Начало:
Предыдущая:
https://dzen.ru/a/aQXrUeP0rXQbhYBa
Глава 11: Узлы
Свидание в тюремной комнате для допросов было коротким и молчаливым. Вера Павловна сидела напротив дочери, разделенная грубым деревянным столом. Она не плакала, не упрекала. Она просто смотрела на Машу своими усталыми, всевидящими глазами.
«Мама...» — голос Марии оборвался. Все слова застревали комом в горле — слова покаяния, мольбы о прощении, крик о помощи.
Вера медленно протянула через стол узелок.
«Там хлеб,сало. И чистые портки.»
Мария взяла сверток, ее пальцы дрожали.
«Прости меня...»
«Сейчас не о том, — отрезала мать. — Сейчас о том, как тебя отсюда вытащить.» Она посмотрела на дочь сурово. «Скажи мне, дочка, правду. Ты знала, что он вор?»
«Нет! Клянусь! — вырвалось у Маши. — Он говорил, что это коммерция... Я думала...»
«Думала, — Вера тяжело вздохнула. — Ладно. Значит, ты просто дура, а не преступница. Это уже что-то.»
Она встала.
«Сиди смирно.Не отчаивайся. Мы тут с Тимофеем... мы тебя не бросим.»
Услышав его имя, Мария опустила голову. Стыд жёг её изнутри сильнее любого огня.
Выйдя из тюрьмы, Вера увидела Тимофея. Он ждал её, прислонившись к забору.
«Ну что?»— спросил он.
«Живёхонька. Испугана. Но жива, — Вера вытерла ладонью глаза. — Теперь надо думать, как её выкупать. Надо деньги на адвоката.»
«У меня есть, — тихо сказал Тимофей. — Я... я кое-что продал из дома. Мать не знает.»
Вера посмотрела на него с новым, безмерным уважением.
«Ты...ты всё для неё готов отдать? Даже после того, как она...»
«Я не для неё, — перебил он, и в его глазах вспыхнул тот самый огонь, что горел в них у реки. — Я для себя. Я не могу иначе. Поймите.»
Вера поняла. Это была не просто любовь. Это была судьба.
Тем временем Иван Демченко, скрывавшийся под именем купца Семёнова, вёл свою войну. Его новая, городская жизнь, которую он так выстраивал, трещала по швам. Жена, молодая и капризная, всё чаще допытывалась о его странных отлучках и мрачном настроении. Дела шли плохо. А главное — его преследовали призраки. Призрак Веры с её бездонными, прощающими глазами. Призраки детей. И особенно — призрак Маши, в которой он всегда видел отсчёт своей погибшей совести.
Узнав, что дочь в тюрьме, он не выдержал. Он тайком пришёл к городской тюрьме и увидел там Веру. Его Веру. Постаревшую, сгорбленную, но всё такую же гордую. Рядом с ней был тот парень, сын Антонины, который всегда смотрел на Веру как заворожённый. Иван сжал кулаки. Ревность, старая и едкая, как самогон, отравила ему душу. «Она с ним? — подумал он с горечью. — Нашла утешение?»
Он не видел их общей боли. Он видел только то, что хотел видеть.
В тот же вечер, напившись в трактире, он принял решение. Он не мог позволить им быть вместе. Он не мог позволить Вере забыть его. И уж тем более — он не мог позволить своей дочери сидеть в тюрьме. Это было его единственным шансом. Шансом искупить хоть часть вины.
Он разузнал, где живёт Виктор. Тот, как выяснилось, скрывался в притоне на окраине, надеясь переждать бурю. Иван нашёл его. Виктор, бледный и обросший, сидел в грязной комнатенке и тупо смотрел в стену.
«Узнал?» — хрипло спросил Иван, заслонив собой дверь.
Виктор вздрогнул и метнулся к окну, но оно было забрано решёткой.
«Ты кто?»
«Я — отец той девки, которую ты подвёл и бросил.»
Лицо Виктора исказилось страхом.
«Я...я не виноват! Это всё она... она принесла несчастье!»
Иван медленно подошёл. Он был старше, но годы тяжёлого труда сделали его руки стальными.
«Ты пойдёшь в участок,— тихо сказал Иван. — И расскажешь следователю, что девка ничего не знала. Что ты её обманул. Что она невиновна.»
«С ума сошёл! — зашипел Виктор. — Я себя подвёду!»
«Или ты пойдёшь, — Иван наклонился к нему так близко, что Виктор почувствовал запах перегара и отчаяния, — или я тебя сам принесу. В мешке. По частям. Выбирай.»
Он говорил тихо, но в его голосе была такая неподдельная, холодная ярость, что Виктору стало дурно. Он понял — этот человек не шутит. Ради дочери, ради своего призрачного искупления, он пойдёт на всё.
«Ладно... — прохрипел Виктор, облизывая пересохшие губы. — Ладно... я пойду.»
**************
На следующее утро в тюрьму к Марии пришёл незнакомый человек в хорошем костюме — адвокат, нанятый Тимофеем. Он принёс неожиданную новость: Виктор явился с повинной и полностью снял с неё вину.
Мария не могла поверить своим ушам. Почему? Почему он так поступил?
Её выпускали. Дело прекращали за отсутствием состава преступления.
Когда железные ворота тюрьмы захлопнулись за её спиной, она увидела их. Мать. И Тимофей. Они стояли рядом, и впервые за долгое время на лице Веры Павловны была не маска стоического страдания, а простое человеческое облегчение.
Мария бросилась к матери и уткнулась лицом в её грубую, пропахшую дымом одежду.
«Мама...прости... прости меня...»
Вера обняла её, крепко-крепко, как в детстве, и прошептала:
«Всё, дочка. Всё уже позади.»
Потом Мария подняла глаза на Тимофея. Он стоял в стороне, давая им эту минуту. Его лицо было серьёзным, но в глазах не было ни упрёка, ни торжества. Была лишь усталая радость.
«Спасибо, — прошептала она ему. — Я... я не знаю, что бы без тебя...»
«Ничего, — коротко ответил он. — Пошли домой.»
Он повернулся, чтобы вести их, и в этот момент его взгляд скользнул по крыше соседнего дома. Там, в тени, стоял высокий мужчина и смотрел на них. На Веру. Их взгляды встретились на мгновение — взгляд кающейся тени и взгляд женщины, которая его уже похоронила. Иван видел, как его дочь обнимает мать, видел, как Тимофей бережно взял Машу под локоть, чтобы помочь ей идти. Он видел, что они — семья. Без него.
Он отвернулся и медленно, сгорбившись, пошёл прочь, навстречу своему одинокому аду. Его жертва была совершена. Но места для него в этой картине прощения и надежды не нашлось.
Мария шла между матерью и Тимофеем, и ей казалось, что она заново учится ходить. Дорога домой была долгой, но впервые она вела вверх — из тьмы к свету, из ада — к возможности новой жизни.
Продолжение:
https://dzen.ru/a/aQXslhnXYQbevj61
Комментарии отключаю.
Обязательно зайду ко всем. Помню авторов, которые неравнодушны и оставляют комментарии .