Воздушные бои Александра Покрышкина: захват Юттерборга, героизм и трагедия в 104-м гвардейском истребительном авиационном полку Великой Отечественной войны.
Бой в воздухе: смелые действия Вячеслава Березкина: штурм колонн противника в Юттерборге
Внезапная атака Березкина
Отдать приказание было просто. Но для выхода на высоту требовалось время. Пара Бондаренко явно не успевала перехватить вражескую группу до нанесения удара.
В этой обстановке находившийся под облаками Вячеслав Березкин не растерялся. Несмотря на численное превосходство противника, он, маскируясь облачностью, вышел в тыл вражеской группе и внезапной атакой сбил одного из «фоккеров».
Остальные вначале заметались и побросали бомбы в лес. Но потом увидели, что здесь всего один краснозвёздный истребитель. «Фоккеры» стали разворачиваться для атаки.
Березкин ушёл в облачность, произвёл маневр. Он вновь выскочил из облаков в хвост вытянувшейся группы немецких самолётов. Снова последовала стремительная атака. И сбитый «фоккер» упал на землю.
Продолжая умело использовать облачность, Березкин сбил и третьего «фоккера». А когда на высоту подошла пара Бондаренко, группа противника прекратила бой и ушла на северо-запад.
У наших истребителей горючее было на исходе, и они не смогли преследовать врага. Смелые и тактически грамотные действия Березкина сорвали вражеский удар по танкистам. Бой закончился удачно.
Но могло произойти и по-другому, если бы немецкие лётчики проявили активность. Рассчитывать в бою только на удачу нельзя. Надо создавать благоприятные условия для наших истребителей. Для этого нужен аэродром, расположенный ближе к району прикрытия.
Решение Покрышкина о захвате аэродрома в Юттерборге: тактика воздушных боев
Штаб авиадивизии понимал, нельзя пассивно ждать указаний сверху. Было решено самим проявлять активность. На аэродромы, захваченные наступающими войсками, командующий воздушной армией С.А. Красовский сажал части штурмовиков и истребителей для их сопровождения. Его действия были оправданными в условиях слабой активности вражеской авиации. Да и наземные войска требовали поддержки «илов».
Захват авиабазы в Юттерборге: подвиг 104-го гвардейского полка Покрышкина
Запрос Покрышкина
Покрышкин позвонил в штаб армии Лелюшенко, кратко рассказал о трудностях и попросил захватить авиабазу юго-западнее Берлина, в Юттерборге.
Танкисты откликнулись оперативно. Через два дня сообщили, что район базы захвачен танковой бригадой. Немедленно отправили туда передовые команды 104-го гв. авиаполка и батальона аэродромного обслуживания.
Покрышкин решил сам осмотреть аэродром в Юттерборге на следующий день. Утром были собраны командиры полков, чтобы заранее получить указания о порядке их действий в отсутствие комдива.
Неожиданно подъехала машина с О.М. Родионовым.
Диалог Александра Покрышкина с О.М. Родионовым перед трагедией
– Что заставило вас оставить КП и приехать в дивизию? – спросил его Покрышкин.
– Прибыл согласовать с вами наши дальнейшие действия. Сейчас начались сильные бои с 12-й армией Венка. От пленных стало известно, что её сняли с западного фронта по личному приказу Гитлера и поставили задачу пробиться в Берлин. Танкисты, отражающие наступление этой армии, просят прикрыть их. Считаю, что надёжное выполнение этой задачи обеспечит базирование наших полков на аэродроме Юттерборг. Он недавно занят танкистами.
– Все ясно! Это сейчас мы и делаем. Я собираюсь выехать в Юттерборг. Вы же останьтесь за меня в Котбусе и руководите боевой работой полков.
– Товарищ командир! Разрешите мне поехать на этот аэродром. Он нанесён у меня на карте, и я знаю дороги для поездки туда. Командовать здесь не смогу, ещё не знаю командиров полков и многих лётчиков. Лучше будет, если я поеду в Юттерборг.
– Говорил Родионов убедительно. Чувствовалось, что все обдумал заранее. Он убедил меня.
– Хорошо! Выезжайте на моей машине вместе с начальником особого отдела Волобуевым. Он хочет ознакомиться с обстановкой в городе. К вечеру жду вашего возвращения и доклада.
Трагедия О.М. Родионова и Л.А. Волобуева: гибель в воздушном бою над Юттерборгом
Поиски пропавших офицеров
О.М. Родионов и Л.А. Волобуев не прибыли вечером, как было условлено. К утру также не вернулись. Заподозрив неладное, боевая пара самолётов вылетела в Юттерборг.
С воздуха осмотрели авиабазу. Это было современное сооружение. На южной окраине города грунтовой аэродром с щитовыми казармами. Западнее – аэродром с бетонной полосой и большим ангаром. Южнее – две взлётно-посадочные площадки, заставленные рядами «мессеров».
Здесь, по-видимому, базировались истребители ПВО Берлина и была заводская перегоночная база. После посадки на грунтовой аэродром, с которого давали зелёные ракеты, выслушал доклад командира батальона о подготовке к приёму полка.
– Сюда выехали мой заместитель подполковник Родионов и майор Волобуев. Вы не встречались с ними? – спросил Покрышкин у комбата.
– Они были здесь ещё до нашего приезда, а потом поехали на западный аэродром, вон на тот, с ангаром, – показал рукой комбат. – И там взорвались на мине.
– Что ты говоришь! Как взорвались?..
– Начальник комендатуры города сообщил нам, что они, подъезжая к ангару, наскочили на противотанковую мину. Все, кто был в машине, убиты. Их похоронили на городском кладбище.
Осмотр места трагедии
Ошеломлённый происшедшим, Александр Иванович стоял молча, думая о боевых товарищах. Очень сожалел, что не поехал сам, а разрешил осмотреть аэродром Родионову. Наверняка бы подобного не случилось. Ведь не раз уже сталкивался с тем, что фашисты минируют объекты.
– Давай машину! Поехали в комендатуру! – приказал комбату.
Начальник комендатуры пояснил обстоятельства гибели офицеров и проехал со мной на место взрыва. Вот она, щебёночная дорога к ангару, на которую они свернули, не доехав километр до асфальтированного поворота на аэродром, скрытого отсюда сосновой лесопосадкой. Постояв при въезде на неё, посмотрели на воронку от взрыва и исковерканные куски автомашины. Молча обнажили головы, почтив память погибших.
Потом проехали по шоссе дальше, по основной дороге на аэродром. На переезде через ж/дорожную ветку стоял подорвавшийся на мине наш танк и указатель «Разминировано». Осматривая базу, двигались только по бетонной полосе и рулёжкам, не сворачивали на грунт, где, видимо, таилась ещё не одна мина. Немецкий фашизм, доживая последние дни, как скорпион в агонии, стремился жалить всё живое.
Возвращаясь в комендатуру, не переставал думать о Герое Советского Союза Олеге Макаровиче Родионове и Леониде Андреевиче Волобуеве, с которым мы так дружно работали. На душе было тяжело. С ними погиб и водитель машины сержант Михаил Васильевич Рачек. Размышления привели меня к выводу, что причиной гибели явилась профессиональная особенность боевых лётчиков. Постоянно находясь на грани риска в бою с врагом, подвергаясь огню зениток, они порой теряют чувство осторожности и пренебрегают опасностью на земле. Это качество знакомо и мне, но пока, как говорится, везло.
Расстроенный происшедшим, я вернулся в Котбус. Ставя задачи гв. 104-му ИАП на перелёт в Юттерборг, потребовал от командиров предупредить весь личный состав об осторожности, найти возможность привлечь сапёров к осмотру базы. Туда же Покрышкин отправил приданную дивизии батарею зенитных пушек. Эскадрильи после выполнения задачи на патрулирование приземлялись в Юттерборге. Полк обживал новое место своего базирования.
Штурм окружённой группировки противника
Подготовка к штурму
На другой день утром в штаб дивизии поступило указание ген. Утина начать штурмовку окружённой группировки противника, прорывающейся по лесным массивам на запад. Свои действия надо было согласовать с 3-й гв. армией ген. Гордова, стоящей на острие возможного прорыва противника. Взяв ведомым Андрея Труда, Покрышкин парой перелетел в Юттерборг. На автомашине добрался до штаба армии и тщательно проработал там все вопросы взаимодействия. Вернулись в Юттерборг. К вечеру мы с Трудом вылетели в Котбус.
Решил по пути осмотреть район окружённой группировки фашистских войск. Внизу, в лесных массивах, по всем просекам двигались в западном направлении колонны автомашин, бронетранспортёров и колонны солдат. Цель была заманчивой. Не утерпев, комдив начал штурмовать одну из колонн. С пологого пикирования длинными очередями открыл огонь по машинам и бегущим рядом с ними солдатам. В одну из атак раздался взрыв в самолёте. В кабину потянуло пороховым дымом. «Попала зенитка», – подумал Покрышкин и взял курс на Котбус. На земле выяснилось, что в патроннике пушки разорвался снаряд, по-видимому, из-за перегрева при длинных очередях стрельбы.
Комдив решает ещё раз сводить группу на штурмовку до наступления сумерек. Тем более, что хорошо известно, где движется противник, и нельзя упускать возможности нанести удар. Самолёт Александра Ивановича неисправен, он берёт в полку другой и возглавляет одну эскадрилью, вторую – ведёт Трофимов. Над лесным районом, западнее Шпрее лётчики получают от комдива целеуказание: где штурмовать. Сам он решает подавить зенитный огонь, который ведут с двух бронетранспортёров по четыре пушки на каждом.
Энергичным переворотом истребитель введён в крутое пикирование. Прицеливание, нажатие на спуск. Последовало несколько выстрелов и оружие замолкает. А выходить из атаки нельзя. Подставить «живот» самолёта под огонь восьми «эрликонов» – смерть. Надо подавить их психологически. Покрышкин пикирует на зенитки почти до самой земли и выхватывает самолёт над верхушками сосен. Отойдя в сторону и набрав высоту, проверяет оружие. Полный отказ! Собрав группу после окончания штурмовки, комдив повёл всех на Котбус. На КП ИАП лётчики доложили о результатах атак. Заслушивание прерывает инженер полка Копылов:
– Товарищ командир дивизии, что произошло с вами? Откуда на вашем самолёте в щелях лючков и в вырезах кока винта хвоя?
– Да что там хвоя! Вы бы лучше готовили самолёт к боевому вылету. У него неисправное оружие!
– Самолёт давно не летал, на нём меняли мотор, а вооружение после этого не проверили, товарищ командир, – развёл руками Копылов. – Весенняя влажность, боеприпасы отсырели и отказали. За это я строго наказал техника и оружейника. А насчёт хвои вам всё-таки надо бы самому посмотреть. Случай ненормальный.
Рискованный манёвр и выводы
Закончив разбор полёта, Покрышкин ещё раз сам осмотрел самолёт. Стало ясно, что при выводе истребителя из пикирования над зенитчиками, были задеты верхушки сосен. К счастью, не произошёл удар о стволы деревьев. Хорошо, что всё обошлось. Вроде и волноваться нет причин. Лётчики, постоянно рискуя в боях, к подобным случаям относились спокойно, без переживаний: чуть-чуть не в счёт. Но выводы были безусловно сделаны... На другой день воздушная армия наносила мощные бомбовые удары по окружённой группировке врага в лесных массивах, упорно прорывающейся на запад.
Предыдущая часть:
Продолжение: