Осень 2025-го принесла не только холодные дожди, но и грозовые тучи в дом знаменитого телеведущего. Шестнадцать лет совместной жизни, казавшиеся незыблемой крепостью, рассыпались на глазах у публики. Но когда утихли первые пересуды, на первый план вышла новая, неожиданная драма. Имя, которое Дмитрий Дибров десятилетиями создавал в свете софитов, вдруг оказалось под угрозой.
Ведущий был непреклонен. Он посчитал свою фамилию настоящим достоянием семьи, которое нельзя опорочить, и публично заявил о намерении встретиться с адвокатом по авторскому праву. Его цель? Фамилия "Дибров" должна оставаться синонимом "постоянного поиска в области публицистики", а не ассоциироваться с личными неурядицами, ставшими достоянием общественности.
Но... закон оказался не на стороне амбиций.
Знаменитый адвокат Александр Добровинский, который участвовал в бракоразводном процессе, развёл руками. По его словам, многие мужчины недовольны, когда бывшая супруга носит их фамилию, но по закону изменить это почти невозможно. Фамилия, пояснил юрист, достаётся жене при разводе, словно "подарок", и она вправе оставить её себе. Сделать с этим ничего нельзя. Единственный выход, который назвал Добровинский, — предложить бывшей супруге вознаграждение. Заплатить, чтобы она согласилась вернуть девичью.
Однако Дмитрий пошёл другим, куда более современным и жёстким путём. Это был ход в шахматной партии. В конце октября ведущий подал документы в Роспатент на регистрацию своего товарного знака. И этот ход был направлен прямо в сердце бизнеса бывшей супруги.
Заявка касалась широкого спектра услуг: «консультации профессиональные в области бизнеса», «маркетинг», «продвижение продаж» и «реклама». А что такое бизнес Полины? Успешное женское сообщество «Dibrova Club» на Рублёвке. В случае регистрации её "четвёртый ребёнок", который, по её словам, был создан "без единого вложения", был бы вынужден немедленно сменить название. Удар был точным. Как сообщалось, этот конфликт начался ещё до развода. Дмитрий говорил Полине, что для него «принципиально важно», чтобы её клуб так больше не назывался. Но своенравная Полина, видимо, отказываться от узнаваемого бренда не собиралась.
Что же привело к такому расколу?
Инициатором развода стала сама Полина. Всё начиналось как в сказке: он — состоявшийся ведущий, сражённый красотой юной ростовской девушки на конкурсе. Она — 17-летняя модель. Их не смутила почти 30-летняя разница в возрасте. Но спустя 16 лет чувства претерпели трансформацию. Любовь, как признавалась Полина, перестала быть страстью мужчины и женщины. Она переродилась в привязанность к другу, наставнику, учителю по жизни и отцу её детей. Она чувствовала, что, продолжая жить так, обманывает и себя, и мужа, что у неё началось внутреннее разрушение.
Примерно за полгода до того, как всё вырвалось наружу, она решилась на сложный разговор. Полина честно призналась мужу: в её жизни появились новые эмоциональные перемены, связанные с другим мужчиной — бизнесменом Романом Товстиком.
И тут грянул настоящий гром.
Как только история просочилась в прессу, общественность узнала имя. Роман Товстик. Муж её же близкой подруги Елены! Семьи были соседями и добрыми знакомыми. Полина даже стала крёстной матерью их сына Артёма.
Бывшая жена миллиардера молчать не стала. Елена Товстик публично обвинила Полину в разрушении её 22-летнего брака, в котором росли шестеро детей.
На Полину обрушилась настоящая лавина критики. Вчерашнюю «Миссис Россию» мгновенно окрестили «разлучницей года», обвиняя в том, что она оставила мужа ради денег. Елена Товстик в интервью доходила до фантастических обвинений, всерьёз рассказывая, будто Полина использовала «некие непонятные субстанции и странные ритуалы», чтобы заполучить её мужа.
Сам Дмитрий Дибров выбрал путь стоицизма и иронии. На одном из светских мероприятий он позволил себе горькую шутку, отметив, что эта ситуация породнила его с Александром Сергеевичем Пушкиным. А в адрес нового избранника своей бывшей супруги шоумен отпустил едкое замечание, назвав того «лысеющим как фасоль».
Три долгих месяца Полина молчала. Она стоически выдерживала травлю. А когда нарушила молчание, это были не оправдания. Это был холодный, выверенный сарказм.
Когда в сети обсуждали расставание рэпера Джигана, Полина оставила комментарий, ставший легендарным: «Надеюсь, не я опять виновата. Хотя он так сексуально лысеет, мммм, как фасоль. А ещё у него много детей. Всё как я люблю».
Для тех, кто был в теме, это был многослойный троллинг. Фраза «лысеет как фасоль» была прямой цитатой Дмитрия Диброва, который именно так высмеял Романа Товстика!
Но не все оценили юмор. Журналист Отар Кушанашвили не стал подбирать слов. «Напрочь исчезло из ростовской девушки обаяние. Напрочь», — эмоционально заявил он. «Когда у девушки недоброе лицо, красота отходит на второй план и вообще испаряется». Отар предположил, что Полину «ненавидят» не потому, что она ушла, а потому, что «пытается как-то обосновать это, а лицо злое, недоброе». Журналиста возмутило, что она буквально «поселилась» в студиях ток-шоу. «Уходя — уходи», — вынес он вердикт. «Займись детьми».
А что же дети? Несмотря на публичные баталии, родители поставили во главу угла благополучие сыновей. Было принято цивилизованное решение: Полина арендовала особняк в том же посёлке, и бывшие супруги стали жить «напротив друг друга». Всё было сделано для того, чтобы трое сыновей — 15-летний Александр, 11-летний Федор и 10-летний Илья — могли «беспрепятственно общаться» с обоими родителями в любое время. Как, по рассказам, заявил младший сын: «Я свободный человек, у меня не должно быть графика, и я выбираю, где я ночую сам».
Сама Полина, даже инициировав развод, последовательно подчёркивала своё уважение к бывшему мужу. Она неоднократно называла Дмитрия «лучшим отцом» и «фантастическим мужем». Когда в сети писали «гадости» о его 30-летней разнице в возрасте, она жёстко пресекала их, заявляя, что её муж — «мужчина вне возраста».
Пожалуй, самым пронзительным было её признание, сделанное уже после разрыва. Полина публично заявила, что «никто никогда так не любил» её, как Дмитрий.
Этот скандал заставил Диброва яростно защищать то, что ему было дорого — своё наследие. Подача заявки на регистрацию товарного знака была не актом мести, а актом защиты своего имени. Защиты своего наследия ради тех, кто в центре этой истории — троих сыновей, которые должны носить эту фамилию с гордостью.