«Ириска» стояла в гараже, тихо поскрипывая на остывающем металле. Ее последнее путешествие к морю стало для Витьки и Артема не просто приключением, а точкой отсчета. Но для самой машины оно обернулось закономерным итогом — после героического возвращения с отвалившимся глушителем и картошкой на стекле, она окончательно забастовала.
Витька, облачившись в засаленную спецовку, провел в гараже две субботы подряд. Оттуда доносились его приглушенные возгласы: «Ну, матушка, ну подымись же!» и звон падающих инструментов. Артем помогал, как мог, — подавал ключи и крутил болты, которые Витька называл «архаичными хомутами прогнившей эпохи».
Но чуда не произошло. Двигатель «Ириски», прошедший сквозь огонь, воду и медные трубы, наконец, испустил дух. Капитальный ремонт стоил как полторы машины. Наступила суровая реальность.
— Все, — с горькой улыбкой констатировал Витька, вытирая руки о тряпку. — Поездка к морю стала ее лебединой песней. Она спасла нас, но ценой своей «жизни».
Они стояли и молча смотрели на свою «Ласточку». Ржавые пороги, помятые крылья, потертый салон, хранивший воспоминания десятков поездок. Выбросить ее на свалку было равносильно предательству.
И тут Артем, который после той поездки нашел в себе силы начать новую жизнь и даже пошел на курсы дизайнера, предложил идею.
— А давай не хоронить ее, а… переродим. Сделаем из нее арт-объект. Капсулу времени наших с тобой приключений.
Идея была безумной. И потому — гениальной. Они не стали ее ремонтировать. Они начали ее препарировать.
Вместо двигателя они установили внутрь старый, но рабочий проектор. Багажник превратили в мини-бар с термосом и баночками для чипсов. На месте передних сидений появился уютный диванчик из старого кресла Артема. Но главное — они сохранили ВСЕ. Прикрученный проволокой глушитель стал частью инсталляции «Битва со стихией». Половинка засохшей картофелины, найденная под сиденьем, была заламинирована и помещена в рамку с табличкой «Система омывателя, версия 1.0». 😀
Они не закрашивали вмятины и царапины. Каждая из них теперь имела свою историю, написанную на специальной табличке. «Встреча с придорожным камнем, 2015», «Нежное прикосновение грузовика, 2017», «Поцелуй столба на парковке у супермаркета».
Превращение заняло несколько месяцев. И вот, в субботу, они устроили презентацию. «Ириску», вернее, то, во что она превратилась, выкатили во двор гаража. Пришли друзья, знакомые, и даже тетя Артема, которую они когда-то навестили.
Когда стемнело, Витька включил проектор. На белой стене гаража замигал фильм. Не обычный, а смонтированный из их общих фотографий и видео — вот они молодые, поют в кабине, вот стоят на том самом утесе у моря, вот чинят эту самую машину, обливаясь потом.
— Это наша жизнь, — сказал Артем, обнимая Витьку за плечи. — И «Ириска» была ее главным героем.
Машина, которая не могла ехать, теперь стала их личным кинотеатром, музеем их дружбы и самым честным памятником целой эпохе их жизни. Она больше не рычала на трассе, но ее история, застывшая в металле и памяти, говорила громче любого мотора. И иногда, в тихие летние вечера, они вдвоем сидели в ее салоне, смотрели старые фото и смеялись до слез, потому что поняли — самые лучшие машины это не те, что быстро ездят, а те, что довозят тебя до самого счастья. И «Ириска» справилась с этой задачей на все сто.