Рассказ геолога, написан по истории, которой поделился В. Чернов.
Прочитал одну вашу историю про то, как леший людей по кругу водил. Улыбнуло. И тут же вспомнилось. Ведь и мне приходилось в тайге, и не только, не единожды с подобным неприятным явлением встречаться. И каждый раз при этом вспоминались нетленные строки известного нашего Александра Пушкина;
Хоть убей, следа не видно;
Сбились мы. Что делать нам!
В поле бес нас водит, видно,
Да кружит по сторонам.
Расскажу один необычный случай из моей полевой жизни. Одно тревожное событие произошло в самом начале 90-х, когда я находился в очередной геологической экспедиции, но на этот раз не как прежде в безлюдной тайге, а за Полярным кругом, на берегу северного моря посреди бескрайней летней тундры. Надо сказать, что до того момента, как впервые оказался в Заполярье, мой мозг был готов увидеть совсем другой, унылый пейзаж – сумрачный скорбный мир, придавленный вечными тяжелыми тучами, изъеденный непроходимыми топями, покрытый многочисленными озерками, как незаживающими ранами. Ведь тут над вечной мерзлотой простираются сплошь бездонные болота с торфяными кочками, буграми, а земля лежит как старое всбитое одеяло, по которому словно стада чертей скакали. И этот суровый, первозданный мир на каждом шагу таит в себе смертельную опасность.
И действительно, бывало, весь мокрый от соленного пота, пробираешься враскачку по тундре, как по пружинному матрасу, и эта нестабильная поверхность тревожно всхлипывает от каждого шага, выдыхая в дрожащий сырой воздух серые тучи ненасытной мошки, готовой сожрать любую живность. И ты проклинаешь всё, что можешь, на белом свете.
Но увиденное удивило - в этом суровом краю растения просто бьются за выживание, заполняя любые возможные жизненно важное пространства. А коротким летом здесь буйство разнообразия красок растений, некоторые из которых росли ещё во времена динозавров. И до самого горизонта, до куда видят глаза изредка стоят низкие недодеревья - чахлые сосенки, намертво вцепившиеся за мизерный клочок скудной почвы.
Однажды с Алексом, коллегой-геологом, пошли от нашего базового лагеря к морю за дровами. Там расстояние было ну сущий пустяк, километра четыре с небольшим хвостиком. Весь путь, нами же проложенный, на сто раз хоженный и поэтому хорошо знакомый. Дело было в начале августа. На моих надежных командирских часах стрелки показывали три часа ночи. Но солнце светило целыми сутками, описывая свой нескончаемый круг вдоль линии горизонта, но никогда полноценно за него не опускаясь. В общем, кто не знает, как раз был период полярного дня продолжительностью более сотни суток. Поэтому с видимостью было нормально.
Добрались с товарищем до моря, у линии прибоя набрали по крупной вязанке плавника, загрузились и довольные добычей отправились назад. Отошли недалеко. Вдруг совершенно неожиданно задули порывы сильного северного ветра, и с моря налетел аномальный, густючий, как сливки, туман, закрывая всё вокруг плотной молочной пеленой буквально на наших глазах. Вскоре более чем на метр вперед уже ничего не было видно.
И всё. Как говорится, здрасьте вам, приплыли. Природа в тумане становится совершенно неузнаваемой, ориентиры, приметы теряются. А стрелка компаса там крутится бешено, как лопасть вертолета. Но в этом как раз нет никакой загадки. Нам уже достоверно было известно, что в том районе грунт жирно перемешан с железистым песком. В общем, этот прибор совсем для нас был не помощник.
А вокруг нас опустилась нереальная тишина, безмолвие. Мы знали, что вокруг идет полноценная, но незаметная для чужих глаз жизнь. Но вокруг никто и ничто не шевельнётся. Шаги по ягельно-мшистому ковру бесшумны, неслышны. Мы с Алексом до боли в глазах всматривались в простиравшуюся перед нами тропу, стараясь поймать малейшее движение, вслушивались, пытаясь услышать малейший треск или шорох. Ничего не было слышно, но у обоих появилось чувство, что рядом кто-то бесшумно крадется.
Идём по единственной в той местности тропе, нами же проложенной, смотрим под ноги, да удивляемся - а места-то под ногами совершенно незнакомые: и камня такого замшелого здесь никогда не было, и давно дохлый лемминг здесь не лежал. А вот наши следы исчезли. Мы уже по времени должны были прийти на место, но лагеря нет, словно и не было никогда. Стало, как-то на душе неспокойно, тревожно. И мы с Алексом давай орать во всю глотку.
Вскоре коллега, оставшийся в гордом одиночестве в лагере, отозвался на наши истошные крики. Блин, да он же у нас за спиной! Но как такое возможно? Ведь единственная здесь тропа начинается от нашего лагеря! Как угораздило мимо него проскочить, понять не можем, хотя на свой обратный путь от моря встали, когда непроглядного тумана еще не было, да и с тропы вроде бы никуда не сходили.
Разворачиваемся и направляемся назад. И снова на тропе места совсем незнакомые, а уж когда реку перешли, которой между лагерем и морем не было, то совсем стало не по себе. В общем, поняли, потерялись мы окончательно. И что примечательно, вроде звуковой ориентир — голос нашего коллеги — вот он совсем рядышком, но почему-то каждый раз то спереди, то сзади. В общем, подумали-покумекали, да решили, видимо, местный леший нас водит, развлекается. А в таком разе обычные способы не работают. Помня народную примету, сняли куртки-штормовки, вывернули наизнанку, одели, ожидая положительного эффекта…
Но бесполезно, на тундровую нежить этот фокус, видимо, совсем не действует, примета в нашем случае не сработала. Словом, как потом выяснилось, мы понапрасну блуждали два с лишним часа по кругу, радиусом метров в 300 вокруг нашей палатки. Измаялись, плечи уже ныли от вязанок, которые тяжким грузом тянули к земле. Изматерились. Уверен, что столько семиэтажных матов и нелицеприятных выражений эти места никогда не слышали вовсе! Продолжалось это безобразие, пока ветер не задул и непроглядный туман не ушёл. Пришли в лагерь озадаченные, сильно измотанные, утром ноги ныли, как старые раны на непогоду. А по возвращению четко понял: на сегодня свою полноценную долю общения с дикой, первозданной природой мы получили сполна! Лично для себя сделал вывод: если попал в густой туман, нужно оставаться на месте, пока эта напасть не рассосется! Иначе можно бесконечно ходить кругами, попасть в совершенно странное место либо, что хуже, найти свою погибель.
А вы говорите – леший, безобразничает, несчастных людей среди трех сосенок водит. Непроглядный заполярный туман в сто раз круче и жестче это делает.
Три истории, ранее написанные совместно с В. Черновым, читайте в рассказах: 1)«Таинственный голос. Мистика на войне», 2) «Тайна Пермской тайги. Рассказ ветерана (первая часть)», 3) «Незабываемая поездка за ёлками. Мистический случай в зимнем лесу»
Написал Евгений Павлов-Сибиряк, автор книг 1) Шок и трепет в таёжной глуши. 2) Преодолевая страх, 3)Невероятная мистика, 4)Загадки времени/пространства, 5)Харчевня у поганых болот. Страшная история охотника Послушайте рассказы -ЗДЕСЬ и ЗДЕСЬ