Ах, химия!.. Вы знаете, я всегда подозревала, что эта наука не просто про колбы и формулы. Это про нас самих. Про нашу память. Про то, что в ней застревает вопреки всем законам логики.
С Маргаритой случилась обыкновенная история. Ничего особенного, если не считать, что её дочь-семиклассница завела в дневнике нового врага — химию.
Маргарита, женщина с высшим образованием (историко-филологическим, между прочим), развела руками: «Солнце мое, я тебе помогу с географией, с литературой... Но химия... это темный лес, где я однажды заблудилась навсегда. Мои школьные успехи в этой области измерялись исключительно чистотой лабораторной посуды».
И вот однажды вечером... Вы знаете, как это бывает, ребенок делает уроки, а в воздухе витает немой вопрос. Дочь подходит и спрашивает: «Мама, а ты точно ничего не помнишь? Ну вот совсем-совсем? Может, хоть что-то?»
И тут с Маргаритой происходит нечто удивительное. Она смотрит в пустоту, будто читает там невидимый конспект, и выдает:
— H₂SO₄. Пауза. И... HNO₃ + 3HCl.
— А это что? — спросила дочь в изумлении.
— Серная кислота и царская водка, — ответила Маргарита тем тоном, каким говорят о погоде.
— Водка?.. — переспросила девочка, округляя глаза. — Мам, ты уверена, что это было в школьной программе, а не в студенческой?
— Уверена! — с достоинством ответила мать. — Ей даже золото растворяют.
Человек, не способный отличить оксид от пероксида, с легкостью оперирует понятием «царская водка»?! Это все равно что забыть, как завязываются шнурки, но помнить сложнейший па-де-де из балета «Жизель»!
Между ними повисает молчание. Дочь смотрит на мать с новым, смешанным чувством, где-то между восхищением и подозрением. А Маргарита стоит с видом человека, который неожиданно для себя обнаружил, что знает наизусть стихотворение на древнегреческом. Не помня, когда и как его выучил.
С тех пор в их доме воцарилось негласное перемирие с химией. Маргарита по-прежнему не могла помочь с валентностями или цепочками превращений. Но иногда, в самые трудные моменты, когда дочь уже готова была швырнуть учебник об стену, она подходила к матери и спрашивала:
– Мам, а ну-ка, скажи ещё раз про ту... царскую штуку.
И Маргарита, отрываясь от книги или от готовки, с тем же загадочным видом произносила свою заклинательную формулу. И этого странного, выуженного из забытья знания, хватало, чтобы дочь, усмехнувшись, с новыми силами бралась за задачи.
Потому что это было уже не просто химией. Это было маленькое семейное чудо. Напоминание о том, что в каждом из нас дремлют целые миры, а память, она куда причудливее и поэтичнее любой, даже самой сложной, науки.
© Ольга Sеребр_ова