Любая хорошая сказка должна заканчиваться счастливым концом. Иногда история тоже балует нас, окольными путями обнуляя все попытки человечества сделать жизнь на этой планете абсолютно невыносимой...
В эссе «О волшебных сказках» Дж. Толкин использовал термин собственного изобретения – эвкатарсис, что переводится с греческого как «хорошее завершение». Эвкатарсис, по его мнению, просто необходим любой сказке и любому читателю сказки, потому что только он придаёт смысл зачастую мрачным и пугающим изворотам народной фантазии. И история, иногда, бывает не лишена этого свойства.
Визит в бельгийское местечко Пассендале к 1917 году мог бы избавить Стивена Спилберга от необходимости строить павильон для съемки высадки на Луну – ведь здешний ландшафт практически неотличим от лунного после трёх лет боев. Казалось, нет ничего, что могло бы сделать хуже участь солдат, засевших в окопах по обе стороны фронта – но 13 июля 1917 года германская химическая промышленность доказала обратное.
Ночью германцы начали обстрел. Снаряды падали на передовые окопы и позиции артиллерии английской армии. Вопреки ожиданиям, не происходило ни сильных разрывов, ни выделения известных к тому моменту отравляющих веществ – жёлтого газа хлора или фосгена. Однако спустя несколько часов попавшие под действие нового ОВ солдаты столкнулись с его калечащим воздействием: на их телах появились нарывы, развился кашель, лёгкие наполнились жидкостью, глотка воспалялась и блокировала дыхание. Со временем отравленные начинали прямо-таки истекать гноем, выпадали их волосы, развивались инфекции.
Так проявлялось действие этого нового химического оружия – жидкости Lost. Самой коварной его особенностью являлась полная беспомощность современных средств защиты. Пары этой жидкости легко проходили сквозь фильтры противогазов, пропитывали одежду и вызывали раздражение открытых участков кожи. Начался новый виток химической войны.
Прибывшие на фронт врачи (Эдвард и Хелен Крамбахаар, супружеская пара военных врачей) задокументировали характерный эффект этого нового вещества: оно останавливало регенерацию клеток. Даже кроветворная активность костного мозга замирала при отравлении. В дальнейшем это стало важным диагностическим признаком для определения состава химического «коктейля», отравляющего раненых.
Через 25 лет американское правительство начало экстренную подготовку к войне с Японией. Серьезной проблемой стала возможная перспектива применения отравляющих веществ, в том числе аналогов Lost, японской армией. Учёным поручили найти антидот.
Фармакологи из Йельского университета Луис Гудман и Альфред Гилман вспомнили работу Крамбахаара, в которой описывались анти-регенеративные свойства вещества. В момент чистого гения они решили проверить его воздействие на раковые опухоли: так учёные успешно избавили подопытную мышь от лимфомы, а позднее и пациент из больницы Нью-Хейвен под кодовым обозначением J. D. с терминальной стадией лимфосаркомы был избавлен от опухоли всего за месяц лечения. Однако успех был омрачён смертью обоих подопытных - они скончались примерно через два месяца после лечения.
В медицинской карте J. D. лекарство было обозначено просто как «вещество X»; в истории же оно больше известно по названию города, расположенного недалеко от места первого боевого применения снарядов, обозначенных жёлтым крестом: иприт.
Механизм действия иприта и схожих с ним веществ называется «алкилирование». Это значит, что они повреждают ДНК внутри клеток, присоединяя к ней алкильные группы. Повреждение ДНК вызывает сбой митоза, и поражённая клетка погибает. Здоровая клетка может вынести определённый уровень алкилирования, так как делится медленнее, и обладает определённой устойчивостью к ошибкам при копировании; злокачественная же гибнет. Также под удар попадают другие быстро делящиеся клетки: костного мозга, кожи и слизистых, волосяных луковиц, репродуктивных органов.
Иприт был далёк от совершенства: после ремиссии рак обязательно возвращался, причём на этот раз как будто приобретал к нему иммунитет. В 1946 году исследования иприта были рассекречены. Дальнейшая работа фармакологов и химиков была сосредоточена по двум направлениям: уменьшению токсичности лекарства и предотвращению рецидивов опухолей. Открытые ими и теми, кто последовал за ними, вещества до сих пор спасают жизни онкобольных.
Немного о химии этого и похожих реагентов читайте тут:
Автор: Иван Маврин