Стас сидел на подоконнике старой квартиры и смотрел на фотографию в телефоне. Алина улыбалась ему с экрана – такая живая, настоящая. Ровно год назад её сердце остановилось. Просто остановилось, без предупреждения, без шанса попрощаться. Он был за границей, на стажировке, когда это случилось. Связывались каждый день по видео, она выглядела прекрасно, ничего не предвещало беды.
Восемь лет они прожили вместе. Восемь лет счастья, омрачённого только одним – у них не было детей. Обследования, лечения, клиники – ничего не помогало. Врачи разводили руками, не находя причины. Но они не теряли надежду. Мечтали о доме у озера, где когда-нибудь будут бегать их дети.
– Ну что ты застрял у этого окна? – спросила бы Алина своим мягким голосом, если бы была жива. – Давай лучше сделаем что-нибудь полезное.
И Стас решил заняться делом, которое откладывал месяцами. Создать альбом с их совместными фотографиями – старомодный, бумажный, как раньше делали. Включил ноутбук Алины, который не открывал со дня её смерти, и начал просматривать снимки.
В углу экрана обнаружилась папка «Любимые моменты». Стас открыл её и увидел фотографии, которых раньше не встречал. Они с Алиной на прогулке в парке. Она одна у фонтана. Он спит на диване с книгой на груди. Мелочи их жизни, которые она бережно собирала.
– Спасибо тебе, дорогая, – прошептал Стас.
Но следующий снимок заставил его замереть. Алина сидела на их кровати, в руках держала большую игрушечную машину – явно детскую. В глубине кадра, на краю кровати, лежала фотография мальчика лет семи-восьми.
Стас увеличил изображение. Темноволосый ребёнок с серьёзным взглядом смотрел прямо в объектив. Кто это? Зачем Алине детская игрушка и чужая фотография?
Он пролистал дальше – и сердце ухнуло вниз. Алина с незнакомым мужчиной. Потом они втроём – она, этот мужчина и тот самый мальчик, обнявшись, как семья.
– Не может быть, – выдохнул Стас. – У неё была другая жизнь? Другая семья?
Он захлопнул ноутбук, не в силах смотреть дальше.
Ночь прошла без сна. К утру Стас выглядел разбитым, но принял решение. У них с Алиной было правило – не лазить в личных вещах друг друга. Даже после её смерти он не нарушал эту границу. Но сейчас...
В письменном столе, среди документов, наткнулся на бланк анкеты из органов опеки. Заявление на усыновление. Незаполненное, но явно взятое с определённой целью.
– Боже мой, – прошептал Стас. – Алина собиралась усыновить ребёнка? Но почему не сказала мне?
Они всегда решали важные вопросы вместе. Всегда. Значит, она хотела сообщить, но не успела. Или ждала его возвращения.
Через час Стас уже стоял перед старым зданием детского дома на окраине города.
– К директору, – сказал он охраннику. – Очень срочно.
Елена Васильевна, директор, оказалась женщиной с добрыми глазами и располагающей улыбкой. Выслушав сбивчивый рассказ Стаса, она проверила архив.
– Морозова Алина Сергеевна... Нет, к нам не обращалась. Хотя за последний год было много усыновлений. И один странный случай отказа от ребёнка.
– Странный? – переспросил Стас.
– Женщина привела восьмилетнего сына и оставила его здесь. Без объяснений, без нормальных причин. Обычно к нам попадают младенцы из роддомов или дети из неблагополучных семей. А тут – просто пришла и отдала. Первый раз за всю мою практику.
В этот момент в кабинет влетел худощавый мальчик с растрёпанными тёмными волосами.
– Елена Васильевна, можно я не пойду сегодня на прогулку? Мне нужно поделку доделать для конкурса!
Стас посмотрел на ребёнка – и узнал. Это был тот самый мальчик с фотографии Алины.
Мальчик тоже уставился на Стаса. Подошёл ближе, внимательно рассмотрел и вдруг спросил:
– А вы случайно не мой папа?
Стас растерялся, не зная, что ответить.
– Миша, иди к себе, – мягко, но строго сказала директор. – Нельзя мешать взрослым. Ладно, сегодня можешь остаться в помещении.
Когда мальчик убежал, Елена Васильевна вздохнула:
– Не обращайте внимания. Все дети здесь мечтают о семье. В каждом мужчине видят отца, в каждой женщине – мать. А Миша – это как раз тот ребёнок, о котором я говорила. Его привела сюда мать без объяснений.
– Как её зовут? – голос Стаса дрожал.
Директор колебалась – информация конфиденциальная. Но что-то в глазах этого человека заставило её пойти навстречу.
– Лариса Васильева.
Мир перевернулся.
Лариса. Его бывшая девушка из института. Та, которая влюбилась в него первая, а он... просто позволил себя любить, не отвечая взаимностью. Встречался с ней от скуки, пока не встретил Алину.
Когда Стас сообщил Ларисе о своей женитьбе, она кричала ему вслед: «Ты пожалеешь! Никогда не будешь счастлив!»
Потом она исчезла из его жизни. И он благополучно о ней забыл.
Стас выбежал из детдома. Нужно найти Ларису. Только она может объяснить, что происходит.
Адрес он помнил – старая пятиэтажка на другом конце города. Позвонил в дверь. Открыла незнакомая женщина средних лет.
– Ларису Васильеву можно?
– Не знаю такую. Мы купили эту квартиру у Ларисы Васильевой около года назад, – послышался мужской голос из комнаты. – А кто спрашивает?
Но Стас уже убегал вниз по лестнице.
Тупик. Где теперь искать? И нужно ли вообще?
«Алину не вернуть, – думал он, возвращаясь домой. – Может, не стоит копаться в прошлом?»
Дома он рухнул на диван и провалился в тяжёлый сон.
Приснилась Алина. Шла по полевым цветам в длинном голубом платье, держа за руку маленького мальчика. Поравнявшись со Стасом, прошептала одно слово: «Не сдавайся».
Проснувшись, Стас точно знал, что делать.
Его старый школьный приятель Александр Бурлаков работал следователем. По дружбе он проверил данные и сообщил: Лариса Васильева умерла от онкологии около года назад. Примерно тогда же отдала ребёнка в детдом.
– У неё есть старший брат Иван, – добавил Александр. – Судимость за кражи, отбыл срок. Живёт в посёлке Сосновка за городом.
На следующий день Стас уже стоял перед добротным домом с красной крышей.
– Нравится? – раздался за спиной грубоватый голос. – Сам строил.
Стас обернулся. Небритый мужчина в потёртой одежде смотрел на него недружелюбно.
– Заходи, коли пришёл.
В доме Иван сразу перешёл в наступление:
– Так это ты? Тот самый Стас, который жизнь сестре сломал? Обманул, бросил, жену свою Алину под удар подставил! Я её возненавидеть хотел, да не смог. Хороший человек оказалась, жаль не тому досталась. А сейчас зачем припёрся? Поиздеваться? У тебя ведь всё хорошо – дом полная чаша, счастье. А я один остался, со справкой из зоны. Ни отца, ни матери, даже сестры нет больше!
– Нет у меня никакого счастья! – выкрикнул Стас. – Умерла Алина!
Иван застыл.
– Как умерла? Неужели Ларискино проклятие сработало... А где Мишка?
– Какое проклятие? – побледнел Стас. – О чём ты?
– Тебе что, Алина ничего не рассказала? Значит, не успела. Садись, налью. Будешь слушать.
Иван налил водки в два стакана.
– Я не пью, – начал Стас.
– Сегодня выпьешь.
И рассказал. Как Лариса после разрыва нашла какого-то мага и заказала проклятие на семью Стаса. Чтобы не было у них детей, чтобы Алина исчезла из его жизни. Отдала все деньги, влезла в долги, продала машину.
– Она же в эту чушь верила, – горько усмехнулся Иван. – А потом узнала, что беременна от тебя. Еле концы с концами сводила. Поломойкой работала, дворником. Даже милостыню просила с ребёнком на руках. Я в тюрьме сидел, ничем помочь не мог.
Стас слушал, и внутри всё холодело. Проклятие подействовало. У них с Алиной не было детей. И она умерла внезапно, словно её и правда сглазили.
– Я ей ничего не обещал, – прошептал он. – Она знала, что я её не люблю.
– Знала, – кивнул Иван. – Но ты же пользовался ею. А когда надоела – выкинул. Вот и получил. Лариса наказала и себя тоже. Заболела раком, врачи дали три месяца, а она продержалась полгода. Перед смертью отдала Мишку в детдом – родственников у нас нет. Но совесть её грызла. Пришла к твоей Алине и всё рассказала.
Иван вытер слезу.
– Я освободился через неделю после её смерти. Пришёл не к сестре, а к её могиле. Алина пообещала, что как только ты вернёшься из-за границы, заберёте Мишку. Добрая была, как ангел. Я пару раз забирал мальчишку из детдома на выходные, мы гуляли втроём. Миша в неё влюбился. А теперь и Алины нет...
Стас не помнил, как добрался домой. Холодный душ привёл его в чувство. Он не знал, как жить дальше. Но одно понял точно: возьмёт сына из детдома. Так хотела Алина. Так хочет он сам.
Ночью снова приснилась жена. Они шли вместе, держались за руки и улыбались.
На следующий день Стас приехал в детдом. Миша стоял у окна в коридоре, один.
– Миша!
Мальчик обернулся и подбежал.
– Я знал, что ты вернёшься, папа.
Стас крепко обнял сына. Тот прижался к нему так сильно, словно боялся отпустить.
«Будем жить, – подумал Стас. – Обязательно будем».