Город просыпался постепенно. Сонные дворники усердно пылили мётлами. Звенели утренние трамваи. Урчали двигателями проезжающие машины. То и дело хлопали металлические двери подъездов, выпуская людей на работу.
И лишь один человек выбивался из общей картины. Каждое утро он появлялся неизвестно откуда, этот странный человек неопределённого возраста. Сутулый и нескладный, с длинными непричёсанными волосами, он вырастал будто из-под земли. Стоял, как вкопанный, минуту-другую, щурился на солнце и смущённо улыбался. Потом, словно очнувшись, растерянно оглядывался по сторонам и шёл в сторону городского парка.
Он был крайне рассеян. То и дело сталкивался с прохожими, натыкался на препятствия. Мог ненароком попасть под ледяную струю поливальной машины. Он ничего не замечал, этот нелепого вида человек.
Его голова постоянно занята какими-то мыслями. Но вот вспоминать, как он дошёл до жизни такой, Марк не любит. Ему это неприятно.
В последние два месяца домом ему служит крохотная комнатушка, где из мебели – только продавленный диван, облезлое кресло да столик, на котором он варит кофе. Так случилось, что судьба вышвырнула Марка из вполне успешной, устоявшейся жизни и из родового гнезда. На улицу.
А всему виной стал его, теперь уже бывший, друг. Который бессовестно украл идею одного очень важного изобретения. И выдал за свою. Сам, по сути, бездарь. Ещё и без морали и совести человек.
Оба они трудились в одном научном учреждении и крепко дружили.
- Марк, ты – гений! Твоё изобретение спасёт нашу планету, - Глеб не скупился на неприкрытую лесть.
А вскоре запел совсем другую песню:
- В чём ты меня обвиняешь? Твоя идея не опубликована нигде и никак. Она так и осталась идеей, висящей в воздухе. И что толку? А я сам и без тебя додумался, между прочим.
- Ложь! Наглая ложь! Как ты мог? – Марк смотрел глаза в глаза и не мог найти подходящих слов. – Ведь ты был для меня братом. И даже больше.
- Какие у тебя есть доказательства? – Глеб вовсе не собирался сдаваться. – Может быть, наша переписка? Нет? Тогда закрываем тему.
Марк занимается наукой круглыми сутками. У него дар – видеть дальше и больше других. И этот дар есть талант истинного учёного.
Он не знает никаких развлечений, жизнь его течёт монотонно. У него нет никакой личной жизни. Только наука. Только непрестанный полёт мысли.
Конечно, он не может не видеть, не замечать, что прохожие, глядя ему вслед, посмеиваются над ним. И, может быть, даже считают его немного чокнутым. Но он умеет прощать людям их маленькие слабости.
- У меня столько новых идей, что хватит на много лет вперёд. Я ещё заявлю о себе в полный голос!
И непременно поправлю своё материальное положение. Я выберусь из безденежья и никогда туда не вернусь.
Что ж, вышло так, как вышло. Чтобы добиться успеха, Марк слишком многое поставил на карту. Научные опыты и эксперименты требовали немалых средств. Пришлось влезть в серьёзные долги и кредиты.
- Затраты окупятся с лихвой. Я всё рассчитал, - он щедро делился с Глебом деталями эксперимента.
А в результате остался без квартиры.
… В парке хорошо дышится и особенно хорошо думается. Там есть несколько мест, куда заходишь и уходить не хочется. А главное, там совсем безлюдно.
- Голова становится очень ясной, мысли – чёткими. Можно спокойно сидеть и думать. Сколько хочешь. И ни у кого не возникнет вопроса: что ты там делаешь? И ты не кажешься со стороны подозрительным или ненормальным.
Марк давно обратил на неё своё внимание. Девушка, в зелёном плаще с неизменным, обмотанным вокруг шеи шарфом, сегодня снова пришла сюда. Она приходила каждый день в одно и то же время.
- Что читаете? – он и сам от себя не ожидал, всё получилось как-то, само собой.
От продолжительного и пристального взгляда девушка смутилась. На её лице проскользнула лёгкая улыбка:
- Извините, если я вам помешала. Я давно за вами наблюдаю. Вы всегда очень сосредоточены. Будто решаете в уме сложные математические задачи.
Меня Алиной зовут. Прихожу сюда готовиться к экзаменам. В общежитии сложно сосредоточиться. А здесь совсем другое дело. Здесь тишина и покой.
Это была девушка из его снов. Там, в этих снах, фиалковые глаза были совсем рядом. И смотрели на Марка искренне и доверчиво.
Алина тоже смотрела по-доброму. И, вместе с тем, изучающе:
- Есть в этом странном человеке что-то необъяснимо притягательное. Он не такой, как все. Он – особенный, он необычный. Но при этом понятный. Я принимаю его. У меня такое ощущение, будто я знаю его с юных лет…
Интересно, сколько ему? Тридцать пять? Сорок? Взрослый большой ребёнок…
Теперь каждый день они с нетерпением ждали встречи друг с другом – эти два разных, непохожих друг на друга, человека.
Вели бесконечные разговоры. О том, что понятно и близко обоим. Живые разговоры и совместные размышления. Открыто, честно и по-доброму.
Марку хотелось сказать ей что-то важное, очень важное. Но он не мог выразить это словами. Он даже не знал, что именно хочет ей сказать. Только чувствовал, что хочет. Очень важное.
- Только не умею, не знаю, как.
Иногда у него возникало неодолимое желание подойти ближе и обнять, ощутить нежные прикосновения рук и аромат духов.
Он ругал себя за эти смелые фантазии, но ничего не мог с собой поделать.
- Это просто есть, где-то глубоко внутри меня.
- И да, и нет, - Алина добродушно смеётся, вот и пойми, то ли шутит, то ли всерьёз.
И пусть Марк не до конца уверен, был ли это сон или явь. Этот её серебристый смех, эти короткие нежные прикосновения рук, но даже такой малости хватало, чтобы на душе становилось теплее.
Однажды Алина не пришла. Простуда, высокая температура, постельный режим.
Но Марк ничего этого не знал и не находил себе места:
- Что-то случилось. А я даже не знаю, где её искать. Какой же я глупец!
Марк бродил по улицам и вглядывался в лица встречных девушек.
Был ли он влюблён? Он и сам не знал. Он боялся снова остаться в одиночестве.
В один прекрасный день десятки прохожих стали свидетелями того, как высокий нескладный человек вдруг круто повернул назад и ещё быстрее помчался в обратном направлении.
- Забыл дома кошелёк, - подумали одни.
- Сумасшедший! – предположили другие.
И только девушка, торговавшая на улице цветами, решила:
- Влюблённый!
А Марк, ничего и никого не замечая, расталкивая встречных, мчался по улице – туда, где мелькнуло в толпе её лицо…