— Девятьсот пятьдесят тысяч? Вы серьезно? — Кристина не могла поверить услышанному. — И вы хотите, чтобы мы просто взяли и отдали такие деньги?
Алевтина Александровна выпрямилась в кресле. Её тонкие пальцы сжимали подлокотники так, что костяшки побелели.
— А что ты предлагаешь? Бросить Дашу в беде? Она же совсем девочка еще!
— Девочка? — Кристина подняла брови. — Ей двадцать пять лет! В её возрасте я уже работала три года и взяла ипотеку.
Дима сидел между женой и матерью, беспомощно переводя взгляд с одной на другую. Он явно не знал, чью сторону принять.
— Мам, но сумма действительно огромная, — осторожно начал он. — Мы копили на новую квартиру...
— Да какая квартира! — отмахнулась Алевтина Александровна. — Речь идет о твоей сестре! У неё коллекторы на пороге стоят! Ты представляешь, что будет, если они начнут действовать?
Кристина скрестила руки на груди:
— Ваша дочь долгов наделала, пусть сама и расплачивается, — отрезала она. — Мы не благотворительный фонд.
— Кристина! — ахнула Алевтина Александровна. — Как ты можешь такое говорить? Это же семья!
— Именно поэтому я и говорю. Семья должна помогать друг другу становиться лучше, а не прикрывать безответственность.
Дима провел рукой по волосам:
— Давайте все успокоимся и подумаем. Может, есть какое-то другое решение?
Из детской комнаты донесся громкий смех — Миша и Лида были увлечены игрой и не слышали разговора взрослых. Кристина бросила взгляд в сторону детской и понизила голос:
— У нас двое детей, ипотека и накопления, которых едва хватит на первый взнос за новую квартиру. И вы хотите, чтобы мы всё это перечеркнули из-за того, что Даша не умеет считать деньги?
— Ты всегда была бессердечной, — процедила Алевтина Александровна. — Только о себе и думаешь.
— Мама! — вмешался Дима. — Не надо так.
— А как надо? — вскинулась свекровь. — Сидеть и смотреть, как моя дочь пропадает? Я не понимаю, откуда у Даши такие долги. Она такая разумная девочка, всегда была.
Кристина едва сдержалась, чтобы не закатить глаза.
— Разумная? Да она меняет работу каждые три месяца, при этом отдыхает на курортах и одевается в бутиках! Откуда, вы думаете, у неё деньги на всё это?
— Она хорошо зарабатывает, — неуверенно сказала Алевтина Александровна.
— Чем? — спросила Кристина. — Чем она зарабатывает?
Повисла тяжелая пауза. Дима поднялся с дивана:
— Я позвоню Даше, пусть приедет. Нужно всё обсудить вместе.
***
Через два часа они сидели вчетвером за обеденным столом. Лиду с Мишей Дима отвез к соседке, чтобы не травмировать детей семейными разборками.
Даша выглядела напуганной. Её светлые волосы были небрежно собраны в хвост, а под глазами залегли тени. Модная блузка и дорогие джинсы контрастировали с измученным видом.
— Расскажи нам всё, — мягко попросил Дима. — Откуда эти долги?
Даша опустила глаза:
— Я просто... не рассчитала. Взяла кредит, думала выплачу быстро, но на работе начались проблемы...
— Какие проблемы? — перебила Кристина. — В какой именно компании?
— В «ТрансЛогистик», — быстро ответила Даша. — Я же говорила.
— И какая у тебя должность?
— Менеджер по работе с клиентами, — Даша нервно поправила прядь волос. — Нам задерживали зарплату, потом сократили премии...
Кристина заметила, как девушка избегает прямого взгляда, как слишком часто моргает. За семь лет работы аналитиком она научилась распознавать, когда человек лжет.
— И сколько ты там проработала?
— Почти год.
— А до этого?
— В «МаркетГрупп», шесть месяцев.
— И всё это время ты летала на курорты, покупала дизайнерские вещи и ходила по ресторанам, — констатировала Кристина.
— У меня были накопления, — огрызнулась Даша.
— С университетской стипендии? — Кристина подняла бровь.
Алевтина Александровна возмущенно подалась вперед:
— Хватит допрашивать её! Ты не на работе!
— Как раз на работе я анализирую цифры и выявляю несоответствия, — спокойно ответила Кристина. — И сейчас я вижу большое несоответствие между доходами и расходами Даши.
Дима положил руку на плечо жены:
— Крис, может, не стоит сейчас...
— Нет, стоит, — твердо сказала Кристина. — Прежде чем отдавать такие деньги, я хочу знать всю правду. Даша, я прямо спрашиваю: ты действительно работала все это время? Или деньги были из других источников?
Даша побледнела и бросила взгляд на мать, словно ища поддержки:
— Конечно, я работала! За кого ты меня принимаешь?
— За человека, который просит у нас почти миллион, — парировала Кристина.
— Достаточно! — Алевтина Александровна стукнула ладонью по столу. — Дима, скажи своей жене, чтобы она прекратила!
Дима устало вздохнул:
— Давайте просто решим, что делать с долгами. Есть ли возможность реструктуризации? Может, можно договориться с банком о новых условиях?
— Я пыталась, — тихо сказала Даша. — Они не идут на уступки. Говорят, слишком большая сумма просрочки.
— И сколько именно просрочка? — спросила Кристина.
— Три месяца.
— То есть ты уже три месяца знала о проблеме и молчала?
Даша вспыхнула:
— Я надеялась решить всё сама!
— И как же ты собиралась это сделать? — Кристина не отступала.
— Не знаю! — почти крикнула Даша, и её глаза наполнились слезами. — Я не знаю, ясно? Я запуталась!
Алевтина Александровна тут же обняла дочь:
— Тише, девочка моя, тише. Мы поможем, всё решим.
Она бросила на Кристину уничтожающий взгляд:
— Надеюсь, ты довольна? Довела ребенка!
Кристина поджала губы, но промолчала. Что-то в этой истории категорически не сходилось, и она была полна решимости докопаться до истины.
***
В понедельник утром Кристина вышла из метро и направилась к офису. День обещал быть напряженным — квартальный отчет никто не отменял, даже несмотря на семейные драмы.
— Кристина? Кристина Далеева?
Она обернулась и увидела молодую женщину с короткой стрижкой.
— Да, а вы...?
— Вероника, подруга Даши. Мы встречались на дне рождения Димы в прошлом году.
Кристина смутно вспомнила девушку — она сидела рядом с Дашей и много фотографировала.
— А, да, конечно. Здравствуйте.
— Можно с вами поговорить? — Вероника выглядела встревоженной. — Это важно.
Они зашли в ближайшую кофейню. Кристина посмотрела на часы — у неё было двадцать минут до начала рабочего дня.
— Я слышала о ситуации с Дашей, — начала Вероника, понизив голос. — О долгах.
— От кого? — насторожилась Кристина.
— От самой Даши. Мы вчера разговаривали. Она сказала, что вы отказались помогать.
Кристина стиснула зубы:
— И что же она ещё рассказала?
— Что вы её ненавидите, — пожала плечами Вероника. — Но дело не в этом. Я... Мне кажется, вы должны знать правду.
— Какую правду?
Вероника нервно оглянулась, словно боялась, что их могут подслушать:
— Даша нигде не работала последние два года. Ни в «ТрансЛогистик», ни в «МаркетГрупп». Это всё выдумки.
Кристина замерла:
— Вы уверены?
— Абсолютно. Мы вместе учились. Я работаю в HR-отделе «МаркетГрупп», и Даша никогда у нас не числилась. А про «ТрансЛогистик» она начала рассказывать только в этом году.
— Но на что она жила все это время? И откуда деньги на путешествия, одежду?
Вероника отвела взгляд:
— Кредиты. Много кредитов в разных банках. Она брала один, чтобы погасить другой, потом третий, чтобы закрыть первый... Классическая пирамида.
— И что она делала всё это время? Просто сидела дома?
— Нет. Она каждое утро "уходила на работу". Наряжалась, брала сумку с ноутбуком. А сама ездила по торговым центрам, кафе, иногда сидела в библиотеке. Создавала видимость занятости.
Кристина не могла поверить своим ушам:
— Зачем?!
— Боялась разочаровать мать. Алевтина Александровна всегда ставила Дашу в пример всем родственникам — какая она умная, успешная, самостоятельная. А потом... Потом уже было поздно признаваться.
— А деньги? Девятьсот пятьдесят тысяч — это не шутка!
Вероника кивнула:
— Она не только на себя тратила. Дарила дорогие подарки матери, брату, вашим детям. Помогала Алевтине Александровне с ремонтом в прошлом году.
— Который та хвасталась, что сделала на свои накопления, — пробормотала Кристина, вспоминая новую мебель и технику в квартире свекрови.
— Именно, — подтвердила Вероника. — Даша создавала образ успешной женщины не только для себя, но и для всей семьи.
— И никто не заподозрил обман?
— А с чего бы? Она была убедительна. Рассказывала о коллегах, проектах, показывала фото офиса, который нашла в интернете. А её семья и не думала проверять.
Кристина молчала, переваривая информацию. Вся картина складывалась — и тревожность Даши при вопросах о работе, и её постоянные перемены настроения, и нежелание встречаться семьями в будние дни.
— Почему вы мне это рассказываете?
Вероника вздохнула:
— Потому что Даша на грани. Она запуталась в собственной лжи и боится признаться. А ещё... — девушка замялась, — она распускает слухи о вас. Говорит, что вы контролируете все деньги в семье и не даете Диме помогать родственникам.
— Что?!
— Я знаю, что это неправда. Я видела, как вы относитесь к Диме, как поддерживаете друг друга. Даша просто ищет виноватых.
Кристина посмотрела на часы — она уже опаздывала.
— Спасибо вам за откровенность. Я... я подумаю, что делать с этой информацией.
— Только не говорите Даше, что это я рассказала, — попросила Вероника. — Она не простит.
— Не скажу, — пообещала Кристина, уже прокручивая в голове план действий.
***
Вечером, когда дети уснули, Кристина рассказала Диме о встрече с Вероникой.
— Это какая-то ошибка, — покачал головой Дима. — Не может быть, чтобы Даша два года притворялась.
— А ты проверь, — предложила Кристина. — Позвони в эти компании, спроси, работает ли там твоя сестра.
— И как я объясню такой звонок?
— Скажешь, что ищешь её, а мобильный не отвечает.
Дима колебался, но потом всё же достал телефон. Двадцать минут спустя он сидел на диване, бледный и растерянный:
— Её там не знают. Ни в одной из компаний. Даже в отделе кадров «ТрансЛогистик» сказали, что такой сотрудницы у них никогда не было.
Кристина села рядом с мужем:
— Мне жаль, что так вышло.
— Но зачем она это делала? — Дима выглядел потерянным. — Зачем врать нам?
— Думаю, нам стоит спросить её напрямую.
Дима кивнул:
— Я позвоню ей завтра, попрошу приехать. Только... не говори пока маме. Она будет в ужасе.
— Хорошо, — согласилась Кристина. — Сначала поговорим с Дашей.
Но на следующий день Даша не приехала. Она сбросила звонок Димы, а потом прислала сообщение, что плохо себя чувствует и встретится с ними позже. Через три дня молчания она неожиданно появилась на пороге квартиры Алевтины Александровны, где в тот вечер был семейный ужин.
Даша выглядела странно воодушевленной. Она громко смеялась, обнимала мать, играла с племянниками. Кристина наблюдала за ней с растущим беспокойством.
За ужином, когда дети ушли смотреть мультфильм, Алевтина Александровна снова подняла тему долгов:
— Дима, вы с Кристиной подумали? Время идет, ситуация только ухудшается.
Прежде чем Дима успел ответить, Даша вмешалась:
— Не надо, мама. Я не хочу, чтобы Кристина помогала. У нас был разговор, и она ясно дала понять свою позицию.
— Какой разговор? — нахмурился Дима. — Когда?
Даша опустила глаза:
— Позавчера. Кристина приезжала ко мне. Сказала, что даст деньги, но при одном условии.
— При каком? — Алевтина Александровна перевела взгляд на невестку.
— Что я перестану общаться с вами и детьми, — тихо сказала Даша. — Что я должна "исчезнуть из вашей жизни".
В комнате повисла оглушительная тишина.
— Что за бред? — наконец выдавила Кристина. — Я не приезжала к тебе! Мы вообще не виделись с прошлой субботы!
— Не отрицай, — Даша подняла на неё глаза, полные слез. — Ты сказала, что я плохо влияю на детей и что лучше бы мне держаться подальше от вашей семьи.
— Кристина! — ахнула Алевтина Александровна. — Как ты могла!
— Да не было этого! — Кристина повысила голос. — Дима, скажи ей! Я всю неделю работала допоздна, у нас отчет!
Дима растерянно переводил взгляд с жены на сестру:
— Даша, ты уверена? Может, тебе показалось?
— Показалось? — горько усмехнулась Даша. — То есть ты веришь ей, а не мне? Своей родной сестре?
— Я не это имел в виду...
— Я так и знала! — Алевтина Александровна всплеснула руками. — Она настроила тебя против нас! Против родной семьи!
Кристина резко встала из-за стола:
— Хватит! Я не буду слушать эту ложь! Даша, расскажи им правду! Расскажи, что ты не работала эти два года! Что ты лгала нам всем!
Лицо Даши исказилось:
— Что ты несешь?
— Правду! — Кристина достала телефон. — Вот, смотрите. Я позвонила в «ТрансЛогистик» и «МаркетГрупп». Даша там никогда не работала. Ни единого дня!
Она показала Диме и Алевтине Александровне записи разговоров. Даша побледнела:
— Это... это ошибка. Они просто не помнят.
— В отделе кадров? Не помнят сотрудницу, которая якобы проработала там год? — Кристина покачала головой. — И ещё. Вот фотографии, которые ты выкладывала в социальные сети с подписями "трудовые будни", "обед с коллегами". — Она листала галерею на телефоне. — А вот фото тех же мест и дат, но с других ракурсов. Ты была не в офисе, а в торговом центре и кафе. Одна.
— Ты следила за мной? — прошептала Даша.
— Нет. Просто проверила информацию, — ответила Кристина. — Как аналитик.
Алевтина Александровна переводила потрясенный взгляд с дочери на невестку:
— Что происходит? Я ничего не понимаю!
Дима подошел к сестре и взял её за плечи:
— Даша, это правда? Ты не работала? Всё это время?
Лицо Даши исказилось, она разрыдалась:
— Я не могу! Не могу больше! — Она упала на стул. — Да, это правда! Я никогда не работала в этих компаниях! Я вообще нигде не работала после университета!
— Но почему? — тихо спросил Дима. — Почему ты лгала нам?
— Потому что я боюсь! — выкрикнула Даша. — Боюсь работать, боюсь ответственности, боюсь не справиться! А мама всегда так гордилась мной, так хвасталась перед всеми! Как я могла сказать, что я неудачница?
Алевтина Александровна прижала руку ко рту:
— Доченька, что ты говоришь? Какая неудачница?
— Обычная! — Даша всхлипывала. — Я пробовала устроиться на работу после выпуска, но меня не взяли. Потом ещё раз, и ещё. А потом... потом стало проще врать. Сказать, что меня взяли, что всё хорошо. Взять кредит, чтобы было на что жить и одеваться, как успешная девушка. А потом я уже не могла остановиться.
— Но деньги... — начал Дима. — Откуда такая сумма долга?
— Я брала кредиты, чтобы погашать предыдущие. Потом новые, чтобы было на жизнь. На подарки вам, на ремонт маме, — Даша вытирала слезы. — Я хотела, чтобы вы гордились мной. Чтобы думали, что я успешная, самостоятельная. А теперь всё рушится!
В комнате повисла тяжелая тишина. Алевтина Александровна беззвучно плакала, Дима стоял неподвижно, а Кристина смотрела на Дашу с неожиданным сочувствием.
— И что же ты собиралась делать дальше? — тихо спросила она. — Брать новые кредиты до бесконечности?
— Я не знаю, — призналась Даша. — Я просто жила одним днем. А потом... потом стало слишком поздно что-то менять.
***
Следующие два часа прошли в тяжелых разговорах. Даша рассказывала о своих страхах, о том, как каждое собеседование вызывало у неё паническую атаку, как она боялась не оправдать ожидания семьи.
Алевтина Александровна была раздавлена. Она не могла поверить, что не заметила состояния дочери, что невольно подталкивала её к обману своими высокими ожиданиями.
— Почему ты не рассказала мне? — спрашивала она сквозь слезы. — Я бы поняла!
— Правда? — горько улыбнулась Даша. — А как же твои рассказы о том, какая я молодец? Как ты хвасталась перед соседями моей "карьерой"?
Алевтина Александровна опустила глаза:
— Я просто гордилась тобой. Хотела, чтобы у тебя всё было хорошо.
— Настолько, что не замечала очевидного, — заметила Кристина.
— А ты не лучше! — вскинулась Алевтина Александровна. — Сразу начала подозревать, копать!
— И оказалась права, — тихо сказал Дима. — Если бы не Кристина, мы бы так и не узнали правду.
Наступила тишина. Потом Кристина заговорила, обращаясь к Даше:
— Ты понимаешь, что эту ситуацию надо как-то решать? Долги не исчезнут сами собой.
Даша кивнула, глядя в пол:
— Понимаю. Но я не знаю, с чего начать.
— С работы, — твердо сказала Кристина. — Настоящей работы.
— Но я боюсь! Ты не понимаешь! У меня паника начинается от одной мысли о собеседовании!
Кристина задумалась:
— В моей компании есть вакансия младшего аналитика. Работа не сложная, но требует внимательности. Я могу замолвить за тебя слово.
Даша удивленно подняла глаза:
— Ты... поможешь мне? После всего, что я наговорила о тебе?
— Я помогаю не тебе, а всей семье, — пожала плечами Кристина. — Чем быстрее ты начнешь работать, тем быстрее сможешь выплачивать долги.
— А как же деньги? — спросила Алевтина Александровна. — Коллекторы не будут ждать.
— У нас есть предложение, — сказал Дима, переглянувшись с женой. — Мы можем взять на себя часть долга, примерно треть. Остальное Даша будет выплачивать сама, постепенно. Мы поможем составить план погашения и договориться с банком о реструктуризации.
— Только треть? — возмутилась Алевтина Александровна. — А как же она справится с остальным?
— Так же, как справляются миллионы людей, — спокойно ответила Кристина. — Работая и постепенно выплачивая.
— И ещё одно условие, — добавил Дима. — Даша должна быть полностью честной с нами. Никакой лжи, никаких недомолвок. Иначе никакой помощи.
— Это шантаж! — воскликнула Алевтина Александровна.
— Нет, мама, — неожиданно твердо сказала Даша. — Это справедливо. Я согласна.
Она посмотрела на Кристину:
— Я... я попробую. На работе. Правда попробую.
Кристина кивнула:
— Я верю. Но имей в виду: я не смогу прикрывать тебя, если ты будешь плохо работать. Это будет только твоя ответственность.
— Понимаю, — Даша выпрямилась. — Спасибо за шанс.
Алевтина Александровна покачала головой:
— Всё равно считаю, что вы должны помочь полностью. Мы же семья!
— Именно потому, что мы семья, мы и помогаем, — сказал Дима. — Но настоящая помощь — это не просто дать денег. Это научить человека справляться с проблемами.
— Ты теперь философ? — едко спросила Алевтина Александровна. — Это всё её влияние! — она кивнула в сторону Кристины.
— Мама, перестань, — устало сказала Даша. — Кристина и Дима правы. Мне нужно научиться отвечать за свои поступки. Я уже взрослая.
Алевтина Александровна выглядела так, словно собиралась возразить, но потом лишь махнула рукой и отвернулась.
***
Прошло три месяца. Жизнь семьи Далеевых постепенно налаживалась, хотя и не без трудностей.
Даша устроилась в компанию, где работала Кристина. Первые недели были крайне тяжелыми — девушка нервничала, делала ошибки, несколько раз была готова всё бросить. Но постепенно она втянулась. Оказалось, что у неё действительно есть способности к аналитической работе — внимательность, усидчивость, хорошая память.
Дима и Кристина взяли на себя треть долга Даши — чуть больше трехсот тысяч рублей. Это значительно отодвинуло их планы на покупку новой квартиры, но они решили, что семейное благополучие важнее.
С оставшейся суммой Даше помогли договориться о реструктуризации. Теперь каждый месяц значительная часть её зарплаты уходила на погашение долга, но девушка не жаловалась. Она сняла дешевую комнату вместо дорогой квартиры, продала брендовую одежду и аксессуары, отказалась от ресторанов и путешествий.
Отношения Кристины и Алевтины Александровны оставались напряженными. Свекровь по-прежнему считала, что невестка слишком жестко поступила с Дашей, что можно было решить проблему "по-семейному" — просто отдав деньги и забыв об этом.
— Она упрямая, — говорила Алевтина Александровна сыну во время одного из визитов. — Всегда хочет быть правой, всех контролировать.
— Мама, перестань, — устало отвечал Дима. — Кристина поступила правильно. Посмотри на Дашу — она наконец-то начала жить настоящей жизнью, а не иллюзией.
— Да, но какой ценой? Работает с утра до вечера, живет в комнатушке, экономит на всем!
— Как и миллионы других людей, — пожимал плечами Дима. — И знаешь что? Она впервые выглядит по-настоящему спокойной. Без этого постоянного страха разоблачения.
Алевтина Александровна лишь качала головой, не желая признавать очевидное.
Сама Даша изменилась. Она больше не пыталась создать образ успешной девушки с обложки, не стремилась произвести впечатление дорогими вещами. Её разговоры стали искреннее, а улыбка — естественнее.
Однажды вечером она пригласила Кристину в кафе после работы.
— Хочу кое-что сказать, — начала Даша, когда они сели за столик.
— Я слушаю, — Кристина отпила кофе, с интересом глядя на золовку.
— Спасибо тебе, — просто сказала Даша. — За то, что не позволила мне продолжать врать. За то, что помогла с работой. За то, что поверила в меня.
Кристина удивленно приподняла брови:
— Я думала, ты всё ещё обижаешься.
— Обижалась, — призналась Даша. — Сначала очень сильно. Считала тебя черствой, бездушной. Даже возненавидела, когда ты раскрыла мой обман перед мамой.
— А сейчас?
— Сейчас я понимаю, что это было необходимо. Я бы так и продолжала жить во лжи, брать новые кредиты, бояться каждого звонка. — Даша посмотрела Кристине в глаза. — Ты меня спасла. Буквально.
Кристина смущенно улыбнулась:
— Я просто делала то, что считала правильным.
— И оказалась права, — Даша откинулась на спинку стула. — Сегодня я получила первую премию. Небольшую, но это показатель того, что я справляюсь. И я подумала: может, мне поговорить с мамой? Объяснить ей, что ты была права, что твоя "жесткость" — это на самом деле забота.
— Не уверена, что она захочет слушать, — осторожно заметила Кристина. — Твоя мама... она очень упрямая.
— Вся в неё, — улыбнулась Даша. — Но я должна попытаться. Не хочу, чтобы из-за меня в семье был раздор.
Кристина задумчиво посмотрела на девушку:
— Знаешь, я в тебе ошибалась. Думала, ты безответственная и избалованная. А ты просто заблудилась немного.
— Сильно заблудилась, — хмыкнула Даша. — На девятьсот пятьдесят тысяч.
Они обе рассмеялись, и напряжение, висевшее между ними последние месяцы, наконец начало таять.
Однако разговор Даши с Алевтиной Александровной не принес желаемых результатов. Свекровь выслушала дочь, но осталась при своем мнении. Она считала, что Кристина слишком сурова, что можно было решить проблему мягче, "по-семейному".
— Она никогда не будет мне родной, — сказала Алевтина Александровна дочери. — И внуков воспитывает не так, как надо. Всё по графику, по правилам. Никакой свободы!
Даша лишь вздохнула, понимая, что некоторые вещи невозможно изменить.
Кристина тоже не питала иллюзий относительно отношений со свекровью. Она смирилась с тем, что Алевтина Александровна всегда будет видеть в ней чужака, разрушителя семейных традиций. Ради мужа и детей она старалась быть вежливой, но близости между ними не возникло.
Семейные встречи стали реже и формальнее. Дима разрывался между женой и матерью, стараясь сглаживать острые углы, но понимал, что полного примирения не будет.
В тот вечер, возвращаясь домой от свекрови, Кристина смотрела в окно такси и думала о странных поворотах судьбы. Кто бы мог подумать, что именно Даша, бывшая когда-то источником проблем, станет её союзником в семье? Жизнь полна сюрпризов.
— О чем задумалась? — спросил Дима, сидевший рядом.
— О том, как всё изменилось за эти три месяца, — ответила Кристина. — И о том, что иногда правильные решения — самые непопулярные.
Дима взял её за руку:
— Я горжусь тобой. Ты поступила правильно, хотя это было нелегко.
— Твоя мама никогда этого не признает.
— Возможно, — он пожал плечами. — Но это не меняет сути. Ты помогла Даше начать новую жизнь. Настоящую, без лжи и страха.
Кристина улыбнулась и положила голову на плечо мужа. В конце концов, не так важно, что думает о тебе свекровь. Главное — быть в мире с собой и своими решениями.
А Даша... что ж, она на правильном пути. И это само по себе маленькая победа.
***
Ноябрьский вечер окутал город промозглой сыростью. Кристина возвращалась с работы, когда заметила у подъезда знакомую фигуру. Алевтина Александровна стояла под зонтом, нервно поглядывая на часы. "Нам нужно поговорить," — сказала свекровь с непривычной мягкостью в голосе. "Я была неправа. А еще... Даша снова в беде. Она скрывала от всех, но сейчас ей действительно нужна помощь. Вчера ко мне приходила какая-то женщина и рассказала странные вещи о компании, где работает моя дочь...", читать новый рассказ...