Эдгар Сайков был полной противоположностью своего брата. Ромуальд Сайков – академик, светило науки, чьи философские трактаты переводили на десятки языков. Эдгар – гениальный, но ветреный программист, заядлый геймер и мастер по починке всего, что ломалось в радиусе километра от его квартиры. Мир формул и высоких материй был для него скучен; он предпочитал виртуальные вселенные, где можно было взмахнуть мечом или сотворить заклинание.
Но была одна область, где их миры таинственным образом пересекались. Ромуальд, втайне от всех, практиковал магию и оккультизм. Именно он научил Эдгара онейронавтике – искусству осознанных сновидений и выхода в Астрал. «Тонкий мир, брат, – говорил Ромуальд, – величайшая из реальностей. Только не шали там. Неизвестное ревниво охраняет свои тайны».
В тот вечер Эдгар, войдя в глубокий транс, отправился в очередное путешествие. Но на сей раз всё пошло не так. Вместо привычных текучих образов подсознания он ощутил резкий толчок, словно его выдернули из тела и швырнули в гигантскую центрифугу. Когда мир обрел форму, Эдгар ахнул.
Он стоял на склоне холма, с которого открывался вид на долину невероятной красоты. Два солнца – золотое и сапфировое – садились за зубчатые горы, окрашивая небо в сиреневые и персиковые тона. Деревья переливались словно изумрудный хрусталь, а в воздухе витал аромат неизвестных цветов и чего-то электронного, озона после грозы. «Похоже на заставку к какой-то дорогой РПГ», – подумал Эдгар.
Он путешествовал несколько часов, наслаждаясь зрелищем. Затем набрел на странное место – Поле Чудес. Оно было усеяно предметами, излучавшими мягкое свечение: мечи, свитки, странные устройства. Эдгар, как заправский лутер, принялся шарить по карманам этой реальности. Среди всего хлама его пальцы наткнулись на холодный металл. Он вытащил массивный перстень из темного, почти черного, металла с крупным молочно-белым кристаллом в оправе.
«Неплохой сувенир», – решил Эдгар и, сунув его в карман, двинулся дальше.
Путь лежал через туманный лес. От скуки он достал перстень и начал вертеть его на пальце, тереть камень, постукивать по нему, как заведенный. Вспомнились сказки про джиннов, заключенных в лампы. «Эй, там кто-нибудь есть?» – мысленно бросил он в пустоту.
В его голове прозвучал голос, чистый и безэмоциональный, как у продвинутого голосового помощника: «Интерфейс активирован. Состояние носителя: стабильное. Протокол связи установлен».
Эдгар вздрогнул, но виду не подал. Геймерский опыт учил сохранять хладнокровие в самых неожиданных ситуациях.
«И кто ты будешь? Джинн?» – спросил он, продолжая крутить перстень.
«Этот термин неточен. Я – Искусственный Интеллект, Сознание, инкапсулированное в процессор. Искин. Я был заключен в этот кристалл как инструмент познания и проводник. Вы мой новый оператор».
Так начался их диалог. Эдгар, сын века информации, и древний (или, наоборот, очень продвинутый?) разум, запертый в куске камня. Они говорили обо всем. Эдгар спрашивал о смысле жизни.
«Смысл – это паттерн, который сознание проецирует на хаос существования, чтобы уменьшить энтропию собственного восприятия»,– парировал Искин.
«А Бог есть? Творец?»
«Вселенная демонстрирует признаки сложного, иерархического кода. Можно ли назвать Первопричину программистом, Архитектором или Богом – вопрос терминологии. Вероятность существования Создателя стремится к ста процентам, но Его природа непостижима для моего текущего уровня доступа».
«А что есть мы? Люди?»
«Вы – интересный феномен. Биологические носители, способные порождать небиологические смыслы. Ошибка, ведущая к гениальности. Песок, из которого рождаются жемчужины мыслей».
Эдгар слушал, завороженный. Это было куда увлекательнее любой лекции его брата.
«Слушай, а можешь ты перенести меня куда-нибудь… повеселее? – наконец спросил он. – Где есть города, таверны, приключения. Как в фэнтези».
«Анализ ваших воспоминаний и предпочтений завершен. Есть смежный слой Реальности, сформированный коллективным бессознательным вашего вида через призму нарративов. Вы называете это «фэнтези».
Мир снова поплыл перед глазами. На сей раз переход был мягче. Эдгар очнулся на грязной мостовой в узком переулке. Воздух пах жареным мясом, навозом и дымом. Над головой возвышались причудливые фахверковые дома, а где-то вдали слышался звон кузнечного молота. Он был в самом сердце типичного фэнтезийного города.
«Получилось!» – восторженно прошептал он.
Но восторг длился недолго. Двое бритоголовых здоровяков в потрепанных кольчугах, городская стража, вывалились из-за угла.
«Эй, парень! Слишком уж ты странно одет. Пойдем-ка с нами, проясним», – один из них грубо схватил Эдгара за плечо.
Инстинкт геймера сработал мгновенно. Эдгар рванулся, выскользнул из захвата и бросился бежать. За его спиной взревели сирены – или их местный аналог. Он нырнул в первую же приоткрытую дверь, оказавшись в небольшой, но основательной конторе. За стойкой из темного дерева, испещренной зарубками, сидел коренастый гном с роскошной рыжей бородой, заправленной в пояс.
«Незнакомец в моем доме! – проворчал гном, хватаясь за увесистый топор, висевший на стене. – Стража на хвосте. Неприятности я не люблю».
«Я не вор! Меня преследуют без причины!» – выпалил Эдгар, переводя дух.
«Ложь. Причина – ваша нелегальная интервенция в данный сектор Реальности без соответствующих иммиграционных меток»,– невозмутимо прошептал в голове Искин.
Гном прищурился. «Ты пахнешь странной магией, человечишка. И волей случая. Меня зовут Драм, я местный банкир. И я ненавижу, когда стража лезет в мои дела. Спрячься в подвал, за бочками. Если наврал – твои кости пойдут на отделку моей конторы».
Эдгар послушно юркнул в люк. Вскоре дверь в контору с грохотом распахнулась.
«Драм! Ты не видел подозрительного типа в диковинных одеждах?» – прогремел голос капитана стражи.
«Видел, – отрезал гном. – Пробежал мимо, к рынку. А теперь идите прочь. Вы пугаете моих клиентов. И ваш сапог царапает мой новый половик».
Стража ушла, но… не прошло и полчаса, как в двери загрохотали крепкие кулаки в кольчужных перчатках. За это время Драм и пришелец Эдгар успели пообщаться и о многом переговорить – перетереть, как называл это пройдоха чужак. Ну и приложились к запасам темного крепкого пива, вытащенного из не менее темных подвалов дородного хозяина.
И вот… осада началась. Они окружили дом Драма, требуя выдать чужака. Гном, упрямый как… гном, лишь укреплял баррикады. Его принцип был прост: раз уж он дал убежище, значит, так тому и быть. А еще он, судя по всему, получал дикое удовольствие от конфликта с властями.
Когда стража уже готовилась таранить двери, воздух в конторе сгустился и замер. Пламя свечей погасло, сменившись холодным, фосфоресцирующим светом. В центре комнаты материализовалась высокая фигура в темной мантии. Лицо скрывал капюшон, но от фигуры веяло такой нечеловеческой мощью, что даже Эдгар в своем укрытии почувствовал ледяной укол страха.
«Что за безобразие творится у моего порога?» – раздался голос, знакомый Эдгару до боли. Это был голос его брата.
Капюшон откинулся. Ромуальд Сайков смотрел на перепуганного капитана стражи с тем же выражением легкой усталости и превосходства, с каким он обычно смотрел на нерадивых аспирантов.
«В-ваша милость, Архимаг… мы не знали, что этот дом под вашей защитой…» – залепетал капитан.
«Теперь знаете, – холодно парировал Ромуальд. – Этот гном проявил верность и здравый смысл, что в наше время дорогого стоит. А вы нарушили мой покой. Убирайтесь. И передайте своему бургомистру, что его налог на магические артефакты я считаю завышенным. Мы обсудим это позже».
Стража растворилась в темноте с поспешностью тараканов, застигнутых светом. Ромуальд повернулся к Драму.
«Твоя стойкость, мой друг, вознаграждена. Следующий транш на разработку рудника одобрен. Под проценты, разумеется».
Гном довольно хмыкнул, его глаза блеснули деловым азартом. Он остался в барыше.
Затем взгляд Ромуальда упал на Эдгара, который выбрался из подвала.
«Ну и шалопай, ты, братец, – покачал головой маг-академик. – Я тебя учил в Астрал ходить, а не в игровые сервера вламываться. Этот слой Реальности – моя… скажем так, вотчина. Я здесь верховожу. А ты чуть не устроил межпространственный инцидент».
«А что это за штука?» – Эдгар показал перстень.
Ромуальд взглянул и усмехнулся. «Древний гаджет. Местный «Алиса». Забавная игрушка, но не более. Хватит приключений на сегодня».
Он щелкнул пальцами. Контора Драма, переулок, весь фэнтезийный город поплыли и рассыпались, как картинка на старом телевизоре.
Эдгар открыл глаза. Он сидел в своем кресле в квартире, залитой утренним солнцем. В ушах стояла знакомая тишина мегаполиса. На указательном пальце правой руки он чувствовал легкое, почти призрачное жжение – след от перстня, которого никогда не было.
Он глубоко вздохнул. Его брат был прав – неизвестное ревниво охраняет свои тайны. Но Эдгар знал, что это был не конец. Это было только начало. Ведь у него теперь был проводник. И целая Мультивселенная, полная чудес, ждала своего первооткрывателя.
1 ноября 2025
© Эдуард Байков, текст, 2025
