Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Сайт психологов b17.ru

Стать лучшей версией себя

В современном обществе существует тенденция к самосовершенствованию. Интернет пестрит различными лозунгами о том, как важно выстраивать и отстаивать границы своего Я, как улучшить себя внешне и внутренне, как проработать травмы. Этот культ продуктивности содержит в себе идею некоторой цельности и завершенности: я стану лучшей версией себя. Но что будет дальше? Что по ту сторону этой лучшей версии? И можно ли ей вообще стать? В теории стадии зеркала Лакана Я возникает с помощью речи другого и отражения в зеркале. Представим: беспомощный маленький ребенок, которому еще сложно передвигаться на двух ногах, видит в зеркале совершенный полный образ и родитель, обращаясь к ребенку, говорит: «Это твое отражение». Ребенок идентифицируется с этим образом в зеркале, но идентификация является отчужденной. Отчужденная — вынесенная за пределы меня, внешняя, то есть Я возникает не как нечто внутреннее, а как воображаемая конструкция: образ, который всегда в некотором смысле чужд, «не мой». В схеме L

В современном обществе существует тенденция к самосовершенствованию. Интернет пестрит различными лозунгами о том, как важно выстраивать и отстаивать границы своего Я, как улучшить себя внешне и внутренне, как проработать травмы. Этот культ продуктивности содержит в себе идею некоторой цельности и завершенности: я стану лучшей версией себя. Но что будет дальше? Что по ту сторону этой лучшей версии? И можно ли ей вообще стать?

В теории стадии зеркала Лакана Я возникает с помощью речи другого и отражения в зеркале. Представим: беспомощный маленький ребенок, которому еще сложно передвигаться на двух ногах, видит в зеркале совершенный полный образ и родитель, обращаясь к ребенку, говорит: «Это твое отражение». Ребенок идентифицируется с этим образом в зеркале, но идентификация является отчужденной. Отчужденная — вынесенная за пределы меня, внешняя, то есть Я возникает не как нечто внутреннее, а как воображаемая конструкция: образ, который всегда в некотором смысле чужд, «не мой». В схеме L мы видим эту линию между Я(moi) и другим (а′), этот штрих указывает нам на то, другой отличается от меня лишь на небольшой штрих.

Отношения между Я и а′ — воображаемая драма, которая разыгрывается всю жизнь. Отношения между Я и образом другого становятся ареной непрерывных сравнений, конкуренции и подозрительности. Стремление к совершенству оказывается ловушкой воображаемого, гонкой за образом, который всегда принадлежит Другому. Там, где появляется постоянно сравнение и желание уподобиться идеальному образу, возникает вопрос о паранойе. Кто все эти другие, которые кажутся мне идеальными и занимают мое место?

Цельный совершенный образ никогда не совпадает с тем, что мы в психоанализе называем субъектом бессознательного. Субъект расщеплен, а нехватка, конституирующая наше желание и субъективность, невосполнима, она не устраняется ни психотерапией, ни дисциплиной, ни культом продуктивности. Стремление стать «цельным» и «совершенным» — это попытка устранить субъективность.

Психоанализ не обещает, как некоторые пси-направления, избавить от нехватки — напротив, он предлагает признать её и найти свой способ существовать с ней. Субъективное желание никогда не совпадает с социальным идеалом. Вместо того чтобы подчиняться требованию стать «лучшими» и «совершенными», психоанализ признает несводимость субъекта к целостности. Задача состоит в том, чтобы исследовать и обнаружить свой собственный способ говорить и желать — это именно то, что делает нас живыми. Психоанализ как практика различения и различий делает акцент на сингулярности, неповторимости, непохожести каждого человека.

Автор: София Юшманова
Психолог

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru