Глава 1
Глава 7
— Донцов, к тебе пришли. Топай на свиданку, — знакомый охранник маячил за спиной Дениса. Мужчина поднял левую бровь в немом вопросе.
— Да девка какая-то пришла, вся из себя такая упакованная. Говорит, сестра. Что-то не припомню, чтобы к тебе сестры приходили. Или это из тех сестер, с которыми можно и под одеялом пошуршать? — ухмыльнулся охранник.
На лице Дениса не отразилось ровным счетом ничего. Мужчина молча пошел вслед за охранником, который успел одеть на него наручники. Пройдя через длинный коридор, оба оказались в помещении, где помаргивала лампа, а серые стены вокруг наводили ощущение непонятной тоски.
— Так… давай-ка я тебя еще раз перепроверю, — охранник профессиональными движениями проверил Дениса, после чего снял наручники и показал на дверь в другую комнату, где и проходили свидания.
Денис догадывался, кто бы это мог быть, но все равно был поражен, увидев Яну. Она стояла в заметном напряжении, глядя на него во все глаза.
«Какая ты стала красивая, — подумал Денис, не спуская глаз с девушки и осторожно присаживаясь на жесткий стул». Яна протянула руку к перегородке, но в последний момент отказалась от идеи прикоснуться к рукам мужчины. Когда-то она считала дни до его освобождения, передавала ему тайком его любимые деликатесы через Шныря - так звали одного из его подручных. Сейчас же напротив нее сидел мрачный, атлетического сложения человек, в настороженном взгляде которого она видела интерес и одновременно – безразличие. Воспоминания непрошеным потоком хлынули в сознание Яны, заполняя его яркими образами…
***
Тот день, когда она познакомилась с Денисом, Яна запомнила на всю жизнь. Студентка, отличница, общественная активистка и красавица, девушка была очень яркой и видной во всех смыслах. Несмотря на строгое воспитание, которое ей дали родители, Яна старалась показывать себя не заучкой, погрязшей в талмудах научных трудов, а обычной девчонкой, которой хочется иметь друзей, прогуливать иногда занятия или тусить на дискотеках. Однако такое случалось нечасто: Глеб тщательно следил, чтобы дочь не испортила семейную легенду о безупречном воспитании и благородных манерах. Нина, беспокоясь, что в общественном транспорте бывают всякие происшествия, была категорически против поездок в автобусах и маршрутках.
— Знаю я, что такое автобусы. Это и карманники, которые обчистят тебя так, что не заметишь. И скандалисты всякие невменяемые, и озабоченные, готовые залезть под юбку молодой девушки при первом удобном случае. А случись, к примеру, драка? Нет-нет, никаких автобусов. Наймем водителя, у нас есть один парнишка на примете. Из очень хорошей семьи. Простой водитель, но с манерами, как у светского льва. Вот его и пригласим к нам – будет тебя возить на учебу и обратно.
Яна пришла в ужас и обратилась к отцу:
— Пап, зачем нам водитель? Все приезжают либо на своих машинах, либо на общественном транспорте. А я, значит, буду с личным водителем? Это же еще больше привлечет внимания ко мне.
Глеб не согласился с дочерью. Он был уверен, что их с Ниной забота о безопасности единственного ребенка, будущей наследницы их детища, обязательно должна быть такой, чтобы об этом все говорили с уважением. Иначе какой смысл вкладываться? Больше разговоров – больше обращений к ним, значит, и денег будет больше. Глеб в мыслях уже распланировал жизнь Яны на десятки лет вперед. Она отучится, получит обязательно красный диплом (иначе нельзя), пройдет стажировку в его компании и затем, набрав необходимый опыт, заменит отца в правлении. Глеб, как любой любящий отец, считал, что без его отцовского благословения дочь никогда не посмеет вступать в отношения с кем бы то ни было. Втайне он также хотел, чтобы будущий зять относился к нему с огромным уважением хотя бы за то, что он уберег девичью честь дочери, не дав ей связываться с кем попало. Да только не учел уважаемый Глеб Антонович, что на этот счет и у самой Яны, и у капризной судьбы были свои планы…
Тихий, спокойный Алик, о котором говорила Нина, оказался невысоким, чуть выше самой девушки, но крепкого сложения. Двигался он неторопливо и плавно, водил машину очень аккуратно, дотошно соблюдая все правила дорожного движения. На недовольное фырканье Яны, почему не обогнали медленно ползущую впереди машину, парень флегматично ответил:
— Не положено. А если по встречке кто-то вылетит? Нам обоим тогда кранты.
Яна стала замечать, что ближе к весне, когда Алик стал уже более чем привычным явлением в ее жизни, он начал на нее как-то по-особенному посматривать. Он был старше Яны лет на шесть-семь, говорил мало и неохотно. Девушка сразу сравнивала его с другими водителями, которые большей частью были таксистами и с охотой забалтывали пассажиров. Алик же, когда Яна садилась в салон, лаконично командовал:
— Прошу пристегнуться.
Яна фыркала, закатывала глаза, но выполняла, что от нее требуется. В тот день, 26 марта, Алик вел себя как обычно. Отвез девушку в университет, отчитался перед Глебом и уехал по своим делам. За десять минут до окончания пар снова ждал у здания. Яна выскочила из корпуса, быстро сбежала вниз по ступеням и привычным жестом, без напоминаний, пристегнулась. Алик чуть заметно кивнул в зеркало заднего вида: мол, правильно сделала. Как только машина выехала на широкий проспект, Алик обратился к пассажирке, которая сосредоточенно смотрела что-то в своем телефоне.
— Яна Глебовна, ваш отец поручил мне забрать коробку и отвезти к ресторану. Там вроде намечается какое-то торжество, а Гоша (это был другой водитель) не успевает. Вы не возражаете, если я сначала заберу груз, а потом отвезу вас в офис ваших родителей?
Яне в голову не пришло, что что-то может быть не так. Алик показал себя образцовым исполнителем. Раз родители его о чем-то попросили, он выполнит их просьбу. Но в то же время мелькнула странная мимолетная мысль, за которую Яна никак не могла ухватиться. Она продолжала ехать, не обращая внимания на то, что водитель изменил маршрут.
Наконец, машина остановилась. Только сейчас Яна оторвалась от телефона и изумленно покачала головой: район был ей совершенно не знаком. Вместо уютных пятиэтажек стояли какие-то полуразрушенные длинные здания, которые могли в далеком прошлом быть цехами или складами. Девушка обратилась к Алику:
— А что мы здесь делаем? Вы не заблудились?
— Нет, мы именно там, где надо. Не беспокойтесь, нам никто не помешает.
Яна с ужасом смотрела, как водитель спокойно выходит из машины, открывает пассажирскую дверь и плотоядно облизывается. В его обычно невозмутимых глазах появилось незнакомое прежде выражение жестокости и похоти. Алик, не говоря больше ничего, схватил Яну за руку и выволок из салона. Протянул пятерню вперед, и девушка замерла, почувствовав его пальцы на своей груди. Однако оцепенение длилось считанные мгновения.
— Не смей меня трогать, гад! — Яна с отчаянным криком замахнулась на парня своей сумочкой, у которой были металлические уголки снизу. Один из уголков попал возле глаза парня, и Алик мгновенно озверел.
— Зараза, я тебе сейчас покажу, что значит уважать мужчину! Думаешь, я от великой любви к твоему дебильному папаше нанялся работать? Как бы не так, стерва… Он еще узнает, что такое боль, которая сводит с ума…
Алик набросился на Яну, рывком повалил на землю и начал рвать на ней одежду. Девушка отчаянно сражалась, но силы были неравны. Собрав остатки самообладания, Яна умудрилась укусить парня за ребро ладони, затем последовал удар сумочкой по шее. Алик охнул и отвернулся, но этих секунд было достаточно, чтобы девушка вырвалась из-под него и в полусогнутом положении рванула прочь. Она кричала и бежала вперед, не разбирая дороги. Алик нагонял ее, еще миг – и он схватит ее. Неожиданно сбоку от Яны что-то мелькнуло, и Алик покатился по земле. Через секунду девушка смогла разглядеть только два барахтающихся мужских тела. Алика хватило меньше, чем на минуту сопротивления. В руках незнакомца он быстро обмяк, и тот отшвырнул его от себя. Яна испуганно попятилась назад, разглядывая своего неожиданного спасителя.
С такими плечами и мускулатурой ему не составило труда скрутить несостоявшегося насильника. Яна, поняв, что ее только что спасли он неизбежной беды, не могла остановить рыдания. Незнакомец осторожно обнял ее и приговаривал:
— Успокойся, девочка, все уже кончилось… Этот урод больше не тронет тебя.
Мужчина вызвал сотрудников полиции, и через двадцать минут Яна давала показания в отделении. В срочном порядке вызвали ее родителей, которые не могли поверить, что Алик, которому они так доверяли, оказался способным на подобную мерзость.
— Он тебя не тронул…? — с некоторым напряжением в голосе спрашивала Нина. — Ты цела?
— Ты имеешь в виду, не изнасиловал ли он меня? — прохрипела Яна. — Нет, если ты об этом. Не успел, потому что ему помешал Денис.
— Какой Денис? — опешила Нина.
— Парень, который меня спас. Он скрутил Алика и сдал его милиции. Я хочу его поблагодарить за это.
— Успеется, — небрежно ответила Нина. — Он молодец, что не остался в стороне и помог незнакомой девушке. Но ты должна сейчас ехать на экспертизу, чтобы этот мерзавец Алик не ушел от наказания.
Яна понимала правоту матери, но ей очень не хотелось ехать куда-то для прохождения осмотра. Мать настаивала, чтобы гинеколог подтвердил, что дочь не подвергалась насилию, и это ее требование было выполнено. Нина с облегчением выдохнула:
— Слава богу, ее действительно не тронули…
Она сообщила мужу, что с Яной всё хорошо. Глеб принял активное участие в досудебном расследовании, но так было до тех пор, пока задержанный не попросил его прийти для личной беседы. О чем они там беседовали, никто не знал. Яна только помнила, что отец вышел порядком помрачневший и больше не интересовался ни следствием, ни приговором. Что было с Аликом, девушка так и не узнала.
Зато с Денисом у нее начали складываться особые отношения. Его мужественность и решительность, с которой он вмешался, говорили Яне только об одном – она встретила настоящего мужчину. Того, за спиной которого она будет, как за каменной стеной. Немногословность Дениса и его нежелание лишний раз мозолить глаза студенческой богеме девушка воспринимала как доказательство его скромности и достоинства. Прошло какие-то две недели после той неожиданной встречи, а Яна потеряла голову. Она мечтала, что Денис будет ее парнем, который станет ее надежным защитником и другом. Денис, судя по его пристальным взглядам, тоже разглядел в ней нечто большее, чем просто симпатичная дочь обеспеченных родителей. Он старался радовать девушку неожиданными сюрпризами, встречал после учебы и провожал до дома. Яна пылко заявила родителям, чтобы перестали приставлять к ней водителя с функцией няни и телохранителя:
— У меня есть любимый человек, который никому меня в обиду не даст. Так что пусть Гоша отдыхает. И любой другой водила – тоже.
Родители отступились, но стали внимательнее следить за дочерь. Им категорически не нравился выбор Яны.
— Мать в одиночку воспитывает, ни кола ни двора. Учится в каком-то зачуханном университете, у него даже приличного костюма нет, а всё туда же – подавайте богатую невесту, — злилась Нина, изучив подноготную Дениса.
Глеб усмехнулся:
— Я тебе предлагал отправить Яну учиться в Швейцарию, но ты не захотела. Теперь возмущаешься, что она встречается со студентом гораздо старше нее.
— Этот нищеброд вон какой здоровый… как бы не сделал с Янкой чего дурного, — прошипела Нина.
— Вот и проследи за этим. В конце концов, ты женщина или кто? — сухо ответил Глеб. — Мать должна учить дочь таким вещам, это не мужское дело.
Однако Нине не удалось уследить. Яна оказалась очень изобретательной на выдумки, когда нужно было тихо улизнуть на свидания с Денисом. Они могли гулять целый день допоздна по выходным. Яна заметила, что ее любимый, который мало что рассказывал о себе, стал задумчивым.
— Денис, что происходит? У тебя все хорошо? Ты стал каким-то мрачным, — тихо заметила Яна, обнимая Дениса за плечи. Тот вздохнул:
— Случилось, Яночка. Я дал слово одному человеку, и теперь надо его сдержать.
— Какое слово? — встревожилась девушка.
— Я должен сесть за решетку. Лет так на пять-шесть. За то, чего не делал, — мрачно ответил Денис. Яна в ужасе прикрыла рот рукой:
— Ты ведь… не собираешься добровольно идти в тюрьму за то, чего не делал? — умоляющим голосом спросила она. Мужчина мотнул головой:
— Таковы условия сделки. Яна, ты же понимаешь, что я простой парень, без всяких наворотов. У меня нет толстого кошелька и влиятельных богатых знакомых. Просто… так нужно. Цена вопроса – моя свобода, но зато моя мама будет спасена.
— А по-другому нельзя? Если нужна финансовая помощь, я могу попросить своих родителей. У меня есть и свои сбережения. Отдам всё, но только не надо за решетку…— заплакала Яна.
Лицо Дениса окаменело:
— Нет. Я не могу просить деньги у любимой девушки, это не по-мужски. Я уже нашел способ решить проблему и должен выполнить свою часть сделки. И еще. Ты не должна приходить на суд и ко мне на свидания. Годы пройдут быстро, не переживай. Может, за это время ты меня забудешь… я не могу требовать от тебя большего.
— Ты о чем? — из глаз Яны полились слезы. — Думаешь, так легко забыть человека, о котором я думаю днем и ночью? Дурак ты, если так думаешь! Я люблю тебя, не смей меня отталкивать.
Денис поцеловал ее, бормоча нежные слова. Неожиданно Яна подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза.
— Поехали в гостиницу. Давай проведем эту ночь вместе, ты и я.
— Что? — Денису показалось, что он ослышался.
— Да, ты правильно всё понял. Мама больше всех переживает за мою невинность, но знаешь, мне пофиг. Я хочу быть твоей. Хочу, чтобы ты был моим первым мужчиной, и это не обсуждается.
У Дениса все перевернулась внутри от этих слов. Он вызвал такси, и оба поехали в неприметную гостиницу в спальном районе. Яна специально выбрала ее, чтобы не попасться случайно на глаза знакомым. Особенно из родительского окружения.
Оказавшись в номере, они нетерпеливо начали снимать друг с друга одежду, стараясь не разрывать объятий. Денис держал Яну с такой осторожностью, словно перед ним была не девушка, а хрупкая статуэтка из тончайшего хрусталя. Он старался быть очень нежным с ней, чтобы не причинять лишней боли в ее первый раз…
***
— Зачем пожаловала? — хриплый низкий голос мужчины оставался холодным. Яна смотрела ему в глаза, не отводя взгляда.
— Я хотела увидеть тебя…— прошептала она. — Ты так и не позволил мне прийти к тебе…
— Я отдавал все твои передачки охране, чтобы не светиться, — отмахнулся Денис. — Потому что чуял, что от этих подарочков разит подлой изменой.
Яна нахмурилась:
— Какой изменой? Я тебе не изменяла, и ты это знаешь. Все эти годы я ждала тебя, до сих пор жду.
— Надо же, — криво усмехнулся Денис. — А, по моим сведениям, ты уже успела за какого-то автомеханика замуж выскочить. Скучно стало без кекса? Как он тебе в постели?
Яна начала сердиться. Она понимала, что в Денисе говорит ревность, но ей все равно было неприятно.
— У нас фиктивный брак. Я попросила его… жениться на мне, чтобы родители оставили меня в покое. Они хотели выдать меня за сына одного городского бизнесмена. А я его терпеть не могла. Впрочем, как и он меня, у нас это было взаимно.
— Даже так? — притворно удивился Денис. — А непорочного зачатия не боишься? Вдруг святым духом надует тебе живот, а ты потом прибежишь ко мне с радостной вестью, что я стал папой? Ха-ха-ха!
— Денис, не говори ерунду, пожалуйста, — взмолилась Яна. — Я к тебе поэтому и пришла. Я жду, когда ты выйдешь. И когда мы снова будем вместе, я разведусь с Кириллом и выйду за тебя. Мы же оба хотели этого, или ты забыл?
— Я-то помню, — прорычал Денис, — это ты кое-что забыла. Можешь вспомнить, перед сколькими мужчинами ты раздвигала ноги? Не помнишь? Ну куда тебе, их было слишком много. Зато я знаю во всех подробностях, кто побывал в твоей постели. Даже Виктор Ершов, мажор хренов.
— Откуда ты его знаешь? — поразилась Яна. Глаза Дениса злобно сверкнули:
— Почему тебя интересует, откуда я его знаю? Главное, не отрицаешь, что спала с ним.
— Денис, хватит! — Яна начала терять терпение. — У меня был за всю мою жизнь только один мужчина – ты. Ни с кем больше я не вступала в отношения, я хранила тебе верность. Потому что для меня было важно, чтобы ты понял, на что я готова ради тебя. Только у тебя самая настоящая паранойя, как я вижу. В чем ты меня обвиняешь? В измене? Которой не было? Кирилл спит в отдельной комнате, мы с ним иногда целыми днями не видимся. Потому что оба заняты работой, а не болезненными фантазиями на тему измены и прочего.
— Гляди-ка, как заговорила, — казалось, Денису доставляет особое удовольствие испытывать нервы Яны на прочность. — Что еще хочешь сказать?
— Я уже не понимаю, зачем я пришла сюда, — устало ответила Яна. — Я хотела узнать, как ты. Когда ты выходишь, чтобы встретить тебя и провести время с тобой. Потому что я дико скучала по тебе…
— Вот только не надо мне лапшу на уши вешать про смертную тоску по мне!! — заорал Денис так, что Яна непроизвольно отодвинулась назад. — Ты со своим Кириллом по ресторанам тусуешься, целуешься на людях, так ты тоскуешь по мне, лицемерная тварь?!
На глазах Яны выступили слезы, но Денису было все равно.
— Кстати, как твой драгоценный Кирилл поживает? Зажили его ручки-ножки? Мои ребята ему моську немного подправили. Но ты не переживай. Как только я выйду, ты станешь вдовой. И уйдешь… тоже вдовой…
Яна отшатнулась от него:
— Денис, что с тобой? Ты угрожаешь мне?
— Нет, всего лишь дружеское предупреждение. По старой памяти, так сказать, — в глазах Дениса горел огонь, который порядком напугал Яну. Девушка вскочила и нажала кнопку звонка:
— Охрана, выпустите меня отсюда!
— Свидание окончено, — процедил Денис. На пороге он обернулся и послал издевательский воздушный поцелуй Яне:
— Прощай, куколка. Гарантирую лучшие ночные кошмары, когда выйду. А осталось мне совсем чуть-чуть…
Сердце Яны чуть не рухнуло в пятки. Все-таки пребывание за решеткой не пошло на пользу Денису. Он и раньше был скор на расправу, но с ней никогда не позволял себе даже голос повышать.
— Он мне не верит…— прошептала Яна. — И Кирилл может еще больше пострадать из-за меня.