Лой ходил между спящими и сердился. Он не понимал, как можно так расслабляться? Его взяла за руку Пол.
– Не сердись на дрена, он устал, но никогда не признается. Он же всю дорогу нёс Рида на себе.
– Да понимаю я это, но он же дрен! – и, вздохнул. – Очень молодой. Пол, сейчас он самый мощный из известных дренов в Лоанге и Чивоне! И он всё более усиливается, а ведёт себя…
– Брось! – Пол засмеялась. – Он ведёт себя соответственно биологическому возрасту. За последнее время Дарс так себя взнуздал, что не удивительно, что периодически расслабляется. Не сердись, любимый, они и так все на пределе. А теперь скажи, будем их будить?
Лой сел на пол и потянул её к себе.
– Не будем! Разбудим часа через два и только дежурных на смену.
Утром, к удивлению детей, буря продолжалась, и они встревожились. Мирра, вслушиваясь в рёв ветра за стеной, прошептала:
– Моя мама была Знающей, она говорила, что звук бури бывает шести типов. Прерывистый, то есть с порывами ветра, так идёт перемена погоды; свистящий и ревущий, это так проходят смерчи; стонущий, так приходят сухие грозы; выдыхающий, шипящий, это – бури, приносящие дожди; шелестящий с хрустом, так приходят бури с северной пустыни; воющий со свистом, это – зимние бури. Я это запомнила, но не понимаю, что происходит сейчас. Как будто кто-то из малышей, то катает сухой горох по блюду, тот трясёт им, то давит ногами ветки, которые ломаются и трещат.
Рид взметнул брови.
– О, как повезло моему силту! Сетиль, в нашем силте есть аналитик. Ты думаешь, что таких бурь раньше не было?
– Никогда! Мама говорила, что теперь природа пробует новые варианты, чтобы испытывать живущих. Слышите? Она была права. Это новое!
Гатанги озадаченно переглянулись, а Гарт счастливо заулыбался, а потом ответил на незаданный вопрос недоумевающих гатангов:
– Лой, моя гипотеза, что там кто-то учится работать с погодными установками нашла ещё одно подтверждение! Мне кажется, что тот, кто учится, что-то не учёл, а это большой перерасход энергии. То, что описала Мирра говорило, о периодически включающейся машине. У неё программа, имеет какие-то циклы. Местные люди это запомнили и приспособились. Более того, те, кто это создал здесь, понимали, что такие включения – необходимое зло. Так сказать побочка, которой не избежать. Поэтому-то везде и натыкали убежишь, которыми пользуются нынешние люди. Думаю, раньше здесь стояли указатели и удобные лестницы, но время уничтожило их. Если тот, кто в пирамиде, периодически вмешивается в циклический процесс, то это приводит к разбалансировке действия машины. Стоит подождать, и потом нам будет обеспечена очень длительная прогулка без гроз.
– Хорошее предложение, – прогудел Сур, прислушиваясь к буре.
– У меня возникла очередная плохая мысль, прошептала пересохшими губами Ксения. – Это потому, что их очень много.
Дарс исподлобья взглянул на нее
– У меня тоже, но и возник вопрос. Гарт, ответишь?
Сетиль ничего не понимая уставились на них, только Сур вскочил.
– Зло уничтожить злом, нельзя!
Сид нахмурился.
– Это почему? Я правильно понял. Попробовать уничтожить патангов с орудием древних, другим оружием древних? Почему это плохо? Нет, это справедливо. Мы не нападаем, а защищаемся. Дарс, что за вопрос?
– А эти энергопотери облегчат нам уничтожение этой установки? Ведь мощь её очень велика.
Гарт долго думал, затем с сомнением в голосе протянул:
– Не знаю! Я ведь не знаю источник пополнения энергозапасов. Могу сказать, что в момент уничтожения этой установки, мы нанесём минимальный вред окружающему.
Дрены переглянулись, а Лой с тревогой подумал, что они ещё ничего не нашли, а уже обдумывают свои действия.
Между тем, чтобы все особенно не радовались жизни (так решили женщины), Седой заставил детей делать сложный комплекс упражнений, который их так утомил, что они на какое-то время потеряли способность разговаривать и двигаться.
Сид «развлекался» иначе, он заставил гатангов парами отрабатывать связки из равир, напирая, что надо научиться использовать маленькое пространство. После тренировки они накормили мутантов и доели запас мяса баши, потом занялись концентрацией. Мутанты спали, только изредка поднимая голову, найдя вожака, успокаивались и засыпали.
Гонт подошел к Лою.
– Скажи, и это всё?
– А что ты хотел?
– Сур же волнуется.
– Правильно делает. Только он не учел, что инструмент – это не зло.
– Учел я, – пробурчал Сур. – Просто напомнил Ксюхе, что она неправильно думает. Она по-моему поняла, о чем я говорил, и перестала думать, что у неё мысли дурные. Она девочка ещё, и все делает и думает правильно
– А почему ты вообще подумал о том, что она себя корит, – заинтересовался Гонт.
Сур покраснел.
– Кхм… Потому что моя девочка ночью, спросила меня смогу ли я её простить за то, что она хочет меня потрогать, а потом заплакала. Сказала мне, что сама не знает, как у неё возникли такие дурные мысли Парни я так тащился потом, рассказывая ей какие меня дурные мысли. Хорошо, что я ей рот закрыл. Она так взвизгивала! Думаешь, почему она сидит отдельно от всех. Во-от! Мои дурные мысли в кавычках ей покоя не дают. Пришлось объяснять, что такое хорошо и плохо, что и не думал, рассказывать никогда. Конечно, я ещё и показал кое-что их мыслей… Кхм…
Они переглянулись и отсели друг от друга, улыбаясь и испытывая весеннее настроение.
Вскоре каждый по-своему использовал отпущенное для отдыха время.
Воздух был так пропитан электричеством, что дрены, которые тренировались отдельно от всех, уйдя в свободный угол, периодически пропадали. Когда любопытная Зирр решила подойти к ним, то налетела на невидимую преграду. Зная своих дренов и лопаясь от любопытства, она стала упорно взламывать преграду, когда ей удалось, то она была без сил. Для всех Зирр, как и, впрочем, дрены, стала невидимой, к Зирр бросился Рид и успел, используя энергию Зирр, прорвать блокаду и скользнуть вслед за ней.
Они оба оказались в иллюзорном зале, очень большом и светлом. Звучала музыка. Двое, во всем белом дренов под музыку не то танцевали, не то делали сложный комплекс упражнений. Зирр обняла Рида и села на пол.
Рид прошептал ей:
– Почему они это скрывают от всех?
Зирр пожала плечами, но подумав, ответила:
– Не хотят, чтобы мешали. Им редко удаётся побыть вместе. Знаешь, мне жаль, что я до такого не додумалась сама.
– Они очень красивые! – восхищённо проговорил Рид. – Самые красивые из тех, кого я, когда-либо встречал.
– Многих ты видел, – хмыкнула Зирр.
Дрены наслаждались. Ксения порхала в руках Дарса, замирая в самых невероятных позах. Оба они были похожи, то на птиц, взлетающих в небо, то на нисов, резвящихся в морских волнах, то на флайринг, бегущих по тёмным подземельям.
Зирр не удивилась, когда в зале оказался Гарт, который немедленно схватив свою гатанги на руки, присоединился к упражнениям дренов. Изменилась музыка, и теперь женщины просто перелетали в сложных поворотах и прыжках с рук на руки гатангов. Рид замер, боясь, что его прогонят.
Музыка резко оборвалась, когда прозвучал обиженный голос Сида:
– Ладно-ладно, братик! Я ведь смогу следующий раз войти, пусти хоть посмотреть.
Все гатанги увидели, как в углу появились пропавшие, которые сжимали руки друг друга. Лой внимательно посмотрел на них и хмыкнул, они блестели от пота и ещё тяжело дышали. Он только читал, что существует такая медитативная техника.
– А собственно, на что ты обижаешься Сид? – спокойно проговорил Лой. – Ведь Зирр и Гарт вошли, а ты только смог пробиться, но потом заленился.
Сид смотрел на четверых и, увидев Рида, возопил:
– А ты-то, как смог?!
– Что? – удивились дрены.
– Я вошёл вместе с Зирр, – прошептал Рид.
– Плохо! – резко сказал Дарс. – Ксюха, ты ставила иллюзию барьера, а её пробил ребёнок.
Ксения кивнула головой и задумалась, но потом убеждённо проговорила:
– Дарс, так он дрен! Только у него не все системы воздействия активировались. Подумай, он ведь уговорил отца, взрослого гатанга, взять его, ребёнка, и пройти полный комплекс посвящения! Как мы раньше не догадались?!
Дрен озадаченно потёр лоб.
– Это, конечно, для нас ещё одна забота, но сути дела не меняет. Давай думай, где ты прохлопала ушами? Садись, будем работать, надо понять, как он прошел!
– А кто с ним будет работать? – удивился Лой и, увидев, как выразительно посмотрели на него оба дрена, возмутился. – И даже не думайте!
Дарс спокойно возразил:
– Лучше ты, чем я, ты же знаешь это! – и повернулся к Ксении. – Давай-давай, работай, я делал только зал и музыку!
Зина, которая лопалась от любопытства, спросила Сура:
– Что его гатанги сделала не так?
– Всё, – ответил тот, – если ребёнок прошёл её блок!
– А мы сможем с тобой посмотреть, как-нибудь?
– Ты попроси сама, а то меня заставят работать, если я попрошу, – улыбнулся Сур и положил голову на колени своей гатанги.
– Нет, я хочу научиться! – гордо возразила Зина и, не удержавшись, стала нежно гладить голову Сура, наслаждающегося её прикосновениями.
До вечера Ксения ни с кем не разговаривала, Дарс боялся к ней даже сунуться, так как она шипела, как флайринг. Все уже спали. Дрен посмотрел на Ксению, та лучилась от удовольствия, тогда он принялся целовать её, прошептав:
– Говори, а потом скажу я, до чего додумался.
– Давай хором, – и прошептала, – резонанс.
Дарс обнял её.
– Ты лучшая! Небеса, как я соскучился по тебе. (Ксения замурлыкала). Я скажу, как догадался. Я заметил, что когда мы залезли сюда, то был очень уставшим, Рид подстраивался и делил мою усталость, принимая часть на себя. Ты права, используя резонанс, можно пройти.
Ксения, зарывшись пальцами в его кудри, прошептала:
– Давай я тебя свожу в зал танцев Льежа, – и поцеловала Дарса.
– Нет уж, всех! – раздался возмущённый голос Лоя. – Мы слышали ваше открытие. Пойдём совместно! Твоя задача – открыть коридоры памяти, а мы подстроимся и захватим всех с собой. Ау-у! Просыпайтесь!
Гатанги проснулись мгновенно и, узнав о затее дренов и Лоя, в восторге, сцепились руками. Дрены закрыли глаза. Друзья сосредоточились и, захватив детей, вошли в резонанс с дренами. Они оказались в огромном зале, окна до полу, лёгкие шторы развевались от свежего ветра. Некоторые выглянули в окно и ахнули, два великолепных водопада вдали создавали огромную радугу. В окно ворвались запахи цветов и звуки музыки.
Великолепная мельда звала их, и они поплыли в танце меняясь партнёрами. Дети сидели на лёгких и изящных диванах, мучаясь от неловкости. Сид, проплывая в танце мимо них одним щелчком, одел их в одежду гатангов, и дети счастливо заулыбались. Они так и заснули под звуки музыки. Утром проснувшись, дети смотрели вокруг, не понимая, что они видели прошлой ночью, то ли сон, то ли они действительно где-то побывали. Сжок подошла к Ксении и поцеловала её, та посмотрела на неё.
– Понравилось? – Ксения улыбнулась ей.
– Очень, а где мы были?
– В городе Льеж. Это город на другом континенте, там учатся многие гатанги, – ответила Ксения и с удивлением отметила, что вместо лёгкой усталости ощущает прилив сил.
Её коснулась мысль Дарса.
– Заметила?! Значит, это надо научиться использовать.
– Теперь буду думать, как развивать свои способности, – Сжок покачала головой. – Я и Мирр теперь обдумываем, как себя усилить. Мы обязательно поедем в Льеж и научимся ещё чему-нибудь.
В убежище они провели целую неделю, потому что грозы шли почти непрерывно. Наконец, бури прекратились.
Гатанги бежали по степи и не узнавали её, долгий дождь разбудил степь, и она зазеленела и даже украсилась мелкими белыми и розовыми цветами. Стрекотали кузнечики, и жужжали какие-то летающие, очень мелкие насекомые. Где-то в вышине раздавался мелодичный свист.
Хищников они не встретили, зато с удовольствием поохотились на легконогих, но крупных, с небольшими рожками, бурых копытных, которые устремлено, двигались на восток. По вечерам Зина из шкур делала для детей обувь, ей помогали все, а мальчики стачивали рога, превращая их в опасные ножи и наконечники для копий. Даже ежевечерние тренировки казались менее утомительными, так был свеж воздух.
Через десять дней беззаботный бег кончился, впереди появилась невысокая горная гряда. Горы были старыми с оплывшими верхушками, покрытыми растениями.
Остановивший всех Рид печально сказал:
– Не повезло с дождём! За этими горами располагаются «Запретные земли».
– Есть какой-нибудь перевал? – деловито спросил Гарт.
– Здесь можно легко пройти везде, но везде растения-хищники, и они после дождя проснулись, – ответил мальчик. – Это была вторая ступень посвящения, здесь женщины уже не могли пройти, только воины.
– Не волнуйся! Мы пройдём, – Сид раздал всем стимуляторы.
Дети, обнаружив, что гатанги не только не боялись, но были веселы, успокоились.
Сид обсыпал каким-то порошком с ног до головы детей, затем этим порошком обсыпал всем сапоги.
Гатанги шли, принюхиваясь и прислушиваясь, с оружием в руках, и вскоре обнаружили отчётливую тропу. Детей поместили между взрослыми. Ксения создала сильную иллюзию горения, и они без помех достигли вершины горы, на которую вела тропа.
Здесь Ксения, услышав зов, остановила всех. Дарс мгновенно переместился к ней.
– Что? – он едва слышно прошептал ей. – Почему остановилась?
Ксения удивилась, но спокойно ответила:
– Спрашивают, кто мы.
– Кто спрашивает? – опешил Дарс, который ничего не слышал и поманил Рида. – Здесь вы когда-нибудь что-нибудь слышали?
Рид удивлённо покачал головой. Ксения опять услышала, прозвучавший в сознании вопрос, но как-то странно, как будто спрашивающий терял силы:
– Кто вы? Пост номер девять просит определиться!
Ксения вспомнила, как однажды мать говорила, что встретилась с ловушками, рассчитанными только на местные разумные расы, и твёрдо послала мысленный сигнал, который мог ошеломить любого:
– Группа Рассвет, возвращается из тренировочного похода.
Дарс мысленно попросил всех убрать оружие, и подключился к своей гатанги и тогда услышал вопрос из ниоткуда.
– Пароль и уровень доступа! Уточните состав группы.
– Я советник пятого ранга. Среди взрослых есть спасённая группа детей. Пароль не знаю, – Ксения ответила чётко и без запинки.
Гатанги, которые слышали только мысленные ответы Ксении, напряглись. Никто из них не слышал, чтобы в Арзасе были бы поселения военизированного типа.
– Как дети? Чьи дети? – спрашивающий был явно в растерянности.
– Не знаю! По-видимому, дети изыскателей, – Ксения шла ва-банк.
– Доступ через базу разрешён, но только по верхнему уровню. Вам освобождают дорогу. Торопитесь! Двигайтесь по возможности парами, чтобы мы могли наблюдать, – потом раздался щелчок, его услышали все.
Гатанги не поверили своим глазам, кустарники и хищные лианы отодвинулись. Перед ними лежала дорога. Плиты-шестигранники потрескались и местами были засыпаны песком, почвой и сухим опадом, но это была дорога.
– Отлично! – громко проговорила Ксения. – Наконец-то дети отдохнут. Попросили идти парами. Быстрее! Нас просили поторопиться.
Лой быстро осмотрел всех.
– Каждый взрослый ведёт ребёнка за руку. Быстро!
Побледнев, Рид попытался что-то сказать, но Дарс отрицательно качнул головой, и, взяв его за руку, первым вступил на дорогу.
Содрогаясь от собственного нахальства, гатанги перешли гору и стали спускаться по широким и истёртым ступеням в долину, заросшую красновато-бурым невысоким лесом.
Они шли по «Запретным территориям» уже четыре часа, и никто не чинил им препятствия. Дарс приказал снять все блоки, они шли открытые для наблюдателей. Любой, прикоснувшись к их сознанию, понял бы, что они очень устали и хотели только одного – доставить детей на базу. К тому же им очень хотелось пить и есть.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: