Губернаторская яхта бороздила океан, лавируя между насыпными островами на большой скорости.
Воздух рвал снасти, команда только успевала совершать манёвры, следя, как линию ветра пересекает корма парусника, и меняя галс. Страшно было смотреть, как матросы едва успевали низко наклонять головы, когда паруса стремительно перебрасывались с одного галса на другой.
С парящих остров за ними наблюдали именитые граждане государства и аплодировали успешным поворотам судна.
Лиам находился за штурвалом. Лицо его было сосредоточенно. Он искал острых ощущений, чтобы заглушить боль в сердце. Онис сегодня задал ему вопрос: “Куда вы увели преступницу? Я вынужден доложить Верховному”. И он был вправе задавать такие вопросы.
Ветер стихал. Судно сбавило скорость и вошло в воды, где местные жители упражнялись в искусстве управления мелкими судёнышками.
Лиам устал, руки от напряжения затекли. Он передал штурвал капитану.
Внезапно маленькие парусники стали сбиваться в кучу. Раздались крики. Возбуждённые матросы столпились на правой стороне и указывали руками в одном направлении.
Лиам приложил ладонь к бровям и вгляделся: торчала длинная шея с маленькой головой. Хищник высматривал жертву, сверкая чешуёй.
– Право руля! – скомандовал губернатор.
Корабль направился к дракону.
Перед глазами Лиама всплыла картина из его кабинета: парусник, человек, летящий в пасть чудовища…
“Так и не встретился с мастером Гардом,“ – подумал губернатор.
Мозг Лиама пронзила простая мысль:
– Можно одним махом разрубить ужасный узел предательства любви и долга.
Парусник отсёк путь дракона к маленьким судам, которые поспешили укрыться в гавани. Но все понимали: чудищу нужна жертва, без этого он не уйдёт.
Губернатор посмотрел вниз. Дракон казался маленьким, игрушечным. Но когда он открыл пасть, злясь на парусник, мешающий получить добычу, всем стало страшно.
Лиам легко перемахнул через борт судна, раскинул руки и полетел в огнедышащую пасть, не закрывая глаз, ощущая восторг свободы.
***Прошло полгода…
Она закончила писать картину. Отложила палитру.
Уселась на свой любимый камень. Устремила взгляд на море.
Оно устало вздыхало, перекатывая плотные волны, виновато обрызгивало ноги девушки, осторожно, стараясь не замочить ей платье.
– Ты забрало у меня Лиама и теперь просишь прощения? – с упрёком прошептала Гарделия, обхватив живот и ощущая внутри движение новой жизни.
Море заворчало в ответ, сердясь и ускоряя волны.
– Гарделия… Гарделия… – ветер принёс её имя.
Девушка вздрогнула, вглядываясь в начинающую темнеть воду.
– Лиам?! – лицо исказилось, на ресницах повисли слезинки. – Поговори со мной, Лиам… Мне так одиноко. Лиам!
Возле камня забурлила вода, показалась человеческая фигура. Она не шевелилась, словно хотела, чтобы Гарделия к ней привыкла.
– Лиам?! – крик застыл на губах. – Лиам… Не может быть!
Она потёрла глаза, ущипнула себя за руку.
“Я не сплю. Я точно это знаю. Это моя тоска, моя страсть играет с моим воображением. Как было бы хорошо, если бы это было правдой!”
Гарделия вздохнула и направилась к тайной тропе.
– Ты уходишь, любимая? – фигура пошевелилась. – Ты боишься?
Голос Лиама. Но Гарделия столько раз слышала его в стоне деревьев, в накате волн, что считала это нормальным: возлюбленный был везде. Хотелось, чтобы он был везде!
Она оглянулась и осела на песок – к ней шёл Лиам, похудевший, возмужавший. Он стал выше ростом, лицо утратило миловидность, стало суровым от шрама на щеке.
Лиам опустился к ней, охватив взглядом округлившуюся фигуру. В глазах вспыхнул восторг, он прижался головой к её животу.
Они ни о чём не говорили. Долго сидели, привыкая к близости, принимая друг друга и не веря в происходящее.
– Я теперь виариец, – нарушил молчание бывший губернатор. – Мы с тобой равны.
Он отвернул ворот облегающего костюма, показал шею.
“Как у моего отца, – Гарделия погладила дышащие жабры. – Ему нужно будет уходить в море”.
– Меня предал начальник охраны, запретив поднимать на поверхность. Для него было выгодно считать меня погибшим. – У Лиама заходили желваки. – Я был ранен и не способен бороться с ним. Меня спасли подводные жители.
Он поднялся, гордо вскинул подбородок и протянул руку Гарделии.
— Но это не поражение, а победа! Я свободен от долга и предрассудков. Теперь мы сможем быть вместе.
Гарделия удивилась: он так просто говорил о своих слабостях, что это становилось его достоинством.
– Мы любим тебя, – нежно проговорила она, заметила вспыхнувшие от слова “мы” глаза Лиама.
Всё!
Дорогие друзья!
Рассказ получился большим, но таково было задание на курсах. Первый раз я писала в жанре фэнтези. Как вам?
Критика приветствуется.