- Тужься! Ещё немного! - голос акушерки казался таким далёким.
Я сжала зубы и тужилась изо всех сил. Боль была невыносимой, казалось, что моё тело разрывается на части. Но я терпела. Ради малыша. Ради нашего с Максимом ребёнка.
Ещё одно усилие - и я услышала крик. Громкий, протяжный крик новорождённого.
- Девочка! У вас девочка! - обрадовано сообщила акушерка.
Мне положили малышку на живот. Крошечная, красная, сморщенная - но такая родная. Моя дочка. Слёзы радости потекли по щекам.
- Как назовёте? - спросила медсестра.
- Софья, - прошептала я. - Соня.
Мы с Максимом давно выбрали имя. Если мальчик - Артём, если девочка - Софья. Максим так хотел дочку. Говорил, что она будет красавицей, как я.
- Где муж? - спросила акушерка. - Позвоните ему, пусть приедет.
Я достала телефон. Максима не было рядом во время родов - он на работе был, важная встреча с клиентами. Я не обижалась, понимала. Набрала его номер.
- Алло? - голос Максима звучал раздражённо.
- Макс, это я. Родила. У нас дочка.
Тишина. Потом:
- Понятно. Хорошо.
И он повесил трубку.
Я смотрела на телефон в недоумении. Хорошо? Это всё, что он может сказать? Не спросил, как я, как ребёнок, когда приедет познакомиться?
- Едет? - спросила медсестра.
- Да, - соврала я. - Едет.
Меня перевели в палату. Принесли Соню. Я держала её на руках и не могла наглядеться. У неё были тёмные волосики и маленькие кулачки. Она спала, такая спокойная и милая.
Максим приехал только вечером. Зашёл в палату с букетом роз, но лицо было каким-то странным. Холодным.
- Привет, - сказал он, протянув цветы.
- Привет. Посмотри на неё, - я повернула Соню к нему. - Правда красавица?
Максим посмотрел на дочку. И лицо его исказилось.
- У неё волосы тёмные, - сказал он.
- Ну да. У многих новорождённых тёмные волосы. Потом посветлеют, врачи говорят.
- У меня светлые. У тебя светлые. Откуда у неё тёмные?
Я не понимала, к чему он клонит.
- Макс, это генетика. Может, у кого-то из родственников были тёмные...
- У моих все светлые. У твоих тоже, насколько я помню.
В его голосе появились стальные нотки. Я почувствовала, как сердце сжимается от дурного предчувствия.
- Максим, о чём ты?
Он молчал. Смотрел на меня тяжёлым взглядом. Потом произнёс:
- Это не мой ребёнок.
Я опешила. Секунд десять не могла вымолвить ни слова.
- Что? Ты... ты шутишь?
- Я абсолютно серьёзен. Это не моя дочь. Не может быть моей.
- Максим, ты спятил? Конечно твоя! Я твоя жена! От кого же ещё?
Он скривился.
- Вот это ты мне и скажи. От кого.
Я не верила, что это происходит на самом деле. Только что родила, тело ещё болит, гормоны бушуют, а муж обвиняет меня в измене.
- Максим, я тебе не изменяла. Никогда. Ты единственный мужчина в моей жизни за последние четыре года.
Мы были женаты три года. Встречались год до свадьбы. И всё это время я не смотрела ни на кого, кроме него.
- Не ври мне! - он повысил голос. - Посмотри на неё! Она не похожа ни на меня, ни на тебя!
- Ей сутки от роду! Новорождённые на никого не похожи!
- У неё тёмные волосы и смуглая кожа. Мы оба светлые. Это генетика, как ты говоришь? Бред!
Я прижала Соню к себе. Малышка проснулась и захныкала.
- Максим, уйди. Пожалуйста. Мне сейчас нельзя нервничать.
- Ухожу. И не жди меня домой. Я не буду растить чужого ребёнка.
Он развернулся и вышел из палаты. Я сидела на кровати с плачущей дочкой на руках и не понимала, что только что произошло. Это кошмар какой-то. Это не может быть правдой.
..................
Ночью я не спала. Соня просыпалась каждые два часа, требуя еды. Я кормила её и плакала. Тихо, чтобы не разбудить соседку по палате.
Утром пришла моя мама. Увидела мои красные глаза и сразу встревожилась.
- Алёнка, что случилось? Где Максим?
Я рассказала ей всё. Мама слушала, и лицо её становилось всё суровее.
- Вот подлец, - сказала она, когда я закончила. - Как он посмел? Как он посмел обвинить тебя в таком?
- Мам, что мне делать? Он же не прав! Я ему не изменяла!
- Конечно не изменяла. Я-то знаю свою дочь. Просто у него мозги набекрень. Наслушался, видимо, каких-то глупостей.
- Но откуда? От кого?
Мама пожала плечами.
- Кто его знает. Может, мать его постаралась.
Свекровь моя, Тамара Ивановна, меня недолюбливала с самого начала. Считала, что Максим мог жениться лучше. На ком-то с деньгами, с положением. А я простая девушка из обычной семьи.
- Думаешь, она?
- А кто ещё? Она же всегда против тебя была. Вот и придумала, как между вами клин вбить.
Я задумалась. Возможно, мама права. Тамара Ивановна вполне могла нашептать сыну гадостей.
- Но что теперь делать?
- А ничего. Рожай спокойно, крепни. Выпишешься - разберёмся. Если надо, тест на отцовство сделаем. Пусть убедится, что идиот.
Я кивнула. Тест. Да, это выход.
..................
Меня выписали через четыре дня. Максим так и не появился. Даже не позвонил. Мама забрала меня и Соню к себе.
- Пока поживёшь у меня, - сказала она. - Успокоишься, окрепнешь. Потом видно будет.
Я не спорила. Идти домой, где Максим может устроить скандал, не хотелось. Да и сил не было.
Дома мама устроила нас в моей старой комнате. Принесла детскую кроватку, которую одолжила соседка. Я укладывала Соню спать и думала - неужели всё правда рухнуло? Неужели из-за какой-то глупости?
Вечером позвонил Максим.
- Алло? - я взяла трубку дрожащей рукой.
- Это я. Ты где?
- У мамы.
- Почему не дома?
- А ты как думаешь, почему? Ты назвал мою дочь чужим ребёнком и ушёл. Какого чёрта мне приходить домой?
Он помолчал.
- Слушай, я подумал. Может, я погорячился.
Сердце ёкнуло. Неужели одумался?
- То есть ты признаёшь, что был неправ?
- Я не говорю, что был неправ. Я говорю, что, может быть, поторопился с выводами.
- Максим, ты обвинил меня в измене! На следующий день после родов! Ты понимаешь, как мне было больно?
- Понимаю. Прости. Я... я растерялся. Она действительно не похожа на нас.
- Ей четыре дня! Дети меняются каждый день! Через месяц будет выглядеть по-другому!
- Может быть. Хорошо. Давай сделаем тест на отцовство. Чтобы точно знать.
Я стиснула зубы. Тест. Значит, он всё равно сомневается.
- Хорошо. Сделаем тест. Когда можно, тогда и сделаем.
- Я узнаю. Позвоню тебе.
Он повесил трубку. Я сидела с телефоном в руках и чувствовала себя опустошённой. Он не извинился по-настоящему. Не сказал, что был неправ. Просто согласился на тест.
Мама вошла в комнату.
- Это Максим звонил?
- Да. Хочет тест на отцовство сделать.
- Ну и правильно. Пусть убедится, что дурак.
Я посмотрела на спящую Соню.
- Мам, а если он и после теста придумает что-то? Скажет, что результаты подделаны или ещё чего?
Мама села рядом со мной.
- Алён, тогда ты просто разведёшься с ним. Потому что жить с человеком, который тебе не доверяет, невозможно.
Я знала, что мама права. Но мысль о разводе пугала. Я любила Максима. Несмотря ни на что, всё ещё любила.
..................
Через неделю Максим приехал. Привёз конверт с направлениями на анализы.
- Вот. Нужно сдать кровь. Мне, тебе и ребёнку. Результаты будут через пять дней.
Я взяла конверт.
- Хорошо. Когда идти?
- Завтра. Я заеду за вами в десять утра.
Он посмотрел на Соню, которая лежала в кроватке.
- Как она?
- Нормально. Растёт.
- Похорошела, - вдруг сказал он.
Я посмотрела на него.
- Она всегда была красавицей.
Максим промолчал. Постоял ещё немного и ушёл.
На следующий день мы поехали в лабораторию. Максим вёл машину молча. Я сидела сзади с Соней на руках и смотрела в окно. Неловкость между нами была такая, что можно было резать ножом.
В лаборатории у нас взяли кровь. У Сони тоже - из пяточки. Она заплакала, и я прижала её к себе, успокаивая. Максим стоял в стороне и наблюдал.
Когда мы вышли, он спросил:
- Хочешь, отвезу домой?
- Не надо. Мы на маршрутке доедем.
- Алёна, не упрямься.
- Я не упрямлюсь. Просто не хочу с тобой находиться рядом больше, чем необходимо.
Максим сжал челюсть.
- Хорошо. Как результаты будут, позвоню.
Он сел в машину и уехал. Я стояла на остановке с Соней и думала - а есть ли у нас будущее? Даже если тест покажет, что он отец, сможем ли мы после этого быть вместе?
..................
Результаты пришли на пятый день. Максим позвонил утром.
- Готово. Я еду в лабораторию забирать. Можешь приехать?
- Могу. Буду через час.
Я оделась, одела Соню, взяла сумку и поехала. Сердце колотилось так, что я слышала каждый удар. Хотя я знала результат. Я была уверена в нём на сто процентов.
Максим уже был в лаборатории, когда я приехала. Сидел в коридоре, держа конверт в руках. Лицо было бледным.
- Ну? - спросила я. - Открывай.
Он вскрыл конверт, достал бумагу. Прочитал. Лицо стало ещё бледнее.
- Что там? - я уже не выдерживала.
Максим протянул мне листок. Я взяла его, пробежала глазами текст. Вероятность отцовства - девяносто девять целых девять десятых процента.
- Видишь? - я посмотрела на мужа. - Видишь? Это твоя дочь. Твоя!
Максим сидел, уткнувшись взглядом в пол.
- Я... я был неправ, - тихо сказал он.
- Да, был. Ты обвинил меня в измене без всяких оснований. Ты назвал мою дочь чужой. Ты бросил нас в роддоме.
Голос мой дрожал. Всё, что я держала в себе эти дни, вырывалось наружу.
- Я прошу прощения, - он поднял голову. В глазах были слёзы. - Алёна, прости меня. Я был идиотом. Я... не знаю, что на меня нашло. Мама говорила, что у тебя мог быть кто-то...
- Твоя мама! - я чуть не закричала. - Я так и знала! Она ведь, да? Она тебе всю эту дрянь в голову забила?
Максим молчал. Что было равносильно признанию.
- Господи, Максим. Ты послушал свою мать больше, чем собственную жену. Ты поверил ей, а не мне.
- Прости, - он встал, подошёл ко мне. - Алёна, прости. Я сделаю всё, что угодно. Но прости меня.
Я смотрела на него. На этого человека, которого любила три года. За которого вышла замуж. От которого родила ребёнка. И который не поверил мне в самый важный момент.
- Мне нужно время, - сказала я. - Мне нужно подумать.
- О чём думать? Давай просто забудем это. Вернёмся домой, будем жить как раньше.
- Как раньше? - я горько усмехнулась. - Максим, после такого как раньше уже не будет. Ты разрушил моё доверие к тебе.
- Я его верну. Обещаю.
- Не обещай. Просто дай мне время.
Я развернулась и пошла к выходу. Максим шёл за мной.
- Алёна, постой. Куда ты?
- К маме. Я пока остаюсь у неё.
- Но это же глупо. У нас своя квартира.
- Которая пока для меня не дом. Дом там, где тебе рады. Где тебе верят.
Я вышла на улицу. Максим не пошёл за мной.
..................
Дома я рассказала маме о результатах теста. Она только головой покачала.
- Вот дурак. Теперь-то одумался?
- Вроде того. Просит прощения.
- А ты?
- А я не знаю, мам. Я люблю его. Но как я могу вернуться после такого?
Мама налила чаю, села напротив.
- Слушай, Алён. Я тебе как взрослый человек скажу. Все мужики дураки. Абсолютно все. И твой отец дураком был, и твой Максим дурак. Но вопрос в другом - готов ли он исправлять свои ошибки. Если готов - это уже что-то значит.
- Но он не поверил мне, мам. Он послушал свою мать.
- Потому что маменькин сынок. Но это лечится. Главное - чтобы он понял, что натворил.
Я думала над словами мамы. Может, она и права. Может, стоит дать ему шанс.
Вечером позвонил Максим.
- Алёна, я хочу увидеть дочку. Можно я приеду?
Я колебалась. Потом сказала:
- Приезжай.
Он приехал через час. С огромным плюшевым зайцем и букетом цветов.
- Это Соне, - сказал он, протягивая зайца. - А это тебе.
Я взяла цветы. Максим прошёл в комнату, где в кроватке спала Соня. Наклонился над ней, рассматривал.
- Знаешь, она похожа на мою бабушку, - вдруг сказал он. - У той тоже были тёмные волосы. И я нашёл старую фотографию. Она в детстве была точь-в-точь как Соня.
Я подошла к нему.
- Вот видишь. Генетика.
- Да. Я полный идиот.
Он повернулся ко мне.
- Алёна, я понимаю, что ты мне сейчас не веришь. Что тебе больно. Но я хочу всё исправить. Хочу быть нормальным мужем и отцом. Дай мне шанс.
Я смотрела в его глаза. Он был искренен. Я видела это.
- Хорошо, - наконец сказала я. - Но на моих условиях. Первое - ты поговоришь с матерью. Скажешь ей, чтобы она больше не лезла в нашу жизнь. Второе - никаких тайн между нами. Если что-то не так, мы разговариваем, а не делаем выводы. Третье - если ты хоть раз ещё усомнишься в моей верности, я ухожу. Навсегда.
Максим кивнул.
- Согласен. На всё согласен.
- Тогда ладно. Попробуем начать сначала.
Он обнял меня. Осторожно, будто боялся, что я оттолкну. Но я не оттолкнула. Прижалась к нему и почувствовала, как внутри что-то оттаивает.
Может быть, мы и правда сможем всё исправить. Может быть, эта история даже сделает нас крепче. Время покажет.
..................
Прошёл месяц. Мы вернулись домой. Максим действительно поговорил с матерью. Она, конечно, возмущалась, говорила, что он неправ. Но Максим был тверд. Сказал, что либо она принимает меня и Соню, либо общение с ним будет минимальным.
Тамара Ивановна выбрала первое. Приехала к нам, принесла подарки для Сони, извинилась передо мной. Правда, я видела, что извинения натянутые. Но мне было всё равно. Главное, что она больше не лезет в нашу жизнь.
Максим был внимательным мужем. Помогал с Соней, вставал по ночам, менял подгузники. Видно было, что старается загладить вину.
Мы снова были семьёй. Пусть и с трещиной. Но семьёй. А трещины можно залечить. Если оба этого хотят.
Я смотрела на спящую Соню и думала - а может, всё так и должно было случиться? Чтобы мы оба поняли, насколько важны друг другу. Чтобы научились ценить то, что имеем.
Жизнь странная штука. Иногда она ломает тебя. Но ты собираешь осколки и строишь что-то новое. Более крепкое. Более настоящее.
И я верила, что у нас получится.
..................
Спасибо за прочтение. Автор будет благодарен подписке и лайку.