«Я плюнул в лицо своему Богу! Все для тебя чаровница! Чтобы быть достойным твоего ада!».
Почему я написала эту статью
Достаточно я вычитала мнений, мол, один из Величайших классиков мировой литературы написал роман о плотских желаниях одного сумасшедшего. Мнения эти — полнейший абсурд! Однако, ДИСКЛЕЙМЕР: Я не пытаюсь оправдать Клода Фролло! Все, что он совершил или хотел совершить — непростительно. Но я хочу передать идею и чувство, которые, как мне кажется, закладывал Гюго в свой роман, а это далеко не идея вожделения недоступной красавицы-цыганки, которая, кстати, и не цыганка вовсе.
Немного об истории и жанре
«Собор Парижской Богоматери» Гюго написал меньше, чем за полгода, истратив на работу всего одну банку чернил. Он безвылазно сидел дома и отвлекался лишь на еду, сон и короткие посиделки с друзьями, во время которых зачитывал им написанное за день. Сперва Гюго пропустил сроки сдачи из-за работы в театре. Затем, как только он взялся за роман, случилась Июльская революция, и всей семье пришлось эвакуироваться. Тетрадь с выписками из библиотеки Гюго потерял и позже дополнял роман несколько раз. Скорее всего из-за этого появилось множество несостыковок: многие детали, включая внешность героев, меняются несколько раз. В конце концов, издатель пригрозил непомерными штрафами, и за рекордный для себя срок Гюго написал роман, который так и хотел назвать «Что содержится в бутылке чернил».
История начинается с того, что некий рассказчик признается, как, гуляя однажды по собору, нашел в дальнем углу башни надпись «АНАНКЕ» (рок, неизбежность). Сюжет и будет крутиться вокруг темы судьбы, рока, фатума; иначе говоря — «от судьбы не уйдешь». Может быть, надпись была, а может быть, Гюго создал красивую легенду. Но если бы этой легенды и этого романа не было, сам собор вряд ли бы дожил до наших дней.
Собор Парижской Богоматери построили в XII веке, но в веке XVII французы резко поменяли своё мнение — они сочли здание уродливым и недостойным столицы великой страны. Именно Гюго первым придумал сделать здание полноценным персонажем: есть отдельная глава о Париже, а есть о соборе. Собор живет самостоятельной жизнью и меняется для каждого человека, входящего в него. Именно благодаря роману, который произвел в свое время настоящий фурор, собор решили сохранить. Вот так литература меняет мир!
К тому моменту публика уже устала от классицизма со его стандартным набором жанров и от рационализма с его культом разума и научными догматами. На первый план стали выходить глубокие, искренние чувства. Логика сердца, пантеизм («всё есть Бог»), чувственность, интуиция, глубокие переживания и единение с природой — всё это романтизм. А с другой стороны была готика (по названию архитектурного стиля). Мрачные замки, величественные церкви, башни, дворцы, внутри которых прямо-таки ощущаешь свою слабость. Старинные поместья, где живут привидения, где оживают родовые проклятия, где всё пропитано магией. Чувства и эмоции смешиваются с мистикой и страхом. Роман написан на стыке романтизма и готики — идеально для истории про одержимого мужчину и невинную красавицу. Правда, тут Гюго оказался далеко не первым.
Лет 7 назад мне в руки случайно попал готический роман «Монах. Его написал англичанин Мэттью Грегори Льюис в 1796 году всего в 19 лет. Это история аббата Амбросио — человека религиозного и, как сперва кажется, праведного, который идет на сделку с ведьмой, чтобы соблазнить невинную девушку Антонию. Для того времени книга была скандальной: колдовство, страсть, преступления, Святая инквизиция, продажа души по контракту.
И не только сюжет, но и у самих героев — Фролло и Амбросио, много схожих черт:
➕ Служение не добровольно. За Фролло решение приняли родители. Амбросио еще младенцем дядя подбросил в монастырь.
➕ Оба сироты. У Амбросио семьи не было изначально. Фролло потерял родителей в 19 лет. Проведя всё детство за книгами, лишь став отцом для своего младшего брата Жеана, он впервые открывает для себя глубокие человеческие чувства.
➕ Жестокое воспитание. Инстинкты, естественные эмоции — всё это вырывается с корнем. Есть только догматы, правила и обеты. Не соответствуешь, ошибаешься? Вытравливай это из себя. И Льюис, и Гюго четко говорят, что именно извращенное воспитание привело героев к фанатичной религиозности, а не подлинная вера.
➕Внешне оба похожи на типичных готических злодеев. Вообще, в готических романах перевернута классическая система: именно злодей здесь чаще всего главный герой. Причем злодеи бывают разные: они могут стоять между добром и злом (Фролло и Амбросио), могут однозначно выбирать зло (как халиф Ватек), могут быть по своей сути демонами (ведьма Матильда в том же «Монахе»). Часто у них проявляются животные и инфернальные черты: жестокость, свирепость, пронзительный горящий взгляд, части тела могут быть разных размеров (Франкенштейн).
➕ Наличие «тайны» обязательно для готических романов: Фролло занимается алхимией, Амбросио идет за помощью к ведьме.
➕ По готическим канонам злодея охватывает страсть, с которой он не в силах справиться. И Фролло, и Амбросио встречают невинных чувственных девушек, и оба теряют голову. У них нет опыта, нет знаний. Они не понимают, как побороть нахлынувшие чувства, и безконтрольная страсть в итоге разрушает их личности.
➕ Оба воспринимают свои чувства к женщине как дьявольские козни именно с ее стороны. Фролло ранит Феба из ревности и обвиняет в своем поступке Эсмеральду.
➕ Все их решения и действия ведут к неизбежному концу (и часто к гибели объекта страсти): Фролло отдает Эсмеральду солдатам, Амбросио доводит Антонию. Но их преступления всегда заканчиваются наказанием. Причем мучительным и жестоким. И Фролло, и Амросио падают на землю с огромной высоты, будто в преисподнюю.
Но если «Монах» это чистая готика, то «Собор Парижской Богоматери» — это ещё и романтизм. И у Фролло было то, чего не было у Амбросио, так что с ним нельзя судить однобоко.
Кто же такой Клод Фролло?
…это был строгий, суровый, угрюмый священник, блюститель душ, архидьякон Жозасский, второй викарий епископа, управлявший двумя благочиниями. Это была важная и мрачная особа, перед которой трепетали и маленькие певчие в стихарях и курточках, и взрослые церковные певчие, и братия святого Августина, и причётники ранней обедни Собора Богоматери, когда он, величавый, задумчивый, скрестив руки на груди и так низко склонив голову, что виден был лишь его большой облысевший лоб, медленно проходил под высоким стрельчатым сводом хоров.
Клод Фролло — монах, архидьякон главного собора Парижа. Казалось бы, он человек праведный и точно следует всем правилам, но на самом деле Фролло не понимает ни свою веру, ни свою паству. С одной стороны, он чтит каноны, с другой — совершенно им противоречит. До конца неясно, верил ли он в Бога на самом деле или нет. Архидьякон он лишь внешне и формально.
А ещё Фролло отец двум мальчикам — своему младшему брату Жеану и подкидышу Квазимодо. Он любит их, как умеет, но не знает, как правильно воспитывать, и относится к воспитанию подопечных с большой долей безалаберности, скажем прямо.
Чем же Фролло занимается вместо того, чтобы быть примерным отцом для прихожан и для своих воспитанников? Чего он хочет?
Еще до встречи с Эсмеральдой Фролло ищет высшее знание. Не земное, но вечное, недоступное простому человеку из толпы. Как устроен мир? Как устроен человек? Это простые вопросы из «земных» наук, и Фролло оканчивает четыре возможных факультета, чтобы найти ответы на свои вопросы. Но всё известное, доступное и понятное ему становится неинтересно. Что такое судьба? Как превратить предмет в золото? И Фролло обращается к «бесовской» науке алхимии, к астрологии и герменевтике (наука о толковании текстов). Народ зовет его чернокнижником, орден подозревает в страшном. Но Фролло хочет сделать то, ради чего многие до него отдали свои жизни, но так и не нашли формулу превращения вещей в золото. Он хочет, чтобы его имя осталось в веках, он хочет познать суть вещей, суть материального и духовного мира. Сам король приходил советоваться с Клодом.
После встречи с Эсмеральдой высшим знанием для него становятся отношения между мужчиной и женщиной, которых он не знал. Как эта цыганка меня околдовала? Почему я не могу себя контролировать? Что со мной происходит? И отчаянная страсть постепенно стирает его гениальную личность. Но это внутри, в душе, а что же снаружи?
Образ Фролло в массовой культуре
Помните клип на песню «Белль»? Я лично сразу представляю трёх мужчин Эсмеральды в ряд: страшный и скрюченный горбун маленького роста; красавец Феб, статный и молодой; а вот Фролло обязательно закутан в плащ и гораздо старше остальных. Чаще всего в сознании всплывает именно такой шаблон: это история о любящем калеке, о красавце-манипуляторе и о старике-извращенце. И в фильмах, и даже на книжных иллюстрациях Клода почти всегда изображают стариком. Скажем, ему всего 19, но его рисуют на все семьдесят.
В общем-то, многие справедливо ненавидят его за внешность. Играют Фролло актеры в возрасте, а Эсмеральде-то всего 16 лет! Страсть человека, которому далеко не тридцать и даже не сорок, а иногда и за пятьдесят-шестьдесят (в Диснее), к шестнадцатилетней девушке выглядит просто омерзительно. Отвратительно наблюдать, как старик из-за страха смерти тянет свои ручонки к невинному ребенку. Зачем ему Эсмеральда, если не ради желания ощутить себя молодым? Вот так в коллективном сознании заложен образ Фролло-старика.
Но на самом деле это актрисам, исполнявшим роль Эсмеральды, было далеко не шестнадцать, и из-за сдвига возрастных границ высокая трагедия превратилась в фарс и пошлость о «седине в бороду, бесе в ребро». Все герои Гюго молоды (Эсмеральде 16, Фролло 35, Квазимодо 20, Феб и Грингуар до 30 лет), а Фролло — лишь внешне взрослый, слегка седой мужчина, внутри оказывается эмоциональным молодым юношей.
Гюго писал вовсе не о страхе смерти и не о вожделении, а в лучших традициях романтизма раскрыл, насколько ум и разум слабы перед испытаниями на истинные чувства. Это и есть тема романа. Вспомним, что романтизм делает акцент на эмоциях, на безсознательном, на природе и на душе. Фролло, посвятивший жизнь науке, при первом же чувственном опыте теряет весь свой контроль и превращается в одержимое чудовище, и лишь со временем ему удается, если не справиться с этим, то хотя бы смириться. Именно поэтому нескончаемую агонию Клода Фролло может прервать лишь роковое стечение обстоятельств.
При этом в массовой культуре страсть старика Фролло противопоставляется любви Квазимодо. Мол, в романе описываются несколько типов любви — искренняя и светлая любовь Квазимодо побеждает грязную страсть Клода Фролло. И этот ярлык мне бы очень хотелось снять.
Виктор Гюго сам несколько раз говорит о том, что в Квазимодо преобладали животные инстинкты, а человеческие чувства — только иногда, и то благодаря заботе Клода Фролло. Квазимодо не способен на равноценную, полноправную любовь из-за низкого уровня умственного развития. Он часами разговаривал с каменными гаргульями, но не умел общаться с живыми людьми и не понимал их чувств и мыслей. Если бы Фролло увидел в нем талант, вряд ли бы он проигнорировал это — вместо дрессировки младшего брата, которому было плевать на науку. Двадцатилетний Квазимодо остался на уровне маленького ребёнка, который не осознаёт своей жестокости. Просто благодаря своей близости к природе он кажется нам простым и добрым.
Что у Квазимодо действительно не отнять, так это огромный запас благодарности и привязанности — к Клоду и Эсмеральде. Правда, первого он с колоссальной жестокостью скидывает с крыши, когда понимает, что Клод «отнял» у него Эсмеральду, а вот её тело он обнимал, пока не скончался от горя. Прямо как верная собака.
Наконец, третий участник нашего любовного треугольника — Феб. Феба представляют, как любовь тщеславную, эгоистичную, манипулятивную. И здесь я полностью соглашаюсь. Мне не нравится, что принято считать, якобы Эсмеральда выбрала его за красивое личико. Как вообще можно влюбиться в личико? Она влюбилась в своего спасителя, в рыцаря, как она считала. Не потому, что на нем были доспехи — это так, вишенка на торте, а потому что он ее защитил. Причем настолько влюбилась, что почти пожертвовала пророчеством ради первой ночи с ним. Она готова умереть за Феба.
Но если бы вдруг взял, да и выстрелил, смогли бы Клод и Эсмеральда быть вместе?
Внешне они очень разные. Клод — представитель мелкого дворянства, образованный, начитанный человек с 4 высшими образованиями! Он живет разумом и упрямо следует ценностям, в которые не верит, но которые были ему навязаны;
Эсмеральда — воспитанная цыганами сирота, француженка, а скорее всего испанка. При этом она умеет читать и писать, что очень неплохо для уличной танцовщицы! Она искренне верит в предсказание гадалки о встрече с матерью, в настоящую любовь и наслаждается каждым днем своей жизни. К тому же, их разделяет возраст и жизненный опыт.
Но по внутреннему складу они очень похожи: оба страстные, экспрессивные и наивные. У обоих сильный эмоциональный темперамент. Они одновременно могут быть направлены словно внутрь себя и от души сочувствовать чужой боли.
Однако главная трагедия «Собора» родилась из их абсолютного неумения сопереживать друг другу. Клод жалеет маленького уродца и берет его к себе. Эсмеральда жалеет опозоренного Квазимодо и дает ему воды. Но когда речь идет друг о друге, они упрямо не желают вникать в чужие чувства — Фролло хватает и собственного океана страстей, а Эсмеральда с головой погружается в свою первую любовь к Фебу. При этом, чем больше они отдаляются друг от друга, тем сильнее Гюго их снова сталкивает.
Думаю, если бы Клод всё-таки познал это «высшее знание», то быстро остыл бы к Эсмеральде. Или же осознание, что она — простая земная женщина, которую можно любить «земной» любовью, углубило бы его чувства к ней. Но любовь иррациональна, и вместе им всё равно не быть.
Но почему же Фролло отдал Эсмеральду палачу, если так сильно ее любил? С этого момента я не стану более приводить доводов в его защиту, поскольку он полностью виновен в том, что натворил, и никакие поиски «высшего знания» его не оправдывают. Но я знаю, как мне кажется, причину его поступка.
Отупляющая жгучая ревность.
Важно, что Клод отлично понимал, что делает. Дьявольский смех на крыше — это истерика, защитная реакция здорового мозга. Будучи в состоянии аффекта он говорит Эсмеральде на Гревской площади: «Спеши... пока я снова не превратился в камень». Он уже боялся, что потеряет контроль над собой и действительно отдаст ее солдатам. Ближе к концу романа Фролло хочет от Эсмеральды именно ответного чувства, а не только «миг блаженства». Но он отдал ее, одновременно осознавая что делает, и не веря, что это происходит на самом деле.
Поинтересуйся Клод, что Феб вот-вот женится на дворянке, он бы осознал, что Эсмеральда тому и даром не нужна. Фролло отдал ее солдатам из-за тотальной уверенности, что, оказавшись на свободе, она сразу побежит к Фебу. А сам Фролло так и останется в одиночестве, в своей агонии, и она его даже не пожалеет. «Не доставайся же ты никому!». К тому же каноны готического романа не оставляют шанса на счастливый финал, особенно для злодея, который должен быть наказан за грехи.
Еще интересный момент: некоторые читатели сравнивают Клода Фролло с Северусом Снейпом.
Давайте сразу договоримся, что оба они неадекватные. Фролло — из-за сурового религиозного воспитания. Снейп, чьи единственные счастливые воспоминания связаны всего с одним человеком, — из-за чувства вины и любви к давно умершей женщине. В его жизни не было иных светлых моментов, кроме детских и подростковых воспоминаний.
С одной стороны, они совсем не похожи. И только если бы Фролло стал учителем или преподавателем (ведь у него была тяга к науке), а Снейп провел бы всю жизнь в закрытом от мира ордене, где навязывают образ мышления — они бы 100% смогли заменить друг друга. Интересно, что на момент смерти, когда закончились основные события книг, обоим было по 36 лет.
По-моему, Клод куда больше похож на Эрика из готического романа «Призрак оперы» Гастона Леру. Опять же ситуация слеплена по канонам: в готических романах если есть девушка, то она прекрасна и невинна; если есть злодей, то он жестокий и хранит некую тайну; если есть кабак, то там обязательно весело пьют и пляшут, и т.д. То есть, прослеживается четкая характеристика героев и места действия.
Эрик (Призрак) похищает Кристину, пытает ее жениха Рауля и готов практически его убить, если Кристина откажется остаться в подземелье навсегда. Похожая установка у Клода: «Ты будешь моей или я отдам тебя солдатам». Но «Призрак оперы» — это история о Великом божественном прощении, когда невинная и светлая Кристина прощает своего похитителя, несмотря на всю боль и страдания, которые он ей причинил. Бывает уничижающая жалость, а есть возвышенная жалость, будто бы касающаяся сути другой души. И Кристина «касается» своим поцелуем сердца Эрика. Она целует его именно в лоб (для типажа «невинная девушка из готического романа» поцелуй в губы из мюзикла выглядит нелепо). Да и есть в этом что-то поистине прекрасное!
Кстати, у мюзикла есть продолжение, в котором Кристина якобы провела ночь с Призраком, и у неё родился сын, именно от Эрика. И несмотря на красивейшую композицию «Beneath а moonless sky» это, конечно, жуткий фанфик, нарушающий каноны жанра и изначальные образы ради эпатажа. К тому же, дегероизация Рауля меня угнетает.
По сути, Фролло предлагает Эсмеральде такой же выбор: «Будешь моей или ничьей». Возможно, поступи Эсмеральда так же, как Кристина — прояви она божественное милосердие, то и Клод нашел бы в своей душе покой. Возможно, его бы тронуло осознание собственной чудовищности и жестокости, и история не окончилась бы так печально. Но Эсмеральда оказалась слишком наивна и как-то по-женски немудра, в отличие от Кристины. Не способна «коснуться поцелуем» чужой души. А Клод слишком жестоко воспитывался, чтобы осознать хрупкость Эсмеральды и обуздать своих демонов. Жаль, увы