Экспедиция из пяти исследователей отправилась в глубь сибирской тайги, чтобы изучить аномальную зону, о которой ходили тревожные слухи. Местные старожилы предупреждали: «Не ходите туда. Тайга не всех отпускает». Но учёные лишь усмехались — им нужны были факты, а не суеверия.
Первые три дня пути прошли спокойно. Группа продвигалась по едва заметным тропам, отмечая на картах особенности рельефа. Но на четвёртую ночь случилось первое странное событие.
— Слышите? — прошептал биолог Игорь, поднимаясь с спального мешка. — Как будто кто‑то ходит вокруг лагеря.
Все замерли. Из‑за палатки доносилось мерное шарканье, будто кто‑то медленно кружил вокруг их убежища. Геофизик Андрей включил фонарь и резко распахнул полог. Луч света выхватил лишь густые заросли и туман, стелющийся над землёй.
— Ветер, — бросил он, но в голосе звучала неуверенность.
На следующее утро обнаружили следы. Огромные, вдвое больше человеческого размера, они тянулись от края лагеря в чащу. Следопыт Алексей, самый опытный в группе, молча изучал отпечатки, затем тихо сказал:
— Это не медведь. И не лось. Я такого никогда не видел.
Напряжение росло. По ночам кто‑то продолжал бродить вокруг лагеря, а днём исследователи начали замечать странные вещи: поваленные деревья образовывали странные узоры, на камнях появлялись капли красной жидкости, похожей на кровь.
На седьмой день пропала Марина, ботаник. Она отошла на сотню метров, чтобы собрать образцы мха, и не вернулась. Группа бросилась на поиски, но нашла лишь её блокнот с последней записью: «Они наблюдают. Они всегда были здесь».
— Надо уходить, — сказал Алексей, его лицо было бледным. — Это место… оно живое. Оно играет с нами.
Но путь назад оказался перекрыт. Тропа, по которой они пришли, исчезла, а компас начал бешено вращаться, не указывая на север. Группа решила двигаться по солнцу, но уже через час поняла — они ходят по кругу.
Ночью Игорь не выдержал.
— Я слышу их голоса! — кричал он, хватаясь за голову. — Они зовут меня!
Он рванулся в темноту, и его крик оборвался на полуслове. Утром на траве нашли лишь его очки и клочок одежды, испачканный чем‑то тёмным.
Остальных охватила паника. Андрей, пытаясь связаться по рации, лишь слышал в динамике шёпот на непонятном языке. Алексей пытался найти выход, но каждый раз возвращался к тому же поваленному дереву, словно тайга насмехалась над ним.
На десятый день остался только Андрей. Он сидел у потухшего костра, глядя на сгущающийся туман. Вдалеке, среди деревьев, мелькали тени — высокие, нечеловеческие силуэты. Они приближались, окружая его.
— Пожалуйста… — прошептал он, но его голос утонул в шелесте листвы.
Последнее, что он увидел, — огромные глаза, светящиеся в темноте. А потом — только тишина.
Через месяц поисковая группа нашла лагерь. Палатки стояли нетронутыми, внутри — рюкзаки, оборудование, дневники. Но ни одного следа людей. Лишь на дереве, высоко над землёй, кто‑то вырезал странные символы, похожие на древние руны.
А в глубине тайги, если прислушаться, всё ещё можно услышать тихий шёпот: «Тайга не всех отпускает…»