Найти в Дзене
Карьера без глянца

С чего началось мое выгорание

Красивый офис, умные коллеги, важные проекты — и постоянный страх. Кто сегодня сорвется? За что прилетит? Я улыбалась и делала вид, что справляюсь. А внутри все рушилось. Привет! Я Ксения Виноградова, психолог и бывший HR с 13 годами в корпорациях. Здесь я рассказываю о том, как прошла через выгорание — чтобы вы могли вовремя заметить свои сигналы и начать менять жизнь, пока еще не слишком поздно. Я работала с первого курса университета, и этот опыт дал мне совершить невозможное — после получения диплома я устроилась в пресс-службу Московского Сбера. Моя первая работа взрослая работа, и сразу в таком месте! Тогда мне казалось, что я выиграла джек-пот. Офис рядом с Храмом Христа Спасителя, вид из окон, атмосфера — все выглядело солидно, красиво, по-взрослому. Я шла туда каждое утро с чувством, что вот теперь начинается настоящая жизнь.
Я была молода и наивна. Поэтому была уверена, что в такой большой и солидной компании есть правила, на которые можно опереться. Что все устроено правил

Красивый офис, умные коллеги, важные проекты — и постоянный страх. Кто сегодня сорвется? За что прилетит? Я улыбалась и делала вид, что справляюсь. А внутри все рушилось.

Привет! Я Ксения Виноградова, психолог и бывший HR с 13 годами в корпорациях. Здесь я рассказываю о том, как прошла через выгорание — чтобы вы могли вовремя заметить свои сигналы и начать менять жизнь, пока еще не слишком поздно.

Я работала с первого курса университета, и этот опыт дал мне совершить невозможное — после получения диплома я устроилась в пресс-службу Московского Сбера. Моя первая работа взрослая работа, и сразу в таком месте! Тогда мне казалось, что я выиграла джек-пот. Офис рядом с Храмом Христа Спасителя, вид из окон, атмосфера — все выглядело солидно, красиво, по-взрослому. Я шла туда каждое утро с чувством, что вот теперь начинается настоящая жизнь.

Я была молода и наивна. Поэтому была уверена, что в такой большой и солидной компании есть правила, на которые можно опереться. Что все устроено правильно и по-честному, а мне остается просто быть ответственной, профессиональной, вовлеченной. Но потом оказывается, что в каждом отделе — своя реальность. Что никакой единой системы нет, а все зависит от конкретных людей. И это лотерея: повезет с руководителем — выживешь, нет — сгоришь.

Мне не повезло

Каждый день начинался с тревоги. Неизвестно было, в каком сегодня настроении начальство, откуда и за что прилетит. Мы жили в хаосе — и в эмоциях, и в задачах. Хоть что-то спланировать было невозможно. Иногда появлялись классные проекты, от которых я загоралась, и это давало силы. Но чаще я просто выживала.

-2

Больше всего страшно было не от работы, а от людей. В отделе была женщина — заместитель начальника, которая постоянно кричала. Кидала замечания, могла сорваться на ровном месте. Я не понимала: это со мной что-то не так? Или так тут устроено?

Со временем тревога стала почти физической. Я боялась идти в офис, что-то говорить. Сердце начинало биться, когда я слышала ее голос. Но я всё равно старалась быть «в порядке», улыбаться, делать вид, что справляюсь.

А потом мы с коллегой начали каждый вечер после работы заходить в ресторан. Просто сидели и ели — много, бессмысленно, будто глушили что-то внутри. Тогда я впервые поняла: это ненормально. Я не справляюсь. И делаю вид, что все под контролем, хотя мне плохо.

Так началось мое выгорание — с привычки к постоянным ударам и разочарования в системе.

Если ты читаешь это и чувствуешь, что что-то похожее происходит с тобой — не игнорируй. Выгорание не проходит само.

Приходи в мой Телеграм-канал — там обсуждаем признаки выгорания и что с этим делать.

Ксения Виноградова
Ксения Виноградова