317 стр.
Роман "Ритуалы плавания", получивший Букеровскую премию по литературе в 1980 году, принадлежит перу знаменитого английского писателя Уильяма Голдинга (1911 - 1993), лауреата Нобелевской премии по литературе 1983 года, которая была присуждена ему "за романы, которые с ясностью реалистического повествовательного искусства в сочетании с многообразием и универсальностью мифа помогают постигнуть условия существования человека в современном мире". Голдинг, начавший писать романы в довольно зрелом возрасте (первый роман вышел, когда писателю было за сорок), является, бесспорно, уникальным автором. По сути, он был обычным учителем в средней школе (жена - преподаватель химии в этой же школе). Вторая мировая война побудила Уильяма Голдинга идти служить на флот. 6 июня 1944 года Голдинг принял участие в высадке союзников СССР в Нормандии в качестве командира десантного корабля-ракетоносца. А в ноябре 1944 года командовал кораблём при осуществлении высадки войск на нидерландский остров Вальхерен. После окончания войны Голдинг вновь вернулся к преподаванию в школе и вскоре начал писать свой первый роман - "Повелитель мух", принёсший ему мировую известность. "Ритуалы плавания" в библиографии голдинговских романов является восьмым произведением в этом жанре (из двенадцати созданных им), но тесно пересекается с его дебютным романом в главном - в своей основной идее, что человек, как «падшее существо», способен на «злодеяния, для описания коих не находится слов». Вот это рассеивание всяческих иллюзий относительно свойств человеческой природы произошло у Голдинга именно из его жизненного опыта военных лет. Он насмотрелся и пережил всякого. Как говорил он в одном из интервью: "Будучи молодым человеком, до войны я имел легковесно-наивные представления о человеке. Но я прошел через войну, и это изменило меня. Война научила меня — и многих других — совсем иному». И ключевая фраза: "Я начал понимать на что способны люди". И в первую очередь, этот бывший британский фронтовик говорит о зле, на которое люди способны, о том самом зле, "для описания коего не находится слов". А теперь посмотрим, на что способны персонажи Голдинга в его произведении -
"Ритуалы плавания" (1980)
Роман открывает голдинговскую морскую трилогию "На край света" (второй частью трилогии стал роман "Тесное соседство" (1987) и заключительной - роман "Пожар внизу" (1989)). Эта историческая сага, действие которой происходит в начале ХIX века, - чистейшей воды аллегория на микромодель общества в британском его варианте.
Действие романа происходит на корабле (Голдинг не даёт даже его названия), плывущем из Англии в Австралию. Безусловно, у Голдинга данный корабль - символ Британской империи. Все события этого многомесячного путешествия представлены нам в виде путевого дневника молодого аристократа Эдмунда Тальбота, направляющегося в Австралию на службу в "помощники губернатора одной из колоний Его Величества".
Оказывается, ведение дневника подобно выпивке - не всегда вовремя остановишься.
И Тальбот описывает всё, что происходит на корабле и чему он становится свидетелем с исповедальной дотошностью:
Всем известна истинная, доказанная и несомненная связь между красотой женщины и крепостью выпитого! После третьего стакана лет двадцать испарилось с лица прелестницы, как снег на солнце!
Тальбот "положил глаз" на одну из пассажирок корабля - мисс Зенобию, и предпринял некие шаги, чтобы завлечь её к себе в каюту.
Некоторое время мы боролись около койки, Зенобия - тщательно рассчитывая силы, чтобы вовремя сдаться, я - с нарастающей страстью.
Эдмунд Тальбот, добившийся своего от Зенобии, старается от неё отделаться, замышляя даже планы свести Зенобию с находящимся на борту корабля пастором Колли.
Колли нашёл Зенобию привлекательной, она продемонстрировала готовность пасть на колени перед мужчиной духовного звания - из них выйдет прекрасная пара! Может, стоит оказать им услугу - тем более некий мелкий бес шептал мне, что услугу я окажу на самом деле троим, включая себя самого.
Тальбот описывает и капитана корабля - мистера Андерсона, который с первой же встречи невзлюбил пастора, сделав его предметом насмешек:
Андерсен и в самом деле ненавидит церковь! И его отношение действует на всех окружающих. Он не отдаёт никаких приказов, но все знают, как капитан обращается с подчинённым, посмевшим не разделить его нелюбовь.
В конце романа мы узнаем причину такой неприязни капитана Андерсена к духовенству. И эта неприязнь тяжело сказывается на пасторе Колли, последствия которой скажутся буквально через несколько дней, когда корабль будет пересекать линию экватора.
Между тем, Тальбот узнаёт о том, что и морской офицер Деверель так же добился расположения Зенобии:
Выходит, мы в одной лодке? О небо! Что ж, морской офицер - тоже джентльмен, и мы ни при каких обстоятельствах не выдадим друг друга.
...
Мы оба боялись одних и тех неприятностей от нашей общей возлюбленной.
В это же время матросы выбирают пастора Колли (с молчаливого одобрения капитана корабля) объектом издевательского ритуала пересечения экватора - "чёртовой купели", когда окунают его в нечистоты, а через пару дней ещё и спаивают пастора в своём матросском кубрике.
Выходка матросов отличалась грубостью и заносчивостью, а повинны в ней были мистер Колли и капитан Андерсон: первый стал её причиной, второй допустил её.
Пьяный пастор, "нелепый и отвратительный", предстаёт на всеобщее обозрение:
Его церковный наряд исчез вместе со всеми признаками сана: париком, бриджами, чулками и туфлями. Какая-то добрая душа в приступе жалости снабдила его парусиновой рубахой от матросской робы, которая, в силу тщедушности пастора, прикрывала ему бёдра. Поддерживал его молодой здоровяк, голова Колли лежала на его груди.
На глазах у всех пастор направляется к фальшборту и мочится на него.
Как завизжали, прикрывая лица ладонями дамы, как вознегодовали мужчины!
После этого вызывающего случая пастор впадает в глубокую депрессию, не выходит из каюты и спустя несколько дней умирает. После смерти пастора Эдмунд находит в его каюте письмо, которое пастор Колли намеревался отправить своей сестре в Англию, и которое проливает свет на то, каким издевательствам подвергался пастор на корабле со стороны матросов и офицеров судна. В своём путевом дневнике Тальбот полностью приводит текст этого неотправленного письма. В повествовании Колли встречаются строки восхищения красотой одного из молодых матросов:
Я смотрел на одного юношу со стройными ногами и тонким станом, но широкими плечами - истинный сын Нептуна!
...
Нижняя часть его одеяния так облегает ноги, что кажется изваянной вместе с ними. Я не мог не залюбоваться его мужественной грацией, когда он осушил кружку и поставил её на бочонок.
...
Этот молодой человек, словно отлитый из бронзы, и с текущим в жилах ихором, - когда он пил ром, мне казалось, будто я слышу рёв печи и внутренним зрением вижу, как из него вырывается пламя... А обычным зрением я вижу: именно он - повелитель! И я от всего отрёкся и жаждал опуститься перед ним на колени.
...
Я узнал имя моего Героя. Это некий Билли Роджерс, боюсь, настоящий негодник, его ребяческой души ещё не коснулась Благодать. Я постараюсь найти возможность с ним побеседовать.
Пастор Колли описывает и тот ритуал, через который его насильно заставили пройти ("чёртова купель"):
... меня с яростной силой толкнули, и я полетел спиной прямо в парусину с вонючей водою. Дальнейшее оказалось ещё более странным и страшным. Ведь я не причинил им зла, и они уже наглумились надо мной вдосталь, насмеялись, как хотели.
После смерти пастора Колли, капитан собрал небольшое совещание с офицерами, на котором присутствовал и Тальбот. В попытке выяснить причины, приведшие к смерти пастора, проведя допросы матросов, выяснилось, что с пьяным пастором в матросском кубрике был совершён акт групповой содомии.
Роджерс ничего не ответил и напрягся ещё сильнее. Я продолжал допрос:
- Прошу вас, любезнейший, или рассказать нам, кто это сделал, или, по крайней мере, перечислить тех, кого можно подозревать в подобной склонности.
...
Лицо его неуловимо изменилось. Он вздёрнул верхнюю губу и, словно бы в неуверенности, прикусил зубами нижнюю:
- Прикажете начать с офицеров, сэр?
Капитан, из-за скандальности темы, решил расследование прекратить и этот вопиющий случай "замять".
- Значит, так и запишем - умер от нервного истощения. Хересу?
Далее в дневнике Тальбота идёт описание ритуала морских похорон: пастор был спущен по наклонной доске в пучину океана с пушечными ядрами на ногах. Так, неожиданно для Тальбота его дневниковые записи превратились в "письменное свидетельство одной единственной истории - драмы Роберта Джеймса Колли".
Но и это ещё не конец истории... Эдмунд Тальбот выяснил ещё один пикантный аспект произошедшего между пастором Колли и матросом Роджерсом, которым он так восторгался в своём письме. Но об этом, ключевом во всей этой ситуации моменте, прочитайте сами. И тогда, скорее всего, вы согласитесь с заключительными строчками дневника Тальбота:
Возможно, я плохо понимаю людей, но одно теперь знаю точно: человек действительно может умереть со стыда.
А плавание продолжалось...
От недосыпа и слишком долгих размышлений я чуть тронулся умом, как и любой мореплаватель, вынужденный жить бок о бок с себе подобными, а значит, и со всеми их пороками, какие только существуют под солнцем и луной.
Спасибо за внимание!