— Ой, Галина, а это вы сами себе платье шили? — Инна Вячеславовна обвела меня взглядом, будто оценивала товар на распродаже. — Видно же, что не из бутика! Хотя, конечно, на медсестрину зарплату не разгуляешься.
Я сжала в руках салфетку. Ресторан сверкал хрусталём, гости невесты блистали нарядами, а я сидела в своём синем платье, которое действительно сшила сама. Три ночи кряду строчила на старенькой машинке.
— Нормальное платье, — проговорила я тихо.
— Да ладно вам! — вмешалась сестра Кристины, моей новоиспечённой невестки. — Мы же не осуждаем! Каждый живёт по средствам, правда ведь?
Она показала на свой браслет — явно не дешёвка. Я отвернулась, посмотрела на Дениса. Мой сын сидел рядом с Кристиной, улыбался гостям и делал вид, что не слышит этих разговоров.
— Денис, сынок, может, подсядешь ко мне? — позвала я.
Он мельком глянул в мою сторону.
— Мам, ну я же с невестой сижу. Потом, ладно?
Кристина фыркнула и потрепала его по руке, будто ребёнка похвалила за послушание.
— Галина Петровна, — протянула она, поправляя фату, — вы же не обидитесь, что мы отдельно жить будем? Папа с мамой квартиру купили нам. Трёшка в новостройке, девяносто квадратов!
— А как же моя квартира? — вырвалось у меня. — Я же хотела вам отдать.
— Ну что вы! — Кристина засмеялась. — Нам нужно что-то приличное. Ваша хрущёвка... ну вы понимаете.
Тётка невесты, сидевшая через стол, громко спросила:
— А где родня жениха-то? Что ж он один как сирота сидит?
— Так мать же вот, — кто-то хихикнул.
Я почувствовала, как горячая волна поднимается к горлу. Триста тысяч я взяла в кредит на эту свадьбу. Триста тысяч! Половину банкета оплатила, костюм Денису, цветы, музыку. А теперь сижу, как нищенка на празднике.
— Денис, — позвала я тише, но он снова не обернулся.
Инна Вячеславовна встала с бокалом.
— Давайте выпьем за молодых! За нашу Кристиночку и... — она на секунду замялась, — и за Дениса, конечно!
Я помню, как двадцать лет назад стояла у гроба мужа. Петя умер от инфаркта в сорок два. Денису тогда восемь было. Я поклялась себе — сын ни в чём не будет нуждаться.
Работала медсестрой в поликлинике, по ночам подрабатывала сиделкой. Денис учился в институте, когда я стирала бельё чужим бабкам за три копейки. Ничего, думала, вырастет сын, встанет на ноги — и заживём. Я даже мечтала, что он ко мне переедет после свадьбы, внуков нянчить буду.
Четыре месяца назад Денис привёл Кристину. Накрашенная, в туфлях на каблуках, смотрела на мою квартиру с плохо скрытым отвращением.
— Мама, это Кристина, — сказал сын гордо.
— Здравствуйте, Галина Петровна, — процедила она сквозь белоснежные зубы.
За чаем Кристина вертелась на стуле, будто боялась запачкаться.
— Мы через два месяца женимся! — объявил Денис.
— Так быстро?
— А что тянуть? — пожала плечами Кристина. — Свадьба будет шикарная, в ресторане. Папа с мамой помогут.
Но потом выяснилось, что «помогут» — это значит, оплатят только своих гостей. А за Денисову сторону — мне платить. Я молчала, взяла кредит. Лишь бы сын был счастлив.
— Галина, а где ваши родственники? — спросила Инна Вячеславовна, наливая себе шампанского. — Совсем никого не пригласили?
— Мы с Петей были одни, — ответила я. — Родни особо нет.
— Ну да, понятно, — протянула она. — А то я смотрю, с вашей стороны пусто как-то.
Брат Кристины, уже изрядно выпивший, заржал:
— Зато с нашей — полный зал! Мы умеем веселиться!
Я встала, чтобы выйти в туалет. Ноги подкашивались. В зеркале увидела опухшее лицо — слёзы душили, но я держалась. Умылась холодной водой, поправила причёску.
Когда возвращалась к столу, услышала за спиной:
— Бедная Кристюша, такая свекровь досталась! Нищета в платье! Хорошо хоть отдельно жить будут.
Я обернулась. Две тётки невесты стояли у стойки бара, злословили и даже не пытались скрывать.
— Зато сынок у неё программист, — добавила вторая. — Деньги зарабатывает. Это главное!
Я вернулась к столу, села. Руки тряслись. Денис смеялся над какой-то шуткой Кристины, гладил её по плечу. Я хотела встать и уйти, но решила дождаться тостов.
Отец невесты поднялся с бокалом:
— Друзья! Хочу поблагодарить всех, кто помог организовать этот праздник!
Он начал перечислять. Жену. Сестру жены. Тёщу. Себя самого.
Про меня — ни слова.
Гости захлопали. Денис тоже аплодировал, улыбаясь во весь рот.
— А теперь главный сюрприз! — Инна Вячеславовна вытащила из сумочки ключи. — Детки, это ключи от вашей новой квартиры! Трёшка в центре, евроремонт!
Зал взорвался овациями. Кристина визжала от счастья, целовала родителей. Денис обнимал тестя.
— Вот что значит — любить своих детей! — громко сказала Инна.
Я сжала сумочку. Там лежал конверт с пятьюдесятью тысячами. Последние деньги, которые я взяла в кредит.
Я подошла к молодым. Протянула конверт Денису.
— Это тебе, сынок.
Он взял, даже не глянув.
— Спасибо, мам.
— Там пятьдесят тысяч, — сказала я тихо. — Последние деньги. В кредит взяла. Для тебя.
Денис замер. Кристина посмотрела на конверт, потом на меня.
— Галина Петровна, ну зачем вы! — воскликнула она фальшиво. — Не надо было! Мы же не бедные!
Инна Вячеславовна фыркнула:
— Ой, Галя, ну что вы! Пятьдесят тысяч — это тоже деньги, конечно!
За столом захихикали. Кто-то громко сказал:
— По нищим меркам — состояние!
Я смотрела на сына. Ждала, что он скажет что-то. Защитит меня. Поблагодарит хотя бы по-человечески.
Денис опустил глаза.
— Мам, не устраивай сцен, пожалуйста, — прошептал он.
Я замерла. Слова застряли в горле.
— Сцен? — переспросила я. — Я тридцать лет жизнь на тебя положила. Работала на трёх работах, чтобы ты учился. Кредит взяла на свадьбу, хотя у самой на хлеб не хватает. А ты говоришь — сцены?
— Мам, ну хватит! — Денис покраснел. — Все смотрят!
— Пусть смотрят, — сказала я и забрала конверт из его руки. — Знаешь что, Денис? Оставь себе эти деньги. Мне они нужнее. Кредит платить.
Я развернулась и пошла к выходу. Сердце колотилось так, что в висках стучало. Взяла пальто из гардероба.
— Мам, ты куда?! — окликнул меня Денис. — Свадьба же ещё не кончилась!
Я обернулась. Он стоял в дверях зала, растерянный, испуганный.
— Отпразднуйте без меня, — сказала я спокойно. — Вы и так прекрасно справляетесь.
На столике регистратора лежал мой букет — я принесла его для невесты. Подснежники, первые весенние цветы. Собирала их сама у дачи.
— Вы забыли цветы! — крикнула администратор.
— Не забыла, — ответила я, не оборачиваясь. — Отдайте тем, кому они нужнее.
Вышла на улицу. Холодный ветер ударил в лицо. Я стояла у подъезда ресторана, дышала глубоко, пытаясь успокоиться.
Телефон завибрировал. Денис написал: "Мам, ну что ты обиделась?"
Я стёрла сообщение.
Дома сняла платье, повесила в шкаф. Села за стол, достала конверт. Пересчитала купюры — пятьдесят тысяч. Долг за эту свадьбу триста. Выплачивать три года.
Поставила чайник, достала из серванта фотографию. Петя смотрел на меня с чёрно-белого снимка, улыбался.
— Прости, Петенька, — прошептала я. — Не уберегла я нашего мальчика.
Через месяц Денис приехал. Я открыла дверь, спокойно так посмотрела на него.
— Мам, ну что ты обиделась? — начал он. — Кристина говорит, приглашай нас на выходные. Борщ сваришь, как раньше?
Я прислонилась к дверному косяку.
— Знаешь, Дениска, я подумала. Вы молодая семья, вам надо привыкать друг к другу. Без посторонних.
— Мам, ты чего? Я же... я не хотел тебя обидеть. Просто там все смотрели...
— Я знаю, что ты не хотел, — перебила я. — Но ты и не захотел. Вот в этом вся разница.
Закрыла дверь. Денис постоял за дверью, потом ушёл. Слышала, как топает по лестнице.
Я вернулась на кухню, села за стол. Посмотрела на календарь — зарплата через неделю. Надо платёж в банк внести.
Достала из ящика тетрадку, где записывала расходы. Зачеркнула строчку "помощь Денису". Написала новую: "жизнь для себя".