В 2015 г. в Бахчисарае, в начале дороги, ведущей на Чуфут-Кале, был установлен туристический указатель, информирующий о том, что в двух километрах находится туристический объект под названием «Священная роща Батла-Тиймез» (с опечаткой: «батла» вместо «балта»). В следующем, 2016 г., Духовное управление караимов Республики Крым обратилось в Министерство туризма Республики Крым с просьбой убрать указатель, содержащий недопустимое для караимов языческое понятие священной рощи. Указатель убрали, но сама проблема осталась.
В настоящей статье мы рассмотрим самый известный миф современной караимской истории – миф о священных дубах на караимском некрополе в Чуфут-Кале под названием Иосафатова долина. Действительно, на караимском кладбище сохранилось около десяти дубов (вид Дуб скальный). Сейчас, когда кладбище заросло молодым грабовым лесом, дубы теряются в лесной чаще, но в прошлом, на лишенной растительности местности, высокие дубы заметно выделялись и выглядели величественно. Вот об этих дубах и идет речь.
Что представляет собой этот миф? Речь идет о локальном культе поклонения дубам в священной роще на караимском некрополе Иосафатова долина в Чуфут-Кале. Естественно, все это мы берем в кавычки, так как культ существует не в действительности, а исключительно в ментальной реальности. Чтобы стало понятно, о чем идет речь, обратимся к статье К. Е. Ефетова и Ан. В. Ена «Храм под открытым небом: святилище дубов на кладбище крымских караимов-тюрков Балта Тиймэз», которую обычно находят в интернете интересующиеся данной темой. Одним из авторов является караим по происхождению Константин Евгеньевич Ефетов, ярый поклонник культа священных дубов. Вот небольшие выдержки из статьи, дающие представление о культе:
«После принятия караимизма — монотеистической религии, признающей только Ветхий Завет и отвергающей Талмуд, поклонение деревьям осталось реликтовым пережитком древних языческих верований караев и переросло в поклонение Богу Небесному у священных дубов (храм под открытым небом)».
«Поклонение священным дубам у караимов связывалось с культом небесного божества Тэнгри. Именно поэтому условием проведения обряда считалась возможность видеть открытое небо, а вокруг стволов выкладывалась фигура в виде солнца с расходящимися лучами».
«Считалось, что дубы сообщают людям силу, мужество, мудрость и помогают сориентироваться в трудных жизненных обстоятельствах. В чрезвычайных ситуациях к дубам мог обращаться полномочный представитель общины».
Хотя авторы и утверждают, что культ священных дубов возник из древних верований караимов, это не подтверждается письменными источниками. На самом деле все началось с академика Петра Симона Палласа, который при посещении Чуфут-Кале в 1793 г. оставил нам вот такое интересное свидетельство:
«Жиды [караимы] придают такое значение этой маленькой, называемой Иосафатовой долине, что когда бывшие ханы надумали вытребовать с них добровольный подарок, то, чтобы получить его, им достаточно было угрозы вырубить деревья этого места, будто бы нуждаясь в дровах[1]».
Паллас не уточняет, какие именно деревья (в оригинале bäumе) караимы запрещали рубить, но из общего исторического контекста понятно, что речь идет о дубах.
Собственно говоря, это и все, что нам достоверно известно о дубах, растущих на караимском кладбище Чуфут-Кале. Все остальное не больше чем домыслы, основанные на цитате Палласа. Не будь этого сообщения конца XVIII в., миф, скорее всего, и не появился бы вовсе. Со времен Палласа (о более ранних источниках и не приходится говорить) и до первой половины XX в. нам не удалось найти ни одного упоминания об этих дубах. И это несмотря на то, что было издано три очерка о Чуфут-Кале, написанных караимами. Это «Память о Чуфут-Кале» С. А. Бейма (1860), «Караимы и Чуфут-Кале в Крыму. Краткий очерк» С. М. Шапшала (1896) и «Старинный караимский городок Калэ, называемый ныне Чуфут-Калэ» М. Я. Фирковича (1907). Во всех трех очерках описывается караимский некрополь Иосафатова долина, но ни дубы, ни связанный с ними культ даже не упоминается.
Сообщение Палласа приобрело новый смысл в контексте хазарской теории, получившей широкое распространение в XX в. Первым, кто стал педалировать эту тему, был караимский общественный деятель Серая Маркович Шапшал (1873-1961). В статье 1955 г., в которой был опубликован сфальсифицированный документ о пребывании Богдана Хмельницкого в Крыму, Шапшал делает предположение о том, что упоминаемое Палласом почитание дубов является рудиментом языческих верований:
«Дело в том, что старинное кладбище, расположенное в долине, носящей название Иосафатовой, сплошь заросло вековыми дубовыми деревьями, рубить которые у караимов считалось за большой грех, отчего оно и называлось татарами «балта-тиймез», буквально «топор не коснется». Пережитки подобного древопочитания, по-видимому, унаследованы караимами от хазар»[2].
Гипотеза (и не более того) Шапшала сыграла ведущую роль в становлении мифа. В 1990-х годах сюжет о дубах получил дальнейшее развитие, обрастая новыми деталями, которые не были известны Шапшалу и уже тем более Палласу. В это время миф и был сформирован в том виде, в каком мы знаем его сегодня, и самое активное участие в этом принял лидер общественного мнения среди караимов Юрий Александрович Полканов.
«Поклонение дубам, – читаем мы в программной брошюре «Караи (крымские караимы)», – одна из сокровенных сторон древних верований крымских караимов. Отношение к культовым деревьям благоговейное: караи убеждены, что их судьба зависит от отношения к святыне. Верят, что проявивших неуважение к дубам постигнет кара, а ревнители культа будут вознаграждены. Осквернителей святынь ожидала кровная национальная месть… По древней традиции вот уже много веков караи стремятся хотя бы раз в году совершить паломничество и прикоснуться к священным дубам. И убеждены, что Тэнри исполнит загаданные у дубов сокровенные желания»[3].
Еще более яркие фантазии на тему дубов можно найти у Ефетова:
«Караи верили, что дубы осуществляют связь между землей и небом. Поэтому считалось, с предками можно поддерживать контакт через священные деревья. Согласно традиционным верованиям, корни дуба связаны с телами усопших, а их души сорок дней после смерти находятся на ветвях и листьях кроны, чтобы затем окончательно покинуть этот мир»[4].
Почти в каждом караимском издании (которые, как правило, цензурировал Полканов) обязательно упоминался культ дубов, и со временем миф стал невероятно популярен, сначала у караимов, а после, что называется, пошел в массы. Благодаря популяризации культа у караимов появилась новая традиция: при посещении кладбища обнимать дубы. Миф прижился, но с наступлением двадцать первого века, когда в среде интеллектуалов караимская историография стала переосмысливаться, появилась и критика культа дубов.
С опровержением мифа, например, выступил евпаторийский газзан Виктор (Давид) Захарьевич Тирияки, написавший статью «Дубы в сакральном пространстве крымских караимов»[5]. Упоминаемое Палласом почитание деревьев на кладбище Тирияки объясняет вовсе не языческой, как Шапшал, а библейской традицией, ссылаясь на тексты Ветхого Завета, где дубы и дубовые рощи упоминаются как естественные памятники. В частности, в дубовой роще Мамрэ (Мамврийская роща) были похоронены израильские праотцы Авраам и Исаак.
«Традиция почитания дуба, – подводит итог Тирияки, – как кладбищенского ориентира, вокруг которого расположены родовые захоронения, базируется на библейских событиях и подтверждается текстом Священного Писания, следовательно, она не ослабляла веру в Единого Бога и не могла служить доказательством языческих верований».
В современном караимском обществе есть как сторонники, так и противники этого культа. При этом ошибкой будет считать, что сторонники культа являются посвященными адептами, глубоко погруженными в тему. Вовсе нет, как правило, отношение к культу достаточно поверхностное, обычно все ограничивается обниманием дубов при посещении кладбища, а что касается обряда, о которых мы читаем у Полканова, Ефетова и Ена, то, насколько нам известно, его никто не проводит.
P. S. Что касается названия Балта тиймез (Топор не коснется), то оно действительно существовало, однако, в несколько другом смысле. Так крымские татары назвали дубы на кладбище (балта тиймезы), которые караимы запрещали рубить. Но никогда этим названием ни караимы, ни крымские татары не называли все кладбище.
Благодарю за внимание! Подписывайтесь на канал и читайте все самое интересное о караимах Крыма.
[1] Pallas P.S. Bemerkungen auf einer Reise in die südlichen Statthalterschaften des russischen Reichs in den Jahren 1793 und 1794. Leipzig. 1801. Р. 35; Паллас Петр Симон. Наблюдения, сделанные во время путешествия по южным наместничествам Русского государства в 1793-1794 годах // Научное наследство. Т. 27. М., 1999. С.32.
[2] Шапшал С. М. О пребывании Богдана Хмельницкого и его сына Тимофея в Крым // Вопросы истории. 1955, № 8 (август). С.144–46; Кизилов М. Б. Ильяш Караимович и Тимофей Хмельницкий: кровная месть, которой не было. Фальсификации источников и национальные истории: материалы круглого стола, 27. Москва: Институт Востоковедения РАН, 2007.
[3] Караи (крымские караимы). Симферополь-Акъмэджид, 2000. С. 26-27.
[4] Ефетов К. Е., Ена Ан. В. Храм под открытым небом: святилище дубов на кладбище крымских караимов-тюрков Балта Тиймэз // Историко-культурное наследие крымских караимов / ред.-сост. Полканова А. Ю. Симферополь, 2016. С. 311.
[5] Тирияки В.З. Дубы в сакральном пространстве крымских караимов // Известия Духовного управления караимских религиозных организаций Украины. №3(12). 2012. С. 7-8; №4(13). 2012. С. 6-10.