Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новую статью.
Джингоизм (англ. jingoism) – это национализм, сочетающий пропаганду колониальной экспансии и разжигание национальной вражды. Как отдельный феномен, джингоизм возник в Великобритании во второй половине 1870-х гг. Его появление связано с развитием Британской империи, нарастанием социальных проблем в метрополии, а также политической борьбой двух ведущих партий: либералов и консерваторов.
Следует особо выделить двух столпов британской политической жизни этого периода: главу консервативной партии и любимца королевы Виктории – Бенджамина Дизраэли (1804–1881), а также “Великого старца”, возглавляющего либеральную партию – Уильяма Гладстона (1809–1898). Каждый из них побывал на посту премьер-министра (Дизраэли дважды, Гладстон трижды). Каждый оставил след в политической жизни империи. Их противостояние вошло историю. Дизраэли, к примеру, приписывают фразу: «Если бы Гладстон упал в Темзу, это было бы несчастьем, а если бы кто-нибудь его вытащил, это, я полагаю, было бы катастрофой».
Их противоречия касались Ирландского вопроса: консерваторы, большинство которых составляли титулованные землевладельцы, крайне негативно относились к стараниям либералов провести земельную реформу, расширяющую права арендаторов в Ирландии. Гладстон много лет боролся за гомруль (самоуправление для Ирландии). По-разному лидеры партий смотрели на урегулирование конфликта на Балканах и “рабочий вопрос”.
Консерваторы во главе с Дизраэли полагали, что можно примирить «две наций» (богатых и бедных), используя имперский комплекс, который прививал любому британцу чувство собственного превосходства над туземцем или просто иностранцем. Впоследствии подобные рассуждения вылились в концепцию “бремени белого человека”. Название этой концепции дала поэма Редьярда Кипплинга 1899 г. В ней он возлагал на англичан миссию “нести просвещение туземцам и управлять ими во благо им самим”.
Одним из наиболее ярких внешних проявлений джингоизма в Великобритании считаются массовые митинги декабря 1877 – начала марта 1878 годов в поддержку силового участия Великобритании в разрешении Восточного кризиса. В это время шла Русско-турецкая война, и Британия отправила эскадру в турецкие воды для противодействия продвижению русских войск. В Великобритании резко усилились шовинистические настроения, не без помощи консервативных СМИ.
Восклицание “By Jingo!” относится к жаргонным выражениям, большинство исследователей переводят его как «Богом клянусь!» или «ей-богу!». До 1877 года это слово не было отмечено особыми негативными коннотациями. Однако в мае 1877 года в лондонском мюзик-холле была исполнена песня, написанная Дж. Хантом на злобу дня в связи с развернувшимися на Балканах военными действиями между Российской и Османской империями. Каждый из четырех куплетов этой песни сопровождался рефреном:
«Мы не хотим воевать, но, ей-богу (By Jingo!), если так случится,
То у нас найдутся корабли, найдутся люди, найдутся также и деньги.
Нам с медведем (русским) воевать не впервой, и пока мы истинные британцы,
Русским не бывать в Константинополе».
Песня была встречена со скепсисом со стороны либералов, осуждающих агрессивную внешнюю политику Дизраэли, но оказалась привлекательной для маргинальной аудитории мюзик-холлов. Исследователь Э. Кинг упоминал, что вначале слово «джинго» применялось в газетных публикациях для описания участников митингов, «распевавших песню о Джинго», и сторонников консервативной партии, по большей части из числа рабочих, требовавших от правительства вмешательства Великобритании в решение Восточного вопроса. Постепенно термины «джинго» и производный от него «джингоизм» стали использоваться в либеральных газетах как обозначение “ура-патриотизма” и всех сторонников консерваторов.
В свою очередь, консерваторы использовали пропаганду империализма, чтобы отвлечь широкую публику от “рабочего вопроса”. Пропаганда велась в том числе с помощью средств массовой информации: газет и журналов. Открытое и некритичное восхваление британской нации, громкие лозунги, не требующие обоснования и разъяснения – все это было характерно для передовиц центральных газет, которые перепечатывали многочисленные локальные издания.
Для публикаций в консервативных газетах был характерен набор империалистических лозунгов, включающий в себя такие устойчивые выражения: «то, что было главной ценностью для отцов», «преимущества, вытекающие из единства с самой могущественной Империей, которую когда-либо знал мир», «имперское дело», «триумф британского патриотизма», «политическое уничтожение тех, кто хотел бы продать Юнион Джек Звездам и Полосам» и пр.
Для доказательства благотворного влияния имперской политики на колонии в газетах печатали авторов, лояльных империи. Например, в статье реформатора индуизма П. Ч. Маджумдара, опубликованной в журнале “The Nineteenth Century”, были такие строки: «Непорочность и истинность английского правления и английских идеалов бесшумно несли с собой высокие идеалы личной и общественной жизни. <…> Современный образованный индиец <…> гордится правительством, которое им управляет, он молчаливо благоговеет перед августейшим монархом, которого называет своей Матерью. <…> Индиец тоже ощущает себя сыном Империи, на нем отражается слава Англии, герои Англии – это его герои, будущее Англии – это его будущее».
Имперские штампы звучали и в речи лорда-ректора университета Глазго – лорда Розбери, напечатанной в «Таймс»: «великое наследие», «верная служба», «наша слава», «величайшая империя» с указанием, насколько она велика географически и демографически, «враги, завидующие Великобритании и стремящиеся ее ослабить».
Примечательно, что сторонники имперского величия особо отмечали, как велики расходы на содержание этой самой империи. К примеру, известный политик, естествоиспытатель и энциклопедист Джон Лаббок подсчитал, какие суммы расходовались правительством на поддержание заморских колоний, включая траты на военные нужды, содержание государственного аппарата и кредиты колониям. Из его подсчетов выходило, что налоги, получаемые казной из колоний, не покрывали затрат правительства. Особо Лаббок выделял Индию: «Владение Индией является самым затратным бременем для нашей страны <…> в любом случае, наши честные усилия и желание нацелены на управление Индией для блага народа Индии. <…> Ему выгодно наше правление. <…> Индия не вносит ни пенни в доход Великобритании». Несмотря на предполагаемые экономические потери от содержания империи, джингоисты все же отстаивали идею колониальной экспансии.
В 1877-1878 гг. песня “Джинго” звучала не только на сцене мюзик-холлов, но и на вполне респектабельных подмостках театров. Так, многие лондонские и провинциальные театры в рождественские представления 1877 года включили вариации песни “Джинго”. В номере газеты «The Entr`acte» от 5 января 1878 г. описывалось рождественское представление театра “Аквариум”: «Самое поразительное из того, чем было предложено насладиться в пантомимах года, это видеть и слышать, когда трехлетние (дети) в «Аквариуме» вышли вперед и спели – Псы войны вырвались на волю <…> восемь маленьких мальчиков, одетых в ненавистные желтое и черное» (гербовые цвета Российской империи), <…> Цвета московитов и их униформа были неистово освистаны», в то время как аплодисментами было встречено появление восьми малышек-османов, … одетых в голубые одежды с красными фесками на головах».
Стоит отметить, что в либеральных газетах и журналах царила совсем другая атмосфера. К примеру, популярный еженедельный журнал “Punch” придерживался либеральных позиций и поддерживал Гладстона. В этом и других либеральных изданиях слово «джинго» имело негативную коннотацию. Так, например, место встречи консерваторов могли назвать «Джинголенд», подчеркивая «варварский» характер его участников. В номере “Punch” от 18 октября 1878 г. была заметка под названием «Расширительное толкование», в ней говорилось: «Патриотизм (согласно словарю Джонсона) – Любовь к своей стране; (согласно Джинго) – Любовь к странам других людей». Таким образом, джингоисты осуждались как носители милитаристских настроений в британском обществе.
Один из лучших авторов юмористического фэнтези – сэр Терри Пратчетт (1948-2015) – написал книгу о бессмысленной войне двух великих государств из-за крохотного островка (входит в серию “Плоский мир”, цикл о страже). Он назвал ее “Jingo”. Примечательно, что в России название перевели как “Патриот”, что совсем не передает дух повествования. Как говорил Жорж Клемансо: “Патриот любит свой народ, а националист ненавидит все остальные”.
Источники:
Симонов А. В. Имперская идеология в британских средствах массовой информации в конце XIX–начале XX века // Диалог со временем. – 2015. – №. 52. – С. 360-368.
Дронова Н.В. К вопросу о политических технологиях викторианской Англии:
концепт «джинго» в издательской практике журнала “Punch” (1878-1879) // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки,2021. Т. 26, № 190.
Дронова Н.В. ТЕМА «ДЖИНГО» В ПРАКТИКЕ РОЖДЕСТВЕНСКИХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ БРИТАНСКИХ ТЕАТРОВ СЕЗОНА 1877-1878 ГГ. // История: факты и символы,№ 1 (26), 2021.
Силантьева Л. Н. ИМПЕРИАЛИЗМ КАК ПОПУЛИСТСКИЙ ЛОЗУНГ. «БРИТАНСКОСТЬ», ВОПЛОЩЕННАЯ В ФОРМУЛЕ «БРЕМЯ БЕЛОГО ЧЕЛОВЕКА» // Ewa Kowalczyk. – 2019. – С. 86.
https://www.historic-uk.com/HistoryUK/HistoryofBritain/Disraeli-Gladstone-Great-Rivalry-Debates/