нет. Так дело не пойдет. Если уж и будет война, то она сама выберет поле боя и оружие.
Следующий день прошел как в тумане. Она механически собирала букеты в своей студии, улыбалась клиентам, отвечала на звонки. Но сама была далеко. Она была там, на Цветочной, 17. Она представляла себе этот дом, его комнаты, его хозяйку. Какая она? Молодая? Красивая? Наверное. Мужчины не уходят от жен к некрасивым. Хотя Вадим никуда не уходил. Он очень удобно устроился. Две жизни, два дома. Одна женщина готовит ему курицу, другая... А что делает другая?
Вечером Лера сказала, что поедет к подруге. Села в свою машину и вбила в навигатор тот самый адрес. Сердце колотилось где-то в горле. Руки на руле были влажными. Она ехала по вечернему городу, не замечая огней и пробок. В голове крутилась одна и та же фраза: «Цветочная, 17».
Коттеджный поселок оказался именно таким, как она и представляла. Тихий, респектабельный, чужой. Одинаковые стильные дома, ухоженные газоны даже под тонким слоем первого снега. Вот он. Дом 17. Двухэтажный, с панорамными окнами, из которых лился теплый свет. У забора стояла машина. Белый «Мерседес» последней модели. Не машина Вадима. Его старенький «Форд» сейчас, наверное, скромно стоял на парковке у офиса, служа ему алиби.
Лера припарковалась на другой стороне улицы, погасила фары и стала смотреть. Она не знала, чего ждет. Что увидит его выходящим из этого дома? Или ее?
Она просидела в машине почти два часа. Замерзла, но не чувствовала холода. В окнах мелькали тени. Вот женский силуэт подошел к окну, поправил занавеску. Высокая, стройная. Длинные волосы. Лера не видела лица, но почему-то была уверена, что она моложе. Значительно моложе.
Потом в том же окне появился мужской силуэт. Они стояли рядом. Он обнял ее за плечи. Лера вцепилась в руль так, что побелели костяшки. Она не могла с уверенностью сказать, что это Вадим. Слишком далеко. Но что-то в осанке, в жесте, которым он провел по ее волосам... Что-то до боли знакомое.
Внезапно оба силуэта отпрянули от окна. Свет в комнате погас. Зажегся на втором этаже, в спальне. Лера откинулась на сиденье и закрыла глаза. Доказательств все еще не было. Только тени и догадки. Но внутри нее что-то окончательно сломалось. Хрустнуло и рассыпалось в пыль.
Она вернулась домой за полночь. Вадим уже спал. Он лежал на своей половине кровати, раскинув руки, и слегка похрапывал. Такой родной, такой знакомый. И такой чужой. Лера долго стояла над ним, глядя на его безмятежное лицо. Лицо человека, который уверен, что его тайна надежно спрятана. Она наклонилась и уловила тонкий, едва заметный аромат чужих духов. Не тех, что она видела в ванной. Не тех, что она дарила ему на день рождения. Цветочный, сладкий.
Все. Это был конец.
Она не спала всю ночь. Сидела на кухне с чашкой остывшего чая и думала. План созревал медленно, как яд. Он был холодным, расчетливым и жестоким. Таким же жестоким, как его предательство.
Утром она была непривычно весела. Сварила ему кофе, приготовила завтрак. Поцеловала в щеку перед уходом.
— Удачного дня, милый.
Он удивленно посмотрел на нее.
— И тебе, котенок. У тебя все в порядке?
— Лучше не бывает, — улыбнулась она. И эта улыбка впервые за много лет была абсолютно искренней.
Вадим ушел, а Лера начала действовать. Она позвонила в банк и заказала подробную выписку по его кредитной карте за последние полгода. Благо, у нее была доверенность. Затем она открыла его ноутбук. Пароль она знала — дата их свадьбы. Какая ирония.
Он был не очень умен. Или слишком самоуверен. В истории браузера она нашла все: сайты по продаже недвижимости в «Изумрудной долине», мебельные магазины, доставка бытовой техники. Все по адресу: Цветочная, 17. Он обустраивал их гнездышко. Тратил их общие деньги, которые они копили на ремонт дачи.
Лера методично делала скриншоты. Сохраняла все в отдельную папку на флешку. Каждый скриншот был гвоздем в крышку гроба их брака. Она не чувствовала боли. Только азарт охотника, загоняющего зверя.
К вечеру у нее была целая коллекция. Выписки из банка, где черным по белому были прописаны траты в магазинах женского белья, ювелирных салонах, ресторанах, в которые они с ней не ходили. История браузера. И, конечно, скриншоты из приложения такси.
Оставался последний штрих.
Она позвонила сыну в другой город.
— Никит, привет. Как ты? Слушай, тут такое дело... Можешь приехать на выходные? Очень нужно.
Ее голос не дрогнул. Она была спокойна, как никогда.
Вечером снова раздался знакомый звонок.
— Лер, прости, опять совещание. Буду поздно.
— Конечно, дорогой, — проворковала она в трубку. — Работай, не отвлекайся.
Она положила телефон. Надела свое лучшее платье. Черное, шелковое, то самое, в котором она была на юбилее их свадьбы. Сделала укладку и макияж. Кричаще-красная помада. Она посмотрела на себя в зеркало. Из отражения на нее смотрела незнакомая женщина. С хищным блеском в глазах и ледяной улыбкой.
Она взяла флешку. Взяла распечатанные выписки из банка. Сложила все в элегантную сумочку. Она не собиралась ждать его дома. Она не собиралась ничего выяснять. Она собиралась закончить эту историю. Сегодня. Сейчас.
Она вышла на улицу и вызвала такси. Когда машина подъехала, она села на заднее сиденье и назвала адрес, который уже выучила наизусть.
— Улица Цветочная, семнадцать.
Поездка показалась ей вечностью. Она смотрела на проплывающие мимо огни города и ни о чем не думала. Внутри была пустота. Не звенящая, как в первый день, а плотная, тяжелая, как свинец.
Машина остановилась у знакомого дома. Лера расплатилась и вышла. Воздух был морозным и обжигал щеки. В панорамном окне на первом этаже горел свет. Она подошла ближе, прячась в тени декоративных туй.
Вот они.
Он сидел в кресле, а она — на подлокотнике, закинув на него ногу. Она что-то весело щебетала, а он смеялся. Тот самый смех, который она так любила. Он принадлежал не ей. Он обнял ее, притянул к себе для поцелуя.
В этот самый момент Лера достала свой телефон. Открыла список контактов. Нашла номер «Муж». И нажала кнопку вызова.
Гудки в ее трубке пошли одновременно с тем, как в его руке, которую она видела через стекло, завибрировал и засветился экран. Она видела, как он лениво отстранился от своей пассии, как посмотрел на дисплей. Видела, как изменилось его лицо.
Он провел пальцем по экрану, принимая вызов.
Лера смотрела прямо на его силуэт в освещенном окне. Она видела, как он подносит телефон к уху. Она медленно, очень медленно поднесла свой телефон к своему.
— Привет, Вадим, — сказала она тихо и отчетливо, не отрывая взгляда от окна, за которым замер ее муж с телефоном в руке.
Конец 1 части, продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей.