Михаил Юрьевич Лермонтов в своей «Песне про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» создает не просто историческую поэму, а произведение, глубоко пронизанное духом русского фольклора. С самого начала, обращаясь к слушателям: «Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!», поэт погружает нас в атмосферу народного сказа, где повествование ведут мудрые гусляры. Этот прием — не просто стилизация, а способ донести до читателя вечные народные идеалы чести, достоинства и справедливости, которые для Лермонтова были важнее исторической хроники.
Система образов в поэме напрямую восходит к фольклорным традициям. Главный герой, Степан Парамонович Калашников, — это воплощение былинного богатыря. Он не просто «удалой молодец», а защитник семейного очага и родовой чести, выходящий на бой «за правду-матушку». Его поступок — месть за поруганную честь жены — это акт восстановления справедливости в соответствии с народной моралью. Даже его гибель воспринимается не как поражение, а как мученический подвиг, и его могила становится народной святыней. Его противник, Кирибеевич, напротив, наделен чертами «злодея» и «соблазнителя», чья страсть эгоистична и разрушительна. Даже царь Иван Грозный показан здесь не столько как реальная историческая фигура, сколько как фольклорный тип грозного, но в конечном счете справедливого государя, который вынужденно признает нравственную правду Калашникова.
Язык и стилистика поэмы буквально сотканы из фольклорных мотивов. Лермонтов мастерски использует постоянные эпитеты, без которых невозможно представить народную поэзию: «добрый молодец», «красна девица», «сахарные уста», «очи соколиные». Сравнения и метафоры также взяты из мира природы и народного быта: героиня «ходит плавно – будто лебедушка», «молвит слово – соловей поёт». Особый ритм, инверсии и устаревшая лексика создают ощущение подлинности, будто это произведение действительно прошло через века, передаваясь из уст в уста. Композиционно «Песня...» также следует народным канонам — с традиционным зачином, троекратными повторами в описании боя и концовкой, обрамляющей повествование.
Но главное, что заимствует Лермонтов из фольклора, — это его нравственный стержень. Конфликт между личной страстью Кирибеевича и родовой честью Калашникова разрешается в пользу последнего, что полностью соответствует народной правде. Молчание Калашникова перед царем — это не трусость, а высшее проявление благородства, стремление защитить доброе имя жены даже ценой жизни. И народная память славит именно его, а не опричника, подтверждая тем самым торжество вечных ценностей.
Таким образом, фольклорные мотивы в «Песне...» служат не украшением, а фундаментом всего произведения. Через былинные образы, песенный ритм и народную мудрость Лермонтов смог создать вневременной гимн русскому характеру — стойкому, правдивому и неизменно верному своей чести.
