— Ну вот, отлично. Прямо замечательно. Сюда, значит, Зоенькин диван поставим, он как раз войдет. А в эту комнату — детскую. Окно большое, светлое, Коленьке и Машеньке понравится.
Лена замерла с рулеткой в руке. Она только что измеряла ширину проема, прикидывая, влезет ли сюда шкаф-купе, который они с Игорем присмотрели на прошлой неделе. Голос свекрови, Тамары Павловны, прозвучал как скрип гвоздя по стеклу. Резкий, безапелляционный, хозяйский. В квартире, которую Лена видела своей всего пару часов.
— Какую детскую? — Лена медленно обернулась.
Тамара Павловна стояла посреди пустой комнаты, заложив руки за спину. Ее лицо, обычно поджатое и недовольное, сейчас выражало деятельное удовлетворение. Она не смотрела на Лену, ее взгляд оценивающе скользил по стенам, полам, потолку. Будто это она пришла принимать объект после нерадивых строителей. Рядом мялся Игорь, муж Лены. Он избегал смотреть жене в глаза.
— Обыкновенную, — не оборачиваясь, бросила свекровь. — Зоечке с детьми жить негде, ты же знаешь. Снимают угол у черта на куличках. А тут — красота. Центр города, школа рядом, поликлиника.
Лена почувствовала, как холодеет внутри. Она посмотрела на Игоря, ища поддержки. Он виновато пожал плечами и сделал неопределенный жест рукой, мол, мам, ну чего ты начинаешь.
— Тамара Павловна, — Лена старалась говорить спокойно, хотя голос дрожал. — Эту квартиру мне купили родители. Нам с Игорем. Мы планировали сюда переехать в следующем месяце.
Свекровь наконец удостоила ее взглядом. Взгляд был тяжелый, свинцовый. Таким взглядом смотрят на неразумное дитя, которое капризничает и не понимает своего счастья.
— Ну так и переедете. Кто ж вам мешает? Только не сразу. Семье надо помогать, Леночка. Семья — это святое. А Зоя — сестра твоего мужа. Плоть от плоти. Не на улице же ей с двумя детьми куковать, пока вы тут жируете в хоромах.
Слово «жируете» больно резануло. Они с Игорем пять лет жили на съёмной однушке с продавленным диваном и кухней в шесть квадратных метров. Пять лет откладывали каждую копейку на первый взнос.Двухкомнатная квартира в новом доме. «Живи, дочка, и радуйся. Чтобы свое гнездо было». Сегодня утром Лена получила документы. И вот, спустя три часа, в ее «гнезде» уже хозяйничала свекровь, распределяя комнаты для своей дочери.
— Мы сами живем на съёмной.
— Вот именно! — Тамара Павловна всплеснула руками с такой энергией, будто поймала Лену на вопиющем противоречии. — Вам-то что? Вы молодые, мобильные. Пожили там, пожили тут. А Зое с детьми нужна стабильность. Они поживут здесь годик-другой, пока на ноги не встанут. А вы пока на своей квартире поживете, деньги подкопите на ремонт. Я же вам как лучше хочу! А ты нос воротишь. Неблагодарная.
Лена посмотрела на Игоря. Он стоял, опустив голову, и ковырял носком ботинка девственно чистый ламинат.
— Игорь? — позвала она.
Он поднял на нее глаза. В них была мольба. «Лена, не надо. Не начинай скандал. Потерпи».
— Мама права, Лен, — промямлил он. — Ну что нам, жалко что ли? Зойке и правда тяжело. Это же временно.
Временно. Лена знала цену этому «временно». Так же «временно» они отдали Игореву племяннику свой старый ноутбук, потому что ему «для учебы нужнее». Ноутбук они больше не видели. Так же «временно» одолжили брату Тамары Павловны приличную сумму денег на «неотложные нужды». Деньги им не вернули до сих пор.
— Нет, — сказала Лена твердо, сама удивляясь своей решимости. — Не временно. Никак. Это наша квартира. И жить здесь будем мы.
Тамара Павловна выпрямилась. Ее лицо окаменело.
— Что ты сказала?
— Я сказала, что Зоя здесь жить не будет. Мы сами сюда переезжаем. Точка.
Воздух в комнате загустел. Игорь побледнел.
— Ах вот ты как? Значит, я для тебя пустое место? Мои слова для тебя ничего не значат? Ты решила семью мужа в грош не ставить?
— При чем здесь это? — Лена чувствовала, как по щекам начинает разливаться горячий румянец. — Это моя квартира. Моя. Понимаете? Мне ее подарили.
— Твоя! — передразнила свекровь. — А муж твой где? На помойке найден? Он тоже право имеет! Игорь, ты что молчишь как истукан? Скажи ей!
Игорь дернулся, посмотрел на мать, на жену.
— Лен, ну правда, неудобно как-то... Свои же люди.
— Неудобно спать на потолке, — отрезала Лена. — А жить в собственной квартире — удобно. Всё, разговор окончен. Тамара Павловна, нам с Игорем нужно обсудить план ремонта.
Это был вызов.Тамара Павловна задохнулась от возмущения. Она побагровела, открыла рот, но не смогла выдать ни слова. Потом резко развернулась и, не сказав ни «до свидания», ни «прощай», зашагала к выходу, стуча каблуками так, будто хотела проломить пол.
Игорь бросился за ней.
— Мам! Ну мам, подожди!
Лена осталась одна посреди пустой комнаты. Рулетка выпала из ослабевших пальцев и с стуком упала на пол. Радость от обретения собственного дома, такая яркая и всепоглощающая еще час назад, испарилась без следа. Осталась только горечь и подступающий страх. Она знала, что это только начало.
Вечером Игорь вернулся на съёмную квартиру поздно. Тихий, потухший. Он долго молчал, ужинал, глядя в тарелку, а потом сказал:
— Мама обиделась. Сильно.
— Неужели? — язвительно спросила Лена. — А я-то думала, она в восторге от моей наглости.
— Лен, не надо так. Она же помочь хотела.
— Помочь? Игорь, она хотела отобрать у нас квартиру! У нас! Ты это понимаешь?
— Никто ничего не отбирал, — он начал заводиться. — Просто временно пустить пожить. Зойка бы и за коммуналку платила. Мы бы все равно ремонт не начали, денег нет. А так квартира под присмотром.
— Под присмотром? Игорь, алло! Мы бы копили на ремонт и жили бы здесь! В своей квартире! А не платили бы дальше дяде за эту конуру!
— Это не конура! — обиделся он. — Мы здесь пять лет прожили!
— Вот именно! Пять лет! И я хочу уже пожить в нормальных условиях! В своих! Которые мне родители подарили, между прочим!
Они говорили на повышенных тонах. Старый продавленный диван, казалось, вздыхал под ними. Ссора была тяжёлой, вязкой. Игорь упирал на то, что Лена «не вошла в положение», «обидела мать», «поставила себя выше семьи». Лена твердила о своих правах, о справедливости, о предательстве с его стороны.
— Ты просто не хочешь понять, — устало сказал он под конец. — Для моей мамы семья — это все. А ты ее отталкиваешь.
— Твоя семья — это я, — тихо ответила Лена. — Мы с тобой. А твоя мама и сестра — это другая семья. И они не должны решать, как нам жить.
Он ничего не ответил. Отвернулся к стене и сделал вид, что спит. Лена долго лежала без сна, глядя в потолок с облупившейся штукатуркой. Она чувствовала себя бесконечно одинокой.
Следующие два дня прошли в напряженном молчании. Игорь уходил на работу рано, возвращался поздно. Разговаривал односложно. Лена пыталась вести себя как обычно: готовила ужин, спрашивала, как дела. Но между ними выросла стеклянная стена. Тамара Павловна не звонила. Эта тишина была хуже любой бури.
На третий день Лена решила действовать. Хватит ждать у моря погоды. Это ее квартира, и она будет в ней жить. Она взяла на работе отгул, позвонила в транспортную компанию и заказала машину на вечер. Вещей у них было немного, справятся за пару часов. Потом она написала Игорю сообщение: «Вечером переезжаем. Заказала машину на 19:00».
Ответ пришел почти мгновенно: «Ты серьезно?».
Лена написала: «Абсолютно. Собирай свои вещи. Встречаемся после работы у дома».
Он больше не отвечал.
Лена чувствовала странный азарт. Она больше не боялась. Она была зла. Зла на свекровь за ее наглость, на Игоря за его слабость, на себя за то, что позволила этой ситуации зайти так далеко. Она собрала две большие сумки с одеждой, упаковала посуду в коробки. К пяти часам вечера почти все было готово. Она решила перед приездом машины заехать в новую квартиру, чтобы еще раз все осмотреть и открыть окна, проветрить.
Она вызвала такси, по дороге заскочив в хозяйственный магазин за новыми замками. Просто на всякий случай.Подъехав к новостройке, она вышла из машины и с удовлетворением посмотрела на свои окна на седьмом этаже. Ее окна.
Она легко взбежала по лестнице, не дожидаясь лифта. Вставила ключ в замок... и не смогла его повернуть. Попробовала еще раз. Ключ входил, но не поворачивался. Внутри что-то щелкнуло. Лена похолодела. Она надавила на дверь, и та со скрипом приоткрылась. Замок был не заперт. Он был сломан. Или… его пытались открыть.
Лена осторожно вошла в прихожую. В квартире было тихо. Но что-то было не так. Воздух был другим. Пахло пылью и... чем-то чужим. Она прошла в большую комнату.
И замерла.
Посреди комнаты стояли коробки. Много коробок. Перевязанные веревками картонные ящики, клетчатые баулы «челноков», несколько пакетов из супермаркета, набитых вещами. А у окна, того самого, «светлого, для Коленьки и Машеньки», стоял разобранный детский диванчик с обивкой в уродливых розовых мишках.
Лена медленно перевела взгляд в угол. Там, аккуратной стопкой, лежали подушки и одеяла. А сверху — плюшевый заяц с оторванным ухом.
Они уже здесь.
Они сделали это. Они просто привезли свои вещи. В ее квартиру. Без спроса. Без разрешения.
В ушах зазвенело. Лена сделала шаг назад, наткнулась спиной на стену и сползла по ней на пол. Она сидела на полу в своей квартире, заставленной чужими вещами, и не могла дышать. Это был не просто переезд. Это был захват. Демонстративный, наглый, унизительный.
Она не знала, сколько так просидела. Десять минут, час. Оцепенение прошло, уступая место ледяной ярости. Она встала. Руки тряслись, но она заставила себя достать телефон. Первым делом — отменить грузовую машину. Потом — позвонить Игорю.
Гудки шли долго. Наконец он взял.
— Да?
— Ты знал? — голос Лены был хриплым, неузнаваемым.
— О чем? — спросил он слишком бодро.
— Не прикидывайся идиотом, Игорь! Я в квартире. Здесь вещи твоей сестры! Ты знал об этом?
В трубке повисло молчание. Потом он тяжело вздохнул.
— Лен, ну я хотел тебе вечером сказать... Мама позвонила, сказала, что Зойку хозяева выгнали. Срочно. Им идти было некуда. Ну я и дал им ключ... Просто чтобы вещи завезли, чтобы на улице не стояли. На пару дней.
— Ты дал им ключ? — переспросила Лена шепотом. — Ты. Дал. Им. Ключ. От моей квартиры.
..
— Моей! — закричала она в трубку. — Моей! И ты дал им ключ за моей спиной!
— Перестань орать! — рявкнул он в ответ. — Что мне было делать? Сестру с детьми на улицу выставить? Ты этого хотела? Быть такой бесчеловечной?
— Я хотела жить в своем доме! Со своим мужем! А не с твоей сестрой и ее выводком!
— Да что ты заладила "я, я, я"! Есть еще и другие люди! Есть семья!
Лена больше не могла его слушать. Она нажала отбой. Ее трясло. Она ходила по комнате взад-вперед, как зверь в клетке. Мимо чужих коробок, мимо уродливого дивана. В голове стучала одна мысль: «Выгнать. Всех выгнать. Прямо сейчас».
Она набрала номер Зои. Та взяла трубку не сразу.
— Да, Лена?
— Чтобы через час твоих вещей здесь не было, — процедила Лена сквозь зубы. — Я вызываю полицию и грузчиков. Они выкинут твой хлам на улицу. Ты меня поняла?
— Что? — голос Зои задрожал. — Как ты можешь? Мама сказала, вы договорились...
— Твоя мама врет! — заорала Лена. — У тебя час! Время пошло!
Она бросила трубку.Лена сбросила. Тамара Павловна позвонила еще раз. И еще. Лена отключила звук.
Она села на пол посреди комнаты. Ярость отступила, оставив после себя звенящую пустоту. Что делать? Вызвать полицию? Что она им скажет? Что родственники мужа завезли вещи? Они только посмеются. Менять замки? Да, это нужно сделать. Прямо сейчас.
Она посмотрела на пакет из хозяйственного магазина. Замки были там. Но сможет ли она их поменять сама? Она ничего в этом не понимала. Нужен мастер.
Она нашла в интернете телефон службы по вскрытию и замене замков. Договорилась, что мастер будет через сорок минут.
Время тянулось мучительно. Лена сидела на полу, обхватив колени руками. Она чувствовала себя оскверненной. В ее пространство, в ее мечту вторглись, наследили, наплевали в душу. И самое страшное — это сделал ее собственный муж.
Раздался звонок в дверь. Лена вздрогнула. Мастер? Так быстро? Она посмотрела в глазок.
На площадке стояли Тамара Павловна, Зоя и Игорь. У Зои были заплаканные глаза, Тамара Павловна выглядела как фурия, готовая испепелить все на своем пути. А Игорь... он смотрел в пол.
Лена не открыла.
— Лена, открой! — голос Тамары Павловны был подобен скрежету металла. — Открой немедленно!
Лена молчала.
— Я знаю, что ты там! Открывай, я сказала! Совсем стыд потеряла? Родственников на улицу выгонять?
— Мама, тише, — послышался голос Игоря. — Лена, давай поговорим. Открой, пожалуйста.
Лена прижалась лбом к холодной двери. Она не могла их видеть. Не могла с ними говорить.
— Уходите, — сказала она тихо, но так, чтобы они услышали. — Убирайтесь все.
— Ах ты... — задохнулась Тамара Павловна. — Да я... Да мы... Игорь, ломай дверь!
— Мама, перестань!
За дверью слышалась какая-то возня, приглушенные голоса, всхлипывания Зои. Лена закрыла глаза. Ей хотелось исчезнуть, раствориться.
Потом все стихло. Лена подождала пару минут и снова посмотрела в глазок. На площадке никого не было. Они ушли.
Она выдохнула. Телефон завибрировал. Сообщение от Игоря. Она открыла его дрожащими руками.
«Ты пожалеешь об этом. Ты очень сильно об этом пожалеешь».
Холодный страх снова сковал ее. Что он имел в виду? Чем еще они могли ей угрожать?
Через десять минут снова позвонили в дверь. Лена опять подбежала к глазку. На пороге стоял незнакомый мужчина с ящиком инструментов. Мастер.
Она впустила его, объяснила задачу. Он кивнул, принялся за работу. Лена отошла к окну. На улице стремительно темнело. Город зажигал огни. А она стояла в своей темной, чужой квартире и чувствовала себя в ловушке.
Мастер работал быстро. Через полчаса он протянул Лене новый комплект ключей.
— Готово. Теперь без вашего ключа никто не войдет. С вас три тысячи.
Лена расплатилась. Мастер ушел. Она закрыла за ним дверь на все новые замки. Один оборот. Второй. Она была в безопасности. Хотя бы на время.
Она снова села на пол. Что дальше? Игорь домой не вернется. Это было ясно. Он останется с мамой. Она останется здесь, одна. В пустой квартире с чужими вещами. Завтра нужно будет как-то решать вопрос с этим хламом. Вызывать грузчиков, вывозить все это на свалку или к подъезду Тамары Павловны. Будет новый скандал. Еще страшнее прежнего.
Телефон снова завибрировал. Лена посмотрела на экран. Сообщение от Игоря. Сердце ухнуло вниз. Она открыла его.
«Лена, ты где? Мама говорит, что если ты сейчас не вернешься домой и не извинишься, то можешь не приходить вообще. Она забрала ключи от нашей съемной квартиры».
Конец 1 части, продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей.